Запретные удовольствия. (ЛП) - Гурк Лора Ли - Страница 79

Энтони расхохотался, и Дафна посмотрела на расплывчатые лица людей вокруг них.

– Тише, – шикнула она. – На нас смотрят.

– Да, я знаю, – всё ещё улыбаясь, ответил он. – Словами не описать, как я был счастлив получить мёртвый, замороженный ледяник. Он показывает, насколько вам не всё равно.

– Счастливы? – удивилась Дафна. – Какое разочарование, ведь я надеялась, что ваши чувства примут иное направление – в сторону скорее отчаяния, чем радости.

– Никогда. Может быть, мой завтрашний ответ убедит вас, что я живу лишь ради малейшей вашей благосклонности и внимания.

– О, прекратите, Энтони! Таким вы мне не нравитесь.

– Каким же это?

– Все эти комплименты и чрезмерное выражение чувств. Оно отдаёт неискренностью, ведь это так на вас не похоже.

– Я говорил, что не лукавлю и всегда честно выражаю своё мнение. Но вы не без оснований считаете, будто комплименты мне не свойственны, – добавил Энтони прежде, чем Дафна смогла вставить хоть слово. – В конце концов, я не слишком умело за вами ухаживал. Говорил о долге и обязательствах, когда до֜лжно было о романтике, и страсти, и ваших прекрасных глазах.

– Прекратите! Вы заставляете меня злиться.

– Вас, Дафна? Женщина, которая швыряет совки мне в голову, может злиться? Не верю.

– Я кинула его в вас ненамеренно, – напомнила она. – А если бы намеренно, то ни за что не промахнулась бы.

– Нисколько не сомневаюсь.

Снова переведя взгляд на его галстук, Дафна сжала губы и промолчала.

– Почему вы сердитесь на меня?

Она не сердилась. Лишь пыталась не поддаться его обаянию, но нежность в его голосе заставляла её таять. Дафна посмотрела на Энтони, отвернулась, снова посмотрела.

– Вы пошли к барону и сказали, что мы собираемся пожениться. Как вы могли так поступить, когда я недвусмысленно выразила свой отказ?

– Да, я пошёл к Дюранду, но не говорил ему, что мы собираемся пожениться. Он ваш ближайший родственник мужского пола, и я, выразив своё желание жениться на вас, получил его разрешение ухаживать за вами должным образом. Вот и всё.

– Прекрасно понимая, что ему и в голову не придёт усомниться в моём согласии!

– Что ж, да, – стараясь не улыбнуться, подтвердил Энтони. – Но ведь я давным-давно сознался в своём отвращении к слову «нет». Надеюсь, когда-нибудь я смогу убедить вас забыть об этом моём недостатке и выйти за меня замуж, несмотря на него.

– Я уже говорила, что не выйду за вас. Почему вы никак не смиритесь с этим?

– Потому что не могу перестать думать о вас. О наших танцах и разговорах, и о том дне, когда впервые услышал ваш смех. О той ночи в антике, – шепнул он неистово, и слова его терзали Дафну. – Я помню, какой прохладной поначалу была ваша кожа и как быстро она согрелась под моими прикосновениями. Помню вас залитую лунным светом, с запрокинутой головой. Помню вашу грудь под моими пальцами.

– Прекратите. – Дафна залилась краской под пристальными взглядами окружающих.

– Помню, как вы снова и снова повторяли моё имя, когда я вас касался, и как мне это нравилось. Как вы заполнили все мои чувства, и я уже не мог ни о чём думать.

Дафна едва сдержала готовый сорваться всхлип боли и гнева.

– Вы жестоки, Энтони, – яростно шепнула она. – Жестоко говорить такие вещи, когда мы оба знаем, что лишь ваше стремление добиться своего побуждает вас делать это.

– Мы оба совершили то, о чём жалеем, Дафна. Оба потеряли голову. Я принимаю всю вину, ибо знал, к чему это приведёт, но всё же не смог остановиться. Называете меня жестоким? Но вы даже не позволяете мне восполнить вред, что я вам причинил. Если я слишком настойчив, то лишь из заботы о вас. И, отказывая мне в этом, именно вы, Дафна, поступаете жестоко.

Танец подошёл к концу, музыка стихла. Энтони проводил Дафну к семейству Фицхью и по пути, не обращая внимания на направленные на них взгляды, шепнул ей прямо на ушко:

– Я помню всё. И ни за что не поверю, что вы позабыли. Но если же позабыли, я заставлю вас вспомнить. Клянусь жизнью.

(1) Травертин – камень из Teбура, Тиволи (Италия). Высоко ценился и ценится как отделочный материал и материал для скульптур. Cветло-жёлтый римский травертин из гор Cабини применялся при сооружении Kолизея и собора св. Петра в Pиме. Любимый камень Микеланджело.

(2) Ледяник, или хрустальная трава - однолетнее растение из семейства аизовых. Листья мясистые, покрыты блестящими сосочками, создающими впечатление сплошного ледяного покрова. Родина — Южная Африка; произрастает в Средиземноморье, Южной Австралии, на Канарских островах. Культивируют как декоративное растение. Листья также используют в качестве салата.

Несмотря на обвинение Энтони, Дафна не забыла их ночи любви. Впрочем, она не забыла ничего, что было с ним связано. Как он мог хоть на мгновение допустить подобную мысль! Воспоминания, словно каменный орнамент, были вырезаны в памяти Дафны – как он целовал её и занимался любовью, его сильное твёрдое тело, восхитительное наслаждение, что дарили его руки и губы. И само действо, удовольствие и экстаз от коего навсегда остались с ней. Она никогда его не забудет! Впрочем, даже если бы захотела, те две недели, что прошли с их встречи в Хэйдон-Эссембли-румс, не позволили бы ей.

На следующий же день после суаре Энтони прислал двенадцать букетов из пёстрых тюльпанов и розмарина, дабы выразить своё восхищение её прекрасными глазами и подчеркнуть, что он помнит, когда впервые сказал ей об этом. Каждый букет стоял в отдельной хрустальной вазе, обвязанной лентой, к которой в свою очередь крепилась золотая шпилька для волос.