Девушка без лица (ЛП) - Боросон М. Х. - Страница 54

Поежившись, я отвела взгляд от идола и осмотрела логово Сю. За зоной алтаря в костях стояла большая блестящая машина на колесах. Его автомобиль.

Мне нужно было познать врага, его разум и оружие, и я заставила себя посмотреть на гадкую статую. Я разглядывала ее, присмотрелась к тому, что в ее руках. В нескольких руках были мелкие ножи, в одной — свернутый хлыст, в еще одной — длинная цепь, другая сжимала дубинку. Глядя на нее, я поняла, что не так восприняла статую. Не так Сю Шандянь видел дерево, когда был мальчиком. Руки кошмарной статуи держали орудие рабства, и монстр был физическим воплощением рабства. От одной мысли было не по себе.

Мой враг стал скандировать и кланяться. Он двигался в ритуале с уверенностью, вытащил из горшка горсть корчащихся личинок.

Он заметил нас. Ему мы казались бестелесными лицами ведьм, глядящими в окно в воздухе над его алтарем.

Я сжала палочку благовоний, быстро задела ладонью горящий красный конец и взмахнула рукой с силой, бросая искры в отверстие, сформированное моими свечами.

Искры добрались до алтаря Сю Шандяня и зашипели на его одежде и коже. С большими глазами он хлопал ладонями по огню на пиджаке и рубашке, а потом посмотрел на ладонь. Я видела, что ему было больно.

У копии алтаря я подняла ладонь над гвоздями в чучеле Хуа.

— Один! — крикнула я. — Два! Три! Четыре! Семена, горите!

На алтаре Сю Шандяня гвозди загремели в дереве. Он подбежал туда и накрыл гвозди руками.

Миссис Вэй присоединилась ко мне справа, Джинни — слева. Я не умолкла:

— Один! Два! Три! Четыре! Семена, горите!

На алтаре Сю Шандяня и на моем чучеле кольцо волос Хуа на одном из гвоздей вспыхнуло. Он хмуро отдернул руку.

Я слышала со стороны стола, где отец и доктор Вэй помогали девочке, как она содрогалась — это было хорошим знаком. Мы убили одного из ее паразитов. Сжав пальцы, я вытащила соответствующий гвоздь из чучела и отбросила его.

Сю Шандянь убежал от алтаря, стал срывать крышки с сосудов и горшков. Готовил ответный удар. Его отчаяние давало нам время ударить.

— Один! Два! Три! Семена, горите! Один! Два! Три! — скандировали мы. — Семена, горите!

На втором круге еще один гвоздь на соединенных алтарях загорелся, как спичка, и украденные волосы Хуа сгорели. Я сжала второй гвоздь и выдернула его как занозу.

Сю Шандянь вернулся к алтарю, сжимая корчащуюся змею. Пальцы сжимали ее под челюстью, чтобы она не могла его укусить, он выбрал мясистую часть и сжал зубами брюхо змеи. Он впился, оторвал, разжевал. Кровь наполнила рот и потекла по его подбородку. Он сплюнул кровь живой змеи брызгами на жуткую статую.

Я просигналила женщинам, что пора начинать третий этап наших чар.

— Один! Два! Семена, горите! Один! Два! Семена, горите!

Я ждала, что что-то произойдет, но оставшиеся два гвоздя не загорелись. Напротив алтаря кровь змеи капала изо рта Сю Шандяня и с его подбородка, он скалился.

Миссис Вэй склонилась ко мне.

— Свежая кровь позволила ему призвать больше сил дерева, — сказала она. — Он стал слишком силен для нас.

Я вдохнула, принимая это.

— Мне нужно накопить духовную силу, — сказала я. — Я не могу толком ничего сейчас поделать, но если соберу внутреннюю энергию, это даст мне преимущество.

Я начала тихую медитацию, закрыла глаза, погрузилась в себя, начала собирать силу. Мощь моих духовных способностей росла, как разгорался огонь, и я начала повторять слова из священного писания, ощущая, как энергия во мне течет гладко, как шелк на ветру.

Когда я была готова, я открыла глаза. Миссис Вэй стояла возле меня. С другой стороны была величавая Джинни.

— Доктор и твой отец говорят, что Хуа лучше, — сказала она.

Я покраснела, узнав скрытую похвалу в их словах. Я протянула руки к женщинам, широко растопырив пальцы. Мы взялись за руки. Я вдохнула. Джинни и миссис Вэй слушались меня, скандируя:

— Один! Два! Семена, горите! Один! Два! Се… — и прядь волос на третьем гвозде вспыхнула.

Сю Шандянь мрачно смотрел на огонь. Он прижал изогнутый церемониальный кинжал к ладони, стал себя резать. Он вонзил лезвие глубоко, не пускал кровь, а портил ладонь. От этого я скривилась. Сю Шандянь сжал пострадавшую ладонь в кулак, давил, словно выжимал сок из апельсина, но капала его кровь на его жуткую статую. Еще прилив агрессии, он вредил себе хуже, чем раньше, собираясь серьезно атаковать нас.

Свист ветра был единственным, что предупредило меня, но я была на грани, и этого хватило. Я перекатилась, пригнулась, не поняв, кто нападал.

На широких крыльях существо с алтаря Сю Шандяня напало на меня. Мелкие острые ножи сияли в некоторых ручках, в другой был тяжелый свернутый хлыст, в еще одной — железная цепь, оковы щелкали как голодные челюсти. Одна рука кончалась не ладонью, а дубинкой, красный конец был железом для клеймления. Это был монстр, рабство, каким его представлял ребенок, поводок и хлыст, цепи и оковы на лодыжках, жар солнца над плантацией в полдень, избиения.

Кошмарный монстр устремился ко мне. Хлыст мог ранить меня, ножи (мелкие) могли ранить и оставить шрамы, раскаленное железо могло оставить след и ранить, но оковы были опаснее всего. Если попасться в них, наступит конец.

Этого оружия мне нужно было опасаться.

Он был быстрым! Он пролетел над двором как оса. Он бросился на моего отца, и его Пузырь лилового огня едва замедлил атаку. Отец выпалил сильный слог, отбил врага, но тот развернулся и напал на меня.

Оружие замахнулось на мое тело, и я взмахнула мечом в защите, отбивая голодные оковы. Я преуспела, но другое его оружие ударило, хлыст задел мое плечо, вызвав вспышку боли в спине, а мелкий нож порвал мой рукав и порезал руку. Я думала, что раскаленное железо промазало, а потом поняла, что край моего одеяния горел. Я упала на землю, чтобы потушить огонь, смотрела, как чудище повернулось ко мне снова.

Союзники подошли ко мне, видели, что я проигрывала. Маоэр не мог прибыть сюда? Или Шуай Ху?

Летающий монстр отогнал моих женщин, напал на меня с кожами, хлыстом, цепью и клеймом.

Я отбивалась и отступала, больше ничего не могла. Оружие врага потрясало. Летающее чудище с каменной кожей напало снова, но он поймал запястье Джинни цепью, потянул ее по двору, пока она кричала.

Два слова пылали в голове в тот миг: «заложник» и «ловушка».

Я не могла позволить этому остановить меня. Я не могла позволить увести мою подругу и помощницу, как овцу к волкам.

Сжав меч, кровоточа от порезов, которые этот монстр оставил на мне, я побежала за летающим существом.

Оно взмыло вверх, потянуло Джинни по земле. Оно издало звук, злобный хохот, и бросилось ко мне. Я уклонилась, извернулась, направила меч по горизонтали, удар назывался Лист, кружащийся в вихре, но монстр отбил мой меч парой кинжалов, третий нож задел мое бедро. Я взвизгнула и отклонилась в сторону, а существо взлетело с радостным воплем.

Джинни осталась в оковах, а он ослаблял меня атаками.

Его крик хищной радости снова пронзил ночь, и я слышала, как крылья хлопнули, и он устремился ко мне.

— Сейчас, Ли-лин! — крикнула Джинни, побежав в другую сторону. Монстр летел ко мне, но дух Джинни натянул цепь и отдернул его тело в сторону.

Я использовала шанс и бросилась, пытаясь пробить монстра. Мой меч ударил по его груди, но загремел, как сталь о камень, даже мой персиковый меч лишь оставил мелкий след. Но из того пореза потекла сине-зеленая кровь.

У меня был еще миг. Но куда ударить? Снова по его боку? Он повернулся ко мне, я прыгнула и ударила по цепям, освобождая Джинни.

— Черт, Ли-лин! — закричала она. — Как мне теперь тебе помогать?

— Помоги мне, уйдя в безопасность, — сказала я.

Монстр взлетел и стал описывать круг. Цепь на моих глазах отросла, и на конце появились оковы. Даже мелкий порез на боку уже зажил. Я нахмурилась. Так было не честно. Его было сложно ранить, и он заживлял раны. Оковы раскрылись, звенели, голодные, желая еще пленника. Меня.