Посмотри на солнце (СИ) - Спектор К. А. - Страница 9

— Сегодня были соревнования по баскетболу, я ходила посмотреть.

— Хорошо… Мы с папой хотели поговорить с тобой о… Бабушке.

Виолетта никак не прореагировала, продолжала есть. Мама толкнула отца ногой, чтобы он заговорил:

— Да, Виолетта, у тебя сейчас очень сложное время. И мы хотели сказать, что ты всегда можешь на нас положиться, поделиться чувствами и всё такое. Понимаешь?

— Да, папа. Если что, я обязательно вам сообщу.

— Мы не только об этом хотели поговорить. — Сказала мама. — Ты ведь с бабушкой в одной комнате жила. Мы думаем, что тебе стоит некоторое время поспать в другом месте. На диване, например. Или можно с папой поменяться. Он будет в твоей комнате, а ты со мной.

— Ты хочешь, чтобы папа спал в той комнате, где умерла его мама? Может, ещё на ту самую кровать его положим?

— Доченька, я не это имела в виду. Можно, чтоб папа на диване. Или, хочешь, ты одна будешь в нашей комнате?

— Я останусь у себя.

— Ты уверена?

— Да.

Виолетта ушла в комнату, оставив родителей обсуждать решение дочери. Виолетта не привыкла убегать и скрываться. Девушке казалось, что горе легче пережить, продолжая вести тот образ жизни, который был, так будет легче прийти в норму. Единственное, с чем ей не хотелось мириться — наличие большого количества свободного времени.

В комнате было темно. Виолетта щёлкнула выключатель, бросила сумку на кровать, полезла закрывать шторы.

— Скольким людям ты рассказала?

От неожиданности Летта вскрикнула. Обернувшись, она увидела того самого мужчину с кладбища. Длинные чёрные волосы наполовину закрывали лицо, дужки вокруг широких зрачков отливали красным. Он был высокий и, казалось, занимал половину комнаты. Он пристально смотрел на девушку.

— Летта, что случилось? — Послышался голос мамы. Когда та вошла в комнату, Александр успел спрятаться за дверью. — Я слышала, что ты кричала.

— Да, я… Ударилась коленом о стол. Было больно. Но уже прошло.

— Точно всё хорошо?

— Да, я собираюсь делать уроки.

— Ладно. Но ты зови, если что.

— Хорошо.

Мама вышла из комнаты. Александр прикрыл за ней дверь.

— Тебя зовут Лето?

Она промолчала.

— В честь времени года?

Девушка снова не ответила. Мужчина подошёл ближе к Виолетте, она прижалась к столу.

— Сколько людей теперь знают о существовании вампиров?

Виолетта наконец-то пришла в себя и поняла суть вопроса:

— Я никому не рассказала.

Александр удивился:

— Да? Почему же?

— Мне бы всё равно никто не поверил.

— Откуда ты знаешь?

— Раньше же не верили.

— Ты рассказывала об этом раньше?

— Конечно. Любой бы рассказывал.

— Хм. А они что?

— Думают, что я ненормальная.

— Это хорошо. В смысле хорошо, что не верят. Мы не зря держим в секрете наше существование. Но раз ты знаешь, я должен убедиться, что ты не поделишься знанием с другими.

— С моей репутацией не получится делиться такими знаниями.

— Хорошо, я поверю тебе, Лето.

— Летта. Двойная «т». Сокращение от имени Виолетта.

— Странное имя.

— Меня так бабушка назвала.

— У неё всегда были странные предпочтения.

— А правда, что вкуснее крови ты не пробовал?

Александр некоторое время промолчал, осмотрел вещи Елены.

— Да. В её крови всё было как надо.

Он присел на край кровати, взял подушку, поднёс к лицу, вдохнул. Он тоже учуял тот запах. Складывается впечатление, что ему тоже сложно смириться с потерей.

— Ты убил её. — Сказала Виолетта. — Монстр.

— Да, я монстр. — Александр поднялся с кровати, подошёл к Виолетте. — Но найди хоть одного человека, который не будет монстром.

— Ты не человек.

— Да. Не человек. Но был им когда-то.

— Ты сам решил стать вампиром?

— Не говори это вслух! Ужасно звучит. Нет, я не сам решил. Какой-то новичок укусил меня в сонную артерию и запустил свою слюну в мой организм. Выпив всё, он убежал, а я остался там. Если вампир укусит человека в сонную артерию, то заразит его.

— Заразит?

— Да. Вампиризм — болезнь. Из-за этой болезни приходится полностью менять свою жизнь. И единственное лечение — смерть. Как минимум половина наших заразилось не по своему желанию, а из-за ошибок новичков. Я эти ошибки не совершал, кусал руки. Постепенно я изучал обычаи и образ жизни вампиров, познакомился в опытными и влиятельными, даже стал приобщаться к нашему социуму. Но убивал. Много невинных жертв, которые просто шли домой поздно вечером. Я выпивал их кровь до дна, а тела прятал, чтобы никто не мог найти. Это продолжалось несколько десятков лет, я сменял города, страны, не хотелось привлекать слишком много внимания. Но дикость подавить очень сложно. Только сумевшие совладать с собой могли войти в высшее общество вампиров. Но однажды я встретил её. Елена. Её кровь… Она сама… — Александру стало тяжело говорить. — Я открылся ей, она это приняла. Она стала для меня стимулом меняться.

Виолетта с интересом слушала рассказ Александра, он мял подушку бабушки и говорил:

— Я стал контролировать свой голод, перестал пить кровь без необходимости. И начал искать жертв, которые заслуживают смерти или уже почти мертвы.

— Никто не заслуживает смерти.

— И никто не заслуживает того, что делали те люди. Насильники, убийцы. В большинстве получившие огромные сроки. Или те, кто болен и умирает в муках. Бывает, люди попадают в аварии, там тоже есть несчастные, которых легче избавить от страданий, чем пытаться спасти. Такая кровь не отличается вкусом и насыщением, но это безопасно для всех нас. Я изменился ради неё, потому что она заслуживала только лучшего. И мне хотелось им стать. Но чего-то не хватило, она отвергла меня.

Чувствовалось, как тяжело Александру было говорить об этом. Возможно, он всё ещё её любит.

— Ты думаешь, что она посчитала тебя недостойным себя?

— А разве есть другие причины?

Летта достала бабушкин дневник, открыла на последней записи, протянула Александру:

— Всё может быть не так, как кажется изначально. Иногда стоит посмотреть с другого угла.

Александр взял дневник, прочёл запись. Отложив книжечку, он засветился:

— Так она не разлюбила меня, когда увидела это?

— Нет. Она просто боялась. Страх — причина большинства ошибок. Она говорила мне, что много раз жалела о своём выборе.

— Спасибо тебе.

— За что?

— За то, что теперь я точно знаю, что она меня любила.

— Можно намазать твоё лицо кремом?

— Зачем?

— Твоя кожа ужасно шелушится.

— У всех вампиров так.

— Обязательно ли быть как все? Всего один раз, пожалуйста.

Александр фыркнул, но убрал волосы за уши, открывая лицо. Летта тихонько намазала крем для лица. Кожа вампира оказалась очень сухой и безумно холодной, но что-то в этом было приятное. Виолетта успела рассмотреть его длинные ресницы, густые чёрные брови и родинку под правым глазом.

Когда Летта закончила, Александр потрогал лицо. Девушка заметила, что у него аккуратные остро наточенные ногти, почти когти.

— Неплохо, — сказал Александр.

— Если использовать крем регулярно, можно привести кожу в порядок.

Летта убрала крем и собиралась заняться своими делами, но вампир не уходил. Он сунул руку под пальто и достал вскрытый конверт.

— Это её письмо. Прежде, чем я пришёл, она написала мне. Я не такой уж и монстр, как ты думаешь. Иногда стоит посмотреть с другого угла.

Александр вручил девушке конверт, улыбнулся и через секунду скрылся. Летта в растерянности стала разглядывать конверт. Почерк действительно бабушки. Имя, адрес, всё подходит. Виолетта достала письмо из конверта. Всё тот же красивый тонкий почерк, как в юности.

«Мой дорогой Александр, прошло уже много лет. Слишком много. Наверняка ты уже не живёшь в том доме, но если всё-таки живёшь, очень прошу простить меня за то, как я поступила тогда. Мне очень не хотелось тебя отвергать, но пришлось, просто поверь, что иначе было никак. Я много раз жалела о сделанном выборе, часто думала о тебе, о нас. Признаюсь, до сих пор мечтаю о том, как бы у нас всё получилось, не будь я такой глупой.