Навеки связанная (ЛП) - Кинрейд Карпов - Страница 4

Я быстро обмываюсь, стараясь не смотреть на шрамы, которые служат напоминанием о том, какое я на самом деле чудовище. Лишь лицо не повреждено. Красивое, идеальное лицо. Моя красота — ложь, чудовище, живущее под ней.

Но когда дотрагиваюсь до лица, вздрагиваю, и слёзы жгут глаза. Я всегда думала, что была бы счастлива, если бы лицо отражало мою сущность. Были даже моменты, когда я испытывала искушение подпортить внешность, чтобы покончить с ложью.

Но…

Сейчас…

У меня сводит желудок, пока я ищу спокойную поверхность воды, чтобы посмотреть на своё отражение. И в этот момент кричу.

Вся физическая боль, которую вампир забрал, возвращается в десятикратном размере, когда я вижу, как теперь выгляжу — глубокие шрамы разрезали лоб и щёки, а один из них бровь. Кровь исцеляла раны, но оставляла шрамы. Некоторые остались после аварии. Некоторые — от мужчины с хлыстом.

Моё желание, наконец, исполнилось. Я выгляжу, как чудовище, каким себя и чувствовала. Я падаю на колени и плачу.

Глава третья, в которой я, что, провалилась в кроличью нору? Что это за чертовщина, и где Wi-Fi?

Я не знаю, как долго занимаюсь самобичеванием, но я не из тех, кто на этом зацикливается. Моё отношение к травме можно считать… бесчувственным. Даже бессердечным. Есть те, кто купается в боли. Есть те, кто использует боль, чтобы стать лучше. Есть те, кто полностью игнорирует боль. Я склонна следовать прогрессии. Погрязнуть ненадолго, посмотреть, что могу извлечь, а потом игнорирую.

Когда поднимаюсь и направляюсь к куче одежды, оставленной для меня моим необычным хозяином, я уже достигла стадии игнорирования. Позже найду время выяснить, какое влияние эти новые шрамы окажут на мою жизнь и самооценку.

Сейчас я просто благодарна за то, что осталась жива. Мне нужно придумать, как выбраться из этой деревни и добраться до Киева, где посольство США, надеюсь, поможет мне вернуться домой. Поскольку я не уверена, что смогу вернуть паспорт или личные вещи.

Я быстро одеваюсь в одежду, которая мне очень велика и явно принадлежит вампиру, что вполне логично. Он, по крайней мере, дал пояс подвязать брюки, чтобы они не упали во время ходьбы. Тем не менее, во всём этом я выгляжу комично.

Я возвращаюсь в комнату, затем прохожу через главную дверь в длинный каменный зал, украшенный множеством сцен и освещённый факелами, которые выглядят… странно. Даже неправильно. Я протягиваю руку к одному и, хотя от него исходит тепло, это не настоящее пламя, а какой-то голубой шар света. Я снимаю со стены этот факел и беру с собой, дополнительное освещение даёт мне ложное ощущение безопасности. В коридоре видны двери, ведущие в разные комнаты, но все они заперты, кажется, на большой старинный ключ, типа тех, которые моя мать любила собирать перед смертью.

Двигаясь дальше по красному ковру, я прихожу в банкетный зал с большим каменным столом, ещё одним ярко горящим камином и комнатой сбоку. Я надеюсь, что это кухня, и оказываюсь права, но ничего съедобного не нахожу. Зато на огне кипит котелок, от которого поднимается горький аромат трав, висящих повсюду, а на полках выстроились бутылочки со странностями. Комната больше похожа на мастерскую средневекового учёного, чем на кухню, которой она когда-то была, и не думаю, что здесь когда-то вообще готовили еду.

Я вздрагиваю, вспомнив, что, вероятно, вчера вечером должна была стать обедом у хозяина этого дома. Напрашивается вопрос: если не я, то кто? Если он не ест пищу, ему нужна чья-то кровь, верно? Я гадаю, почему он не съел меня? Он думал, что я в чём-то виновата. Он питается только виновными? Я хмурюсь. Если так, то я определённо заслужила стать его обедом.

Я продолжаю искать пищу, но когда натыкаюсь на банку с глазными яблоками, сдаюсь. Аппетит пропал. Что он здесь делает? Что это за существо?

Я продолжаю своё исследование и нахожу библиотеку, заваленную книгами и древними свитками. У меня отвисает челюсть, когда я смотрю на названия. В основном на русском языке, хотя некоторые на незнакомом мне. Затем я нахожу книги на английском языке, немного, да и то они написаны были ещё до принятия правописания, так что читать их было так же трудно, как и русские.

В углу стоит затёртый письменный стол, и я ругаю себя за удивление, что мужчина, который спас меня, хорошо начитан. Я считала его чем-то вроде пещерного монстра, но все мы не то, чем кажемся, да? Любой, кто встретил бы меня до этой поездки, счёл бы добрым, милым человеком… хотя и с чёрным чувством юмора. Вероятно, сейчас люди увидят меня настоящую.

Я кладу книгу на место и ухожу, продолжая искать выход. Глупо возвращаться в деревню, но мне нужны ответы, и я должна выбраться отсюда. Может, мне удастся украсть лошадь или ещё кого, и ускакать на поиски нормального города, жители которого не будут пытаться скормить меня местному монстру.

Совершенно случайно в комнате, похожей на гостевую, я натыкаюсь на моего спасителя, который спит. Эта комната похожа на ту, в которой проснулась я, только проще и меньше. Должно быть, он отдал мне свою комнату и спал здесь. Во мне внезапно просыпается чувство вины, ведь я знаю, что уйду и больше не вернусь.

Он лежит так неподвижно, что кажется мёртвым. Ничего не шевелится. Я делаю шаг ближе, ведомая тем же притяжением, что вчера овладело мной.

Страсть.

Похоть.

Желание

Связь.

Что это? Заклинание? Магия? Эффект от того, что я выпила его кровь?

Я не могу сдержаться и кладу руку ему на грудь, хотя тело противится.

Он проснётся? Укусит ли меня? Уберусь ли я отсюда живой?

Но грудь под моей рукой не вздымается. И не опускается. Биение сердца тоже не слышно. Вообще ничего нет.

Но как только я хочу отстраниться, что-то происходит.

Удар.

Лишь один.

Но это уже что-то.

Затем ещё.

После чего мужчина со шрамом на лице делает глубокий вдох, но не открывает глаза и тело его так и неподвижно. Стук сердца ускоряется, пока не становится ровным под моей ладонью.

Я округляю глаза, когда чувствую, как его кровь внутри меня отзывается и пульсирует в такт ударам, будто мы связаны друг с другом.

Я отдёргиваю руку и быстро иду к двери, ужас и возбуждение борются внутри. Разум затуманен, тело покрыто потом. Прежде чем мужчина успевает проснуться, я выбегаю из комнаты, тихо закрывая за собой дверь, и прислоняюсь к ней спиной, пытаясь отдышаться.

Что только что произошло?

У него не билось сердце, а затем забилось.

Такое нормально?

Да и вообще, что я знаю о норме для русских вампиров?

Я отчаянно бегу по коридорам, ища выход. Мне нужен свежий воздух, даже если там холодно. Мужчина не оставил мне пальто, вероятно предполагая, что я останусь внутри, поэтому я хватаю меховое одеяло и накидываю его на плечи, как только обнаруживаю выход.

Вход в пещеру заблокирован большой дубовой дверью. Я со всей силы толкаю дверь, хотя точно знаю, что ещё несколько дней назад не смогла бы этого сделать. Кровь этого мужчины во мне придаёт сил. Будем надеяться, что этот отличный побочный эффект продлится долго.

Снаружи — яркий холодный день. Снег накрыл землю, но небо чистое и светит солнце. Я вдыхаю свежий воздух и с лёгкой улыбкой поднимаю лицо к небу, прежде чем отправиться в деревню. При условии, что смогу найти туда дорогу.

Но у меня есть скрытая сверх сила, как называла её моя семья. Я до смешного хорошо ориентируюсь, и могу найти дорогу куда угодно. Даже если никогда прежде тут не была. Много лет я училась прислушиваться к этому инстинкту, и благодаря нему, я — отличный попутчик.

Доверяя интуиции, я направляюсь на север и вижу следы вампира несущего меня в свою берлогу. Бинго!

Я притормаживаю, когда в поле зрения появляется деревня — похожие на хижины дома из камня и дерева, выстроившиеся вдоль грязных улиц. Я стою на холме, откуда открывается хороший вид на окрестности. Ещё дальше стоят фермы, а в центре города на рыночной площади стоит здание, похожее на церковь. Сегодня здесь очень оживлённо, вероятно из-за хорошей погоды. Семьи торгуют друг с другом.