Я - Симисшах (СИ) - Стоун Лана - Страница 37

— И ты смеешь назвать себя султаном? — возмутилась Кёсем. Мурад не понимал, что происходит.

— Валиде, объясните, что случилось.

— Мало того, что в ночь четверга, когда ты должен проводить это время с Симисшах, ты зовёшь мою служанку без моего ведома. Так ещё и после твоего разговора с ней, у Симисшах случается нервный срыв! — услышанное повергло Мурада в шок. — Но то, что я увидела, больше разозлило меня, вот из-за чего я пришла.

— Что-то хуже нервного срыва?

— У Симисшах после срыва случился выкидыш, — сказала Валиде.

Глава 24. Достойная награда за преданность

Слова Валиде удивили Мурада, ведь он даже думать не думал, что Симисшах беременна, она ничего ему не говорила. Вначале он даже не поверил, но посмотрев в глаза матери, которая была расстроена и зла одновременно, понял, что своими же руками и убил собственного ребёнка. Ничего не сказав, Мурад выбежал из покоев.

***

      Симисшах, как раз после ухода Кёсем, пришла в себя. Она была ещё в бреду, но благодаря лекарше и служанкам, начинала соображать. Лекарша сказала служанкам ничего не говорить и дождаться Фары, которая сообщит своей госпоже. Наконец, она пришла и очень обрадовалась, увидев, что Симисшах очнулась.

— Фара… Что произошло… — спросила Султанша.

— Вы потеряли сознание, госпожа, — сказала Фара, — и случилось не очень хорошее…

— О чем ты? — удивилась Симисшах.

— Вы были беременны, Султанша, — сказала Фара, и до Симисшах начало доходить.

— Что с моим малышом?

— Вы потеряли ребёнка.

— НЕТ!

      Крик, который воспроизвела, Симисшах можно было сравнить лишь с пушечным залпом. Услышанное повергло жену Султана в ужас. Ещё никогда она не чувствовала, как разрывается душа и сердце, сейчас почувствовала. Из глаз хлынули горячие слёзы, которые Симисшах никак не могла остановиться, как, не старалась бы. Закрыв лицо руками, Симисшах выгнала всех, кто был в покоях, даже Фару и лекаршу. Послушавшись приказа, они вышли, и Фара, буквально чуть нос к носу не столкнулась с Повелителем. Быстро поклонившись, слуги удалились. Конечно, Мурад услышал крик жены, и с тяжёлым сердцем зашёл внутрь.

— Я же сказала никому… — подняв глаза, Симисшах увидела Мурада. В его глазах она читала потерянность, жалость и горечь. Однако это не сравниться с тем, что ощущала на данный момент сама Симисшах. — Оставь меня, — прошептала Симисшах.

— Моя луна… — Мурад сделал попытку подойти, но Симисшах, пересилив боль и горечь утраты, сползла на край кровати, выставив руку, показывая, что не стоит подходить. — Позволь мне тебя утешить.

— Утешай свою фаворитку, Мурад, — злобно сказала Симисшах, — если бы ты не позвал её на хальвет, ничего бы этого не было.

— Ты могла сказать мне о ребёнке, — упрекнул её Мурад.

— Я сама узнала уже о смерти своего дитя, — сквозь зубы сказала Симисшах, — ты своими же руками убил его.

— Это не так…

— ТАК! — крикнула Симисшах, вставая с кровати, — из-за тебя и твоих слов произошёл нервный срыв, и ребёнка я потеряла только из-за тебя! Его смерть навсегда останется на твоей совести! И я никогда не прощу тебя.

— Симисшах…

— Я сказала — уйди! — крикнула ещё раз Султанша. Ничего не ответив на это, Мурад вышел из покоев.

Симисшах упала на колени, захлёбываясь слезами. Человек, которого она так страстно и бескорыстно любила, превратился в тирана и монстра, который мало того, что неуважительно поступил с ней, так ещё и стал причиной смерти её, не родившегося малыша.

      Айше услышала резкий крик, доносившейся из покоев Симисшах, и решила узнать, что случилось. Выйдя из покоев, она направилась дальше по коридору, однако какого было её удивление, когда у дверей увидела Махпейкер и Ахмеда.

— Матушка, — Ахмед поклонился и поцеловал её руку.

— Что происходит? Почему Симисшах кричала? — удивилась Айше.

— Валиде потеряла ребёнка, Султанша, — сказала Махпейкер, — по её мнению, виновен в этом мой отец Повелитель.

***

      После случившегося с Симисшах прошло несколько недель. За все это время, не было даже дня, чтобы Мурад не делал попытки помириться с женой. Что же касается Айше, то узнав про выкидыш, она навещала Симисшах, но та не принимала её заботу.

      Уже наступила весна, близилось время свадьбы Кеманкеша и Махпейкер. Валиде ответственно работала над подготовкой к свадьбе. Платье, корона и украшение, всё почти было готово, оставалось подготовиться к церемонии, как следует. Ахмед уехал в санджак, и Айше вместе с ним, как управляющая его гарема. Все будут скучать по Ахмеду, особенно Махпейкер, которая взяла с брата слово, что он будет присутствовать на её свадьбе. Шехзаде пообещал сестре приехать, Айше пожелала Махпейкер стать хорошей женой, и достойно носит титул Султанши. Теперь, в гареме единственной избранницей Мурада оставалась Симисшах, несмотря на то, что Валиде неоднократно посылала к нему наложниц. Да, он проводил с ними ночь, но они не могли забеременеть.

— Я не понимаю, что происходит между ними, Лалезар, — сказала Валиде, проходя по коридору, — после того происшествия, Симисшах даже из покоев своих не выходит, разве что в сад.

— Её можно понять, госпожа, — сказала Лалезар, — потеря ребёнка, вы сами прекрасно знаете, пережить очень трудно.

      Конечно, выкидыш сыграл большую роль в отношениях между Мурадом и Симисшах, но это не повод замыкаться в себе и не встречаться даже со свекровью. Валиде радуется хоть тому, что Симисшах хорошо питается. Лекарша говорит, что этот стресс временный, самочувствие Симисшах приходит в норму и вскоре, она сможет стать прежней.

      Валиде как раз направлялась в покои невестки, чтобы навестить её. Дорога была недолгой, и вскоре, Кёсем уже зашла в покои. Когда Кёсем зашла внутрь, Симисшах встала с тахты и поклонилась.

— Валиде, вы не говорили, что придёте, — сказала Симисшах, посмотрев на Кёсем, — Иньшала вы в добром здравии?

— Всё хорошо, — улыбнулась Валиде, — однако меня беспокоит, что ты практически не выходишь из своих покоев. Навещай меня, приглашай Махпейкер к себе, ведь тебе предстоит выдавать её замуж через несколько дней, обсуди всё с Мурадом…

— Я не стану приходить к Мураду, — сказала Симисшах.

— Твоё упрямство не выгодно тебе, Симисшах, — сказала Кёсем, — ты — жена Султана и должна вести себя подобающе! Не давай повода рабыням сплетничать о тебе и моём льве.

— Валиде, вы предлагаете мне забыть то, что Мурад стал причиной смерти моего ребёнка? — удивилась Симисшах. Валиде вздохнула, села на тахту и пригласила сесть рядом невестку.

— Когда-то, я воспитала Османа, будущего Султана, вопреки тому, что он был сыном моей злейшей соперницы на пути к власти. Осман считал меня своей матерью, и в дальнейшем я стала его Валиде Султан. Однако, из-за разногласий, он начал подозревать собственного брата Мехмета в предательстве, что и послужило причине его казни палачами. Я пыталась плакать, держала траур и даже старалась забыть о том, что Осман — не мой родной сын, но не могла забыть, как кормила его своим молоком, заботилась, как и о родных детях… Я возненавидела Османа, возненавидела за то, что он убил моего первенца Мехмета. Забыв, об этом… Я вспомнила, что его подтолкнули это сделать, и я простила его, однако, Осман сам не смог себя простить. Погиб он с тяжёлым сердцем. — рассказ Кёсем расстроил Симисшах, ведь она слышала про смерть Османа лишь в детских летах, и многое отец ей не рассказывал, особенно о том, что Султан Осман казнил шехзаде Мехмета. Она увидела, что из-за своего рассказа, Кёсем погрузилась в воспоминания, и в глазах застыла печаль. Симисшах взяла свекровь за руку.

— Валиде, не печальтесь, вам нужно только улыбаться, — сказала Симисшах и поцеловала её руку, — я не могу смотреть на то, как вы грустите. — Валиде похлопала невестку по руке.

— Порой, чтобы поступить правильно, приходится прощать даже убийства, Симисшах, — сказала Кёсем, — если сейчас ты оттолкнёшь от себя Мурада, то он никогда не примет тебя обратно.