Девушка без лица (ЛП) - Боросон М. Х. - Страница 38

Пристав Призрачного магистрата был демоном-луоша. Но не простым, хоть их и было множество видов. Нет, это должен был оказаться луоша, чье жестокое лицо осталось в моих воспоминаниях.

Демон, который сорок два дня мучил обнаженную душу моей матери.

ДВАДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ

Если бы такое было возможно, мой взгляд на луоша сжег бы его, оставив только пятно на полу, и в воздухе навсегда осталась бы вонь гнилого мяса, мерзкий дым, что вонял кровью, висел бы там вечно. Но ничего не произошло. Я ничего не сделала и не сказала. Я застыла, остолбенев.

Ган Сюхао невольно разгладил шелковое одеяние руками.

— Как видите, — сказал красный крыс, — пристав моего господина — могучий демон-луоша. Его зовут Бяозу.

Время, казалось, замерло. Ничто не двигалось, никто не говорил. Мир застыл, все вокруг меня замерло, пока я решала, что делать. Хоть я уже знала, что собиралась сделать. Что собиралась сказать. Хоть это было ужасной идеей, я знала, что скажу это.

Потому что порой персики на банкетном столе, которые нельзя было есть, выглядели вкусно и находились близко.

А моя сила воли не была безграничной.

И имя луоша, мучившего мою мать, было Бяозу, что означало нечто вроде «Древнего вихря», но звучало похоже на…

— Бяози? — сказала я, а это означало «сука».

Тут был мало ртов, так что я не могла услышать отовсюду оханье. В тот миг казалось, что все рты в мире резко вдохнули, потрясенные из-за моих слов.

— Ли-лин! — голос моего отца звучал громче обычного. Намного громче.

Огонь вырвался из ноздрей демона. Стражи Ада повернулись к нему. Они с опаской глядели на него, временные союзники не спешили доверять луоше среди них.

— Как ты меня назвала, женщина? — спросил демон, его голос был клинком топора, пропитанным ядом. Последнее слово звучало как ужасное оскорбление.

— Вас не так зовут? — сказала я с жуткой сладостью. — Простите, если ослышалась.

Плечи демона напряглись. Он был высоким, как человек. Его мышцы, отчасти скрытые жилетом и набедренной повязкой из тигриной шкуры, выглядели большими и сильными. Его рога тянулись над головой как шипы, дым вылетал завитками изо рта и ноздрей. Даже с талисманами и мечом из персикового дерева я вряд ли могла выстоять против его мощного телосложения, рогов и огненного дыхания. Но я хотела, чтобы этот демон страдал, чтобы в этот раз он плавал в озере своей крови.

Дыхание Бяозу раскрылось огнем в ночном воздухе, поднимая вихри дыма.

Страж с головой быка заговорил грубым голосом:

— Нужно быть дураком, чтобы оскорбить Да Бяозу, — Нито добавил термин «Да», означающий великого или большого. — Демон силен, как десятеро мужчин.

— Ли-лин, — прорычал мой отец, — не зли демона.

Он был прав. Это была ужасная идея, и я это знала. Я знала, что должна была опустить голову. Уткнуться лбом в землю. Быть скромной, пресмыкаться, выражать демону огромное уважение.

За последние несколько месяцев я повзрослела. Стала не такой вспыльчивой. Но я была не такой сдержанной, чтобы сдержать слова, оказавшись напротив монстра, который шесть недель терзал душу моей матери.

— Великий Бяозу, — сказала я, — вы могучий, раз не видите смысла вооружаться.

— На что ты намекаешь, женщина? — он снова произнес последнее слово как мерзость.

— Вы стоите рядом с тяжело вооруженными стражами Ада, — сказала я, — но я не вижу оружия в ваших руках. Даже у крысы есть меч.

— Думаешь, оружие необходимо, женщина? Я могу поджарить тебя, икнув. Я стал бы есть твое поджаренное мясо с костей, пока ты еще жива и визжишь как пила.

— У вас никогда не было оружия, Великий Бяозу? Я думала, что слышала о ваших подвигах, но у того легендарного демона было оружие с волчьими зубами.

Никто не говорил, но отец пронзал меня взглядом, а все тело демона выглядело как фейерверк, готовый взорваться.

— У вас было раньше оружие с волчьими зубами, да, Да Бяозу? — я старалась звучать как восторженная поклонница. — Что же могло с ним произойти?

— Это… — его голос был сдавленным, огонь мелькал в ноздрях, — была ты?

— Ли-лин, — прорычал отец, — о чем вы говорите?

— Мы с женщиной раньше встречались, — прорычал демон, воздух стал горячим от ненависти.

— Тогда у него было оружие, — сказала я отцу. — Я была маленькой, а у него был большой железный прут с шипами, похожими на зубы волков. Оружие было опасным, впечатляющим и величавым. Я выбросила его в море.

Страж с головой коня издал смешок.

— Это правда, Бяозу? Эта женщина вас обезоружила?

Демон фыркнул с огнем и повернулся гневно к Мамиану.

— Я бы убил ее, если бы ее отец не вмешался.

— Это точно, Бяозу? — сказала я. — Может, вы выжили в тот день, потому что я проявила милосердие и позволила вам жить.

— Позволила? — демон повернулся к крысе. — Дай убить ее.

— Господин не одобрит, Да Бяозу. Ее отец может вмешаться в Облачение, и будет много проблем для господина, если ее убить.

— Ли-лин, зачем, — прошептал отец, — ты ведешь себя так глупо? Мы не можем биться со всеми демонами по пути.

— Тот демон, — сказала я каменным голосом, — мучил мою мать.

— Что? — но я видела по лицу отца, что он все понял. Он посмотрел на меня, и я думала, что в его взгляде было сожаление, словно он жалел, что послал девочку с глазами инь в символичное путешествие по Аду. Через мгновения вены на его шее проступили сильнее. Он поменял стойку, поджал губы, лицо багровело.

Воплощение гнева в облике моего отца повернулось к луоше. Напряжение отца, его праведный гнев и огромный запас духовной силы давал ощущение, что отец за пару секунд порвет демона на куски. Бяозу скривился и сжался.

Но миг прошел, аура легенды покинула худые плечи моего отца. Он выглядел хрупким, утомленным, наполовину слепым мужчиной с болью в груди и напряженной шеей. Я видела хрупкость отца, его смертную уязвимость, ведь он оставался человеком, возраст и недуги ослабляли его все больше с каждым днем.

Красный крыс повернулся. Он был не выше младенца, но вел себя вежливо, шурша шелковым одеянием.

— Шифу, — он обратился к моему отцу, — путь точно был утомительным из Китайского квартала к ямену призраков. Может, вас интересует горячая ванна? Мы опускаем в воду цветки лотоса, у них чистый и сладкий аромат. Мы можем прислать пару цветочниц, чтобы вы расслабились.

— Что за существ вы хотите мне подсунуть? — отец повернулся к крысе. — Вы заставили девушек-призраков работать на вас шлюхами?

— Ничего такого мерзкого, шифу, — сказал крыс со смехом, что должен был очаровывать. — Наши купальни берут только самых милых в хули цзинь, Шифу! У нас отличный выбор женщин-лисиц, одни пухлые, другие…

— Я не интересуюсь животными, — сказал отец, — но одно убью, если оно не закроет пасть.

Ган Сюхао уставился на него, пытаясь подобрать слова, чтобы спасти ситуацию. Но это было не по силам даже ему.

В тишине прозвучали фанфары. Крыс тут же упал на четвереньки, два стража и луоша опускались куда медленнее. Они прижали головы к полу. Мой отец низко поклонился, я еще не видела его в такой позе.

— Ли-лин, — сказал он, — когда под чужой крышей…

— …преклони голову, — закончила я. Я устала унижаться, но как могла поступить иначе, если бывшие стражи Ада, известный крыс и луоша кланялись, прижав головы к земле? Я последовала примеру, коснулась лбом прохладных гладких камешков мозаики.

Я услышала много шагов. Они прошли рядами, каждый шаг был в такт. Заиграла церемониальная музыка, громкая и важная. Даже у пола я ощущала, как напрягся отец, как стал источать вежливость.

Шаги затихли. Пыль поднялась в воздух, и я пыталась не кашлять. Я надеялась, что и Бяозу хотелось кашлять. Я надеялась, что ему было неприятно стоять на коленях как и мне.

— Прибывает почтенный Призрачный магистрат Кан Чжуан, который скоро будет Туди Гоном!

Я услышала шелест ткани, водопад бархата — паланкин со шторой? На чьих плечах его несли? Я увидела, как отец медленно меняет позу, поднимает голову и смотрит на Призрачного судью.