Любовница Обманщика (ЛП) - Маклеод Саманта - Страница 48

- Мои воины, - произнес хриплый голос, и я аж подпрыгнула.

Рядом со мной стоял мужчина. Сначала я подумала, что он старик, но когда снова взглянула на него, то поняла, что ошиблась: он был молод, чуть старше меня, с высоким атлетическим телосложением. В шляпе он выглядит старым, подумала я, глядя на его темно-синюю широкополую шляпу. Когда он повернулся ко мне, я увидела, что его правый глаз превратился в черную пустую глазницу. Ну, конечно. Я бы узнала его, где угодно.

- Один, - сказал я, присев в реверансе. – Всеотец.

- Шлюха Локи, - сказал он, кивая в мою сторону.

Я почувствовала, как кровь прилила к моим щекам.

- Я не шлюха, - сказала я ледяным голосом.

Один повернулся ко мне, в его холодных голубых глазах плясали огоньки.

- Неужели? - спросил он. - Ты трахаешься с Локи?

Я ничего не ответила.

- И он тебе платит? - продолжал Один.

Мое сердце колотилось о ребра. Я наблюдала за воинами на поле и думала о деньгах, о стопках стодолларовых купюр, которые теперь были спрятаны на дне моего кухонного шкафа.

- Вы... - я с трудом подбирала слова. - Вы искажаете мои отношения с Локи, - наконец сухо и официально сказала я.

Один рассмеялся.

- Возможно. Давай, пойдем со мной.

Он предложил мне руку, и я приняла ее.

- Я пришла потребовать Испытание Эсилинда, - сказала я, когда мы ступили с каменистого берега на густой, упругий луговой ковер. Трава была усеяна маленькими белыми цветами.

- Смертная девушка, - произнес Один с оттенком холодной стали в голосе, - ты хоть понимаешь, что означают эти слова?

- Конечно, - солгала я, стараясь держаться прямо. – Я - специалист по дохристианской скандинавской культуре. Наверное, я знаю больше, чем любой другой человек о Мидгарде.

Почти, чем любой другой человек, подумала я, вспомнив Хемира, с кольнувшей болью.

Один вздохнул и повернулся ко мне лицом.

- Знаешь, ты не первая смертная, с которой трахался Локи.

- Знаю, - тихо ответила я, вспоминая книгу «Смертных Любовников Богов».

- Я могу отправить тебя домой прямо сейчас, - продолжил он. - И могу гарантировать, что фортуна будет благосклонна к тебе до конца твоих дней. Просто отпусти это.

Я посмотрела на океан, на радугу. Она выглядела очень маленькой и очень далекой.

- Я могу гарантировать, что ты получишь докторскую степень, - сказал Один низким заговорщическим голосом.

Волна гнева поднялась в моей груди.

- Мне не нужна ваша помощь! - сказала я. - И я никуда не уйду. Я требую Испытание Эсилинда.

Один снова вздохнул, и на мгновение он стал очень похож на старика.

- Мне это не нравится. Я не облегчу тебе задачу.

- Я не просила, чтобы это было легко, - сказала я.

- Отлично, - сказал Один. - Я пришлю кого-нибудь, чтобы помочь тебе устроиться.

А потом он ушел, и я осталась одна на лугу и снова задрожала. У меня болели ноги. Я ждала, глядя на спаррингующих воинов, и пыталась определить размер длинного дома. Это было трудно, потому что дом, казалось, растягивался каждый раз, когда я пыталась сосчитать окна.

Ветер переменился, и я снова почувствовала запах еды, намек на дым и жареное мясо над запахом океана. Тени начали удлиняться у меня под ногами. Наконец, я решила, что с меня хватит ждать, и поднялась по холмам к дому.

Пролет величественной, стремительной деревянной лестницы, вел к огромным дубовым дверям в центре длинного дома. Двери были распахнуты настежь, свет, смех и ароматы еды вырывались из них в сумерки. Я медленно поднялась по лестнице. В дверях стояла высокая женщина и смотрела на меня. Она была нечеловечески красива, ее высокие скулы и золотистые волосы блестели в свете, льющемся через широкие двери.

- Добро пожаловать в Вал-Холл, - сказала она, как только я переступила порог и вошла в длинный дом. - Я - Сиф, жена Тора.

- Я - Каролина, - сказала я, протягивая руку. - Э-э... подруга Локи.

Она не взяла меня за руку, и я неловко опустила ее. Совершенное лицо Сиф было спокойным и совершенно непроницаемым.

- Один попросил меня показать тебе твои покои, - сказала она, поворачиваясь и заходя внутрь.

Я последовала за ней через огромный зал с выложенными камнями каминами и длинными деревянными столами. На стенах горели факелы. Потолка был таким высоким, что я не могла понять его высоту сквозь густой древесный дым, клубящийся по стропилам.

Сиф свернула в коридор, не оглядываясь, и я поспешила за ней. Она резко остановилась перед грубой деревянной дверью, которая выглядела точно так же, как и все другие грубые деревянные двери, мимо которых мы проходили. Она толкнула дверь и вошла.

- Четвертая дверь налево, - сказала она холодным и ровным голосом. - Теперь эта комната твоя.

В комнате было тепло и уютно. В каменном камине, между двумя окнами тлел огонь. Там стояла крепкая кровать с четырьмя столбиками и небольшой комод. Я испытала огромное облегчение, увидев что-то похожее на ванну за плотной красной занавеской. Я поставила сумку с книгами на комод и повернулась к Сиф.

- Есть вопросы? - спросила она.

- А где Локи?

- В Асгарде, - ответила она холодным и отстраненным голосом, выражение ее лица не изменилось.

- А я могу с ним поговорить?

- Нет. Он не хочет с тобой разговаривать.

Мое сердце болезненно сжалось. Я сжала руку, впиваясь ногтями ладонь и стараясь сохранить бесстрастное выражение лица. - Но он... в порядке?

- Он жив, - сказала она.

Мы, молча, смотрели друг на друга.

- А его жена? Сигюн? - я знала, что испытываю судьбу, но ничего не могла с собой поделать. Я должна была знать.

Застывшее выражение лица Сиф, наконец, изменилось. Она подняла бровь и посмотрела на меня.

- Сигюн мертва уже целую вечность, смертная женщина, - сказала она.

- О. - Я старалась не показать облегчения.

- Локи убил ее, - сказала Сиф.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

За красной занавеской действительно была ванна. Никогда в жизни я не была так счастлива, увидеть ванну. Я долго лежала в медной ванне, оттаивая в горячей воде. Когда я, наконец, выбралась из ванны, то обнаружила на комоде накрытую крышкой еду, хотя и не слышала, чтобы кто-то входил в комнату. Это было похоже на тушеное мясо, с печеньем из пахты и острым зеленым салатом. Тарелка блестела золотом, а вилка и нож были тяжелыми в руках. Салфетка прошла сквозь мои пальцы, как шелк. Я отпила глоток из изящного бокала, и у меня перехватило дыхание. Это был тот самый мед, который Локи принес в мою квартиру, сладкий и сверкающий, как летнее солнце. Это был мед, который мы пили на пляже Норт-авеню с друзьями, наблюдая за восходом солнца. Целую жизнь назад.

Я сидела на кровати и ела, глядя в окно на океан, где незнакомые звезды сверкали на мягко накатывающихся волнах. Покончив с едой, я поставила пустые тарелки на комод и растянулась на широкой кровати, жалея, что не захватила с собой пижаму.

***

Я проснулась от солнечного света, окрашивающего потолок над моей кроватью. Это был мой четвертый день в Вал-Холле, и у меня ничего не поменялось. На самом деле, подумала я, вздыхая и поднимаясь с кровати, мне чертовски скучно.

Я подошла к комоду и открыла верхний ящик. Каждое утро у меня было два варианта платьев: черное с золотыми акцентами и зеленое с золотыми акцентами. Платья были удобными, и доходили мне до колен. Они были с глубоким вырезом, что поначалу заставляло меня чувствовать себя немного неловко, но я привыкла сверкать холмами своих грудей. Кроме того, я ни с кем не разговаривала. И сапоги были великолепны. Они были со шнуровкой по бокам, и доходили почти до колен. Это были самые удобные ботинки, которые я когда-либо носила. Сколько бы я ни кружила по Вал-Холлу и ни бродила по лесу, ноги оставались сухими и теплыми, а сапоги на следующее утро были чистыми.

Завтрак появился без фанфар. Омлет, бекон и два толстых ломтика тоста. Через секунду появилась дымящаяся кружка черного кофе и тонкий стакан темно-бордового сока. Я лениво подумала: откуда Вал-Холл знает, что я люблю черный кофе? Потом я позавтракала на полу и попыталась придумать, чем бы себя занять.