Твое рыжее проклятие (СИ) - Михалевич Ирина - Страница 37

     Следовало привести  в порядок себя, свои мысли и свою жизнь.

      Мне хватило полчаса  на то, чтобы принять душ, надеть школьную, точнее лицеистскую форму  и  захлопнуть за собой дверь в квартиру. Приводить мысли в порядок лучше в одиночестве в независимости от времени суток.  А дома мне  никто не даст опомниться,  в лучшем случае  Станислав  сделает вид, что ничего не было, а в худшем… Возгордится своей «победой»? Поиздевается лишний раз надо мной? Расскажет своим друзьям?   Даже представлять это не хочу.

       На часах шесть утра – это хорошо – маршрутки уже начали ходить. До  занятий целых два часа – плохо – куда податься?  У меня три варианта. Гулять  по полутемным  рассветным  улицам, что чревато последствиями – либо  нарвусь на неприятности, либо заболею.  Ехать в Сосновку к бабушке. Черт, как я ей объясню свой приезд, особенно, когда сегодня возвращается мама? Остается  только  Катя. Надеюсь, она уже  выпроводила своего Ежевского из дому, тетя Лида  с работы приходит в семь.

         Кутаясь  в пальто (слава богу, додумалась одеть именно его и высокие  сапоги, а то совсем окоченела бы), вышла на остановку.   Тут же остановился 312-ый. Это  событие меня порадовало, неужели и на моей улице праздник.  Загадала, что если  сегодня три раза подряд мне улыбнется удача, то  я смогу разрулить эту идиотскую ситуацию в которой оказалась по собственной глупости.

       Через сорок минут  уже стояла  на лестничной площадке перед Катькиной дверью и боялась нажать звонок.   Мимо меня прошел дед Василий с пятого этажа, местный и кажется вечный  сантехник,  уже на пенсии несколько лет, а все в управляющей компании работает.  Узнал. Кивнул, закурил сигарету и пошел вниз, громко кашляя, поперхнувшись собственным дымом.  Я опять подняла руку к звонку, но так и не решилась нажать.  В соседней двери щелкнул замок. Вышла бабка Настасья, Катькина соседка, с табуреткой, газетами и небольшим мешком семечек.

 - Здравствуйте, баб Насть, – поздоровалась с ней.

- Ты чегой-то тут, рыжая? Вы ж вроде с мамкой уехали за бугры? –  удивилась она и недовольно посмотрела на меня,  оценивающе, сверху вниз.

- Приехали, – буркнула.

       Ее негативные эмоции ощущались сильнее, не так, как раньше. Сколько помню, она никогда не любила нашу семью. Считала маму развратной женщиной и меня заодно к ней причисляла. Типа «яблоко от яблони». Из-за этого не любила и семью Колесниковых. Я видите ли плохо влияю на Катерину.

- Так и думала,  что там и своих шалав навалом, – хмыкнула  бабулька, – Поганой метлой вас таких, ведьм, на сто первый километр.

- Сама ведьма, торгашка чертова, – крикнула я и  со злости нажала на кнопку звонка.

 Дверь открылась мгновенно, словно меня ждали.

- Лис, ты чего тут делаешь? – Катерина стояла при полном параде, точнее готовой к школе, только без верхней одежды.

- В гости пришла, – пожала плечами, – А ты чего?

 - Заходи,  -  подруга за руку втянула меня в квартиру, захлопнула дверь и спросила: – Что случилось?

- Ты одна? – подозрительно  осмотрела прихожую  на предмет мужских, Денискиных вещей.

- Так, –  понятливо протянула Катька, – Шуруй на кухню, не завтракала поди. Я сейчас.

      Разувшись, я прошла в маленькую хрущевскую каморку  с названием «кухня», где могли поместиться лишь  плита, стол, холодильник и пара стульев. Человек там мог находиться  лишь один, не считая поочередного временного приема пищи. Впрочем, нам с Катей – двоих  худеньких девиц –  за столом  с чашками чая, вполне места хватало.

    Усаживаясь за стол на  скрипучую старенькую табуретку, услышала чмоканье, и затем щелчок замка.  Так и знала, Катька выпроводила Дениса.

     Выглянула в узкое кухонное  окошко. Ежевский, поеживаясь на холоде,  медленно шел по улице в сторону лицея.  Жаль парня, домой ему далековато, он тоже, если не ошибаюсь, переехал в другой район,  когда снесли их двухэтажки.  Теперь не я, а он будет  торчать у лицея, впрочем, может охранник  сжалится  и впустит его внутрь.

  - Садись, несчастная, сейчас чай будем пить, – Катерина влетела в кухню, как ураган с одноименным названием, – Садись, не маячь.

    – А Ежик хоть поел? – поинтересовалась я.

    – Ежик? Причем тут Ежик?

    – Ты его, что? Голодного выпроводила?

      – А-а, Ежик. Считай, что он  другой пищей наелся, – захихикала подруга, – Скоро мама придет, нечего ему тут светится.  И ему не надобно  тебя видеть, а то  знаю я этих парней,  тоже сплетники хорошие.

     – Ты о чем? – согревая руки о  чашку с чаем, спросила  у нее, наблюдая, как Катерина профессионально быстро намазывает булки маслом.

    – Да так, – пожала она плечами, – Сегодня Ежевский признался, что случайно проговорился    в разговоре с Петровым о плане, который мы для Славика состряпали и не заметил, что рядом с ними еще кое-кто уши грел.

       – А ты зачем Денису рассказала? – удивилась я. Теперь понятно почему наш план  изначально был провальным.

    – Я же не знала, что  так получится. Ты не хочешь узнать, кто такой «лопоухий»?

     –  Теперь думаю, что это не важно, – вздохнула, – И вообще, кажется  я и без того  уже  в полной заднице.

      – Что случилось? – испугалась Катя, – И в этот раз не сработал?

       – Блин, Кэтти, у тебя подруга – Дура!

       – Ты чего, Лиска?

        – Мне ужасно стыдно,   - закрыла лицо руками,  - Ты не представляешь, как мне стыдно и я не знаю, что мне делать.

   Через несколько минут  моего опуса, Катерина философски изрекла:

      – Ты действительно дура, Сонька.

     Я вздохнула от безысходности.  И сама знаю. Зачем дополнительно констатировать факт.

     – Да, да, ты дура, и я скажу тебе почему, – улыбнулась подружка, – Считай, что у тебя получилось. Ты отомстила.

   Удивленно посмотрела на Катерину.

    -  Ты и вправду не понимаешь?  -  спросила у меня.

 Я отрицательно покачала головой.

    –  Хотела отомстить по-взрослому? Чтобы он захотел тебя, а ты его бросила?

 Кивнула.

    – Ну, и  в чем проблема? Ты это сделала! – радостно возвестила подружка, – Игнорируй его. Будто ничего не было. Ты добилась своего. Пусть пострадает.

   – Ты думаешь? – скептически посмотрела на нее.

   –  Я не думаю. Знаю.  А потеря девственности, так наоборот,  радоваться должна. Рано или поздно это должно было случиться, так почему не с ним?   Эта лишняя деталь не такая уж и важная, как аппендикс. Ты, вообще, заметила ее утрату?

    Блин, и правда, как то незаметно было, мимолетная боль ушла на второй или даже десятый  план. Но, дьявол, таких эмоций, как сегодня ночью я никогда не испытывала. И о чем жалеть?  Катерина права. Это же отличный вариант событий. И, вообще, пришла – он спал, ушла – тоже спал. Святые инквизиторы,  пусть думает, что все ему приснилось. А  у меня все отлично.  Я – умница  и  Катька у меня – самая лучшая подруга.

        В лицей мы пришли минут за десять до начала звонка. Кажется, это уже было. Дежавю какое-то. На крыльце уже ждали Ежевский, Петров и … (блин, какая  я  недогадливая) Белов.

   – Я вас догоню, – улыбаясь, сказала своим одноклассникам, останавливаясь перед «братом».

  -  Лисичка, ты зачем сбежала? -  первым делом спросил  Стас, когда мы остались одни.

   – В смысле? – сделала вид, что не понимаю, – Ты о чем?

  – Зачем ты ушла из дома так рано? -  почувствовала напряжение в его голосе.

  От него исходили эмоции переживания и одновременно  нежности ко мне, идиотке. Странно, очень странно.

  – Я же не заложница, Стас. Мне нужно было встретиться с Катькой до занятий, сегодня говорят лабораторная по физике, а меня вчера не было и лекций нет, – пожала плечами.

- У тебя сегодня нет физики, Софья, – покачал головой Белов.

 - Правда? Значит, я дни перепутала? – сделала удивленное лицо.

 - Все понятно. Ушла в несознанку? – вздохнул он  и, заключив меня  в объятия, поцеловал  в  губы.