Знаменье Метели (СИ) - Ворон Игорь - Страница 52

Арис. Столица Клента. Я все сделаю, чтобы поскорее попасть туда и встретиться с женой. С такими мыслями я наконец отвернулся, закрыв глаза на мгновение и усилием воли вытеснил все мысли из головы. Мне предстоял долгий путь.

Воительница то и дело озиралась, вновь и вновь рассматривая зловещую картину — так непривычно ей было видеть Большой тронный Зал Альвдис, Владычицы тьмы, пустым. Лишь три фигуры помимо ее самой прятались в полумраке — двое мужчин, один из которых, явно старший, чуть ниже, но шире в плечах, нежели второй. В отдалении от всех, по правую руку от нее, стояла женщина с коротковатыми фиолетовыми волосами.

Четверо Ведущих в Битву собрались перед троном своей госпожи. И она не заставила их ждать.

— Вам непривычно видеть этот зал таким пустынным… но привыкайте. Возможно эта война приведет вас к разгрому, и тогда вы, израненные, ничтожные, приползете ко мне, растеряв войска, лишившись дома и имущества, и это место станет роковым для вас… Шипящий, непередаваемо могущественный и мудрый голос, размеренно исходил ото всюду — он стекал с потолка жгучими струями, раня сознание и подчиняя чужой воле, черным туманом стелился по полу, лишая возможности передвигаться. Но на то эти люди и были Ведущими в Битву, что одним голосом, пусть даже это голос богини тьмы, их было не сломить и не напугать.

Альвдис продолжала:

— Война со страной Коневодов — детская возня по сравнению с тем, что уже завтра зальет горизонт пред вами. Придется привести в действие все подвластные нам силы и знания, чтобы только получить шанс на победу. Империя необычайно могущественна — ее нельзя победить окончательно, можно лишь уничтожить. И на этот раз все сильные мира сего вступят в эту войну…

Голос ненадолго замолчал, туман цвета тьмы окутал трон, на мгновение сгустился, и рассеялся в пространстве. На престоле восседала прекрасная и устрашающая воительница, в темно-синем шлеме с поднятым забралом и в легких доспехах. Она устремила взгляд на женщин и заговорила вновь:

— Вы вдвоем поведете одну из трех армий… не надо спорить, девочка, погаси этот протестующий огонь в твоих глазах. Тебе подвластно многое, и я не сомневаюсь в твоем мастерстве, но родители Сильтии были членами Соколиной Стражи и она обладает Знанием. На пути топи и редколесья и только она проведет вас через Шепчущую Листву, только она умеет управлять покрывалом тумана и разговаривать с его хранителями. Гниющий пробудился. Вам придется встретиться с чем-то пострашнее имперской стали.

Эидис была крайне удивлена, услышав такое. Соколиная Стража! Вечная боль Империи, давно перебитый и распущенный, но когда-то великий орден Говорящих с Лесом. Множество легенд и сказаний сложено о этих людях и множество еще предстоит сложить. Оказывается всегда неразговорчивая и закрытая Сильтия полна приятных сюрпризов…

— Вам тоже придется нелегко, — обратилась богиня к Анкхарету и Ренкрету. — Будьте предельно осторожны. Любой шаг, любое движение в Сокровищнице может стоить жизней многим. Сейчас она подобна улью, десятки тысяч боевых пчел собрались там, запасаются припасами, достраивают укрепления, возводят Барьеры и Заслоны Восьми… Не разочаруйте моих ожиданий… Жгущий зашевелился в своем Ксиве. Слушайтесь жрецов и призывателей, не забывайте про Обереги и ни в коем случае не теряйте головы. Идите!

Полководцы покинули покои, каждый по своей парадной зале, каждый со своими мыслями на уме. Исходивший от клубящихся под потолком туч синеватый свет начало угасать, темные кручи потянулись кверху и вскоре Тронный зал растворился во тьме…

Верта кипела, подобно походному котлу, повешенному над разведенным на скорую руку костром — к городской границе отовсюду стекались воины, облаченные в двойные стальные кольчуги и шлемы без забрал, большие и тяжко ступающие, закованные в толстые панцири тяжелые пехотинцы, легковооруженные разведчики и гонцы в стеганных кожаных куртках.

В мрачных храмах залы полнились шепотом и тихим потрескиванием, жрецы читали молитвы над оружием и доспехами, посыпая их Пеплом, выкладывали на плитах пола Иритовые Кости. Высокие, черные, как ночь, с горящими красным огнем глазами из туманных фигур вылезали шестирукие существа, вооруженные Лезвиями Тьмы.

Чернокнижники читали наговоры, сжимая в руках таинственные символы, призывали силы подземных ветров, и перед ними прямо из-под земли вылезали небольшие, похожие на гномов, но массивные существа, состоящие из камня. Воины Увязающего Песка, войска тьмы с давних времен.

Темносвященники в мешковатых одеждах читали строки своих чудес, потрясая колокольчиками, и вскоре их лишенные белков глаза отразили множество темных точек на горизонте. Сыны неба, Снежнокрылые корры спешили на зов Тьмы. Три ровных, стройных прямоугольника людей стали отчетливо вырисовываться на городской границе. Перед каждым из них, как стены, выстроились каменные воители, темной кромкой строй окружали шестирукие безымянные существа.

Десятки уполномоченных богами, без конца нашептывая наговоры, молитвы, чудеса, формулы, выстраивались вместе с солдатами, вставая под надежную защиту Безымянных. Эти существа, казалось, были безразличны ко всему, кроме сражений, крови, ненависти.

Форма трех армий все сильнее ровнялась, выправлялась, знамена темно-фиолетовых тонов вздымались над землей.

— До свидания, дорогая, — просто попрощался Ренкрет, надевая темно-фиолетовую мантию поверх доспеха. Рукоять верного фламберга виднелась из-за его правого плеча.

Розалия смиренно стояла на циновке у кровати, опустив глаза в пол. Она уже довольно пролила слез, тщетно пытаясь смириться с долгосрочным и опасным походом мужа.

— До свидания, дорогой, — твердо, не дрогнувшим голосом сказала она, еще немного поколебалась и наконец подняла глаза.

Никогда еще старому полководцу не приходилось испытывать такую боль, как та, что пронзила самое его сердце от одного вида серых грустных, но все же сухих глаз. Он бы предпочел, чтобы его разорвали на части, чем еще раз посмотреть в них…

Отвернувшись, воин застыл на мгновение, однако все же твердой поступью, будто уже проходя вдоль пешего строя перед битвой, вышел на улицу и направил шаг к площади.

— Перестань зря предаваться плохим мыслям. Сильтия — это не Анкхарет, она вряд ли захочет ударить тебе в спину, даже если представится шанс. Мало того, что она человек чести, дочь Соколиных Стражей и владелица Знания Леса, она ничего от этого не выиграет. Эта женщина никогда не стремилась к власти, даже если путь лежал прямо у нее перед носом. — Убеждал Хеймнонд Ведущую в Битву.

Он, будучи ее оруженосцем, носил те же темно-зеленые цвета, но броня его была поскромнее. Поэтому он, привалившись спиной к стене поглаживал бороду и наблюдал за тем, как Вальхелиора натягивает стальную рукавицу, невольно все время сравнивая ее размеры с размерами боевой косы, стоящей в отдалении в специальных ножнах.

— Я понимаю это, но ты слышал, что она говорила на Совете? Что, если она решит пойти против меня, потому что ей, видите ли, думается, что Империя нам не враг? Кто их разберет, этих лесных знатоков, какие силы ей доступны. — Возражала его госпожа и любовница.

— Но так или иначе, нам придется пойти вместе с ней, хочешь ты или нет, — веско заметил воин.

— Пожалуй, ты прав… выбора нет. Но я все-таки буду держаться подальше от нее! — Согласилась воительница. — Пойдем.

— О да, ты прав, это чертовски опасно! — Передразнил Анкхарет. — Как же я не догадался без тебя, брат.

— Перестань, Анкхарет. Ты прекрасно понял, что я имел ввиду. — Серьезно отвечал Альдор.

— Ренкрет? — напрямик спросил Верховный Ведущий.

Альдор, его родной брат, молча кивнул. Он был стратигом, не полководцем, и в поход вместе с Анкхаретом не отправлялся.

— Да, с этим стариком могут возникнуть проблемы, — неопределенно согласился полководец.