Магистр дьявольского культа (ЛП) - Мосян Тунсю - Страница 154

Вэй У Сянь швырнул вперед факел, приземлившийся в угол пещеры. 

Звук получился исключительно громким и звенящим в тиши подземного грота, и голова твари тут же вылезла из своего убежища. В ее узких зрачках заплясало отражение весело горящего факела. Свет и тепло явно вызывали у зверя интерес, и змеиная шея медленно потянулась в их направлении.

Цзян Чэн позади нее бесшумно скользнул под воду.

Орден Юнь Мэн Цзян проживал в окружении озер, поэтому все его адепты являлись крайне искусными пловцами. Едва Цзян Чэн скрылся в глуби, рябь над ним мгновенно рассеялась, и ни одной волны не всколыхнуло поверхность. Молодые люди в мучительном томлении уставились на воду, время от времени поглядывая на тварь. Та неуверенно нарезала круги вокруг факела, словно размышляя, стоит ли приближаться поближе, и каждое ее движение до предела натягивало нервы юношей.

Неожиданно, будто все же решившись отведать на вкус непонятный предмет, тварь поднесла нос к факелу. Его огонь тотчас же слегка подпалил ее морду.

Зверь отдернул шею и яростно фыркнул, выпустив из ноздрей две струи водяного пара, потушивших факел.

Как раз в этот момент над водой показался Цзян Чэн, делающий глубокий вдох. Тварь, заметив, что в ее владения вторгся чужак, выгнула шею дугой, а затем резко спружинила к Цзян Чэну. 

Поняв, что дело принимало совсем дурной оборот, Вэй У Сянь прокусил палец, торопливо намалевал что-то на своей ладони, затем выскочил из укрытия и ударил рукой о землю. Едва он убрал кисть, как на этом месте вспыхнуло яркое пламя, высотой с человеческий рост!

Тварь изумленно обернулась и посмотрела в его сторону. Цзян Чэн воспользовался случаем и вылез на берег, прокричав остальным: «На дне есть проход, довольно большой!» 

Вэй У Сянь спросил: «Довольно – это насколько?»

Цзян Чэн ответил: «За раз могут протиснуться около полудюжины человек!»

Вэй У Сянь завопил: «Слушайте все! Ныряйте в воду и плывите в дыру вслед за Цзян Чэном. Здоровые, присматривайте за раненными; умеющие плавать – за не умеющими. За раз могут протиснуться около полудюжины человек, так что не спешите. А теперь в воду!»

На его последних словах огонь, рвущийся к потолку пещеры, постепенно затух. Вэй У Сянь отступил на десяток шагов назад и вновь ударил ладонью о землю, призвав еще один костер. Золотисто-желтые глаза зверя заискрились отраженным красным пламенем. Он наконец-то по-настоящему разъярился и, перебирая когтистыми лапами, вынес на берег свое исполинское тело, ползя на свет.

Цзян Чэн гневно выкрикнул: «Ты чем там занимаешься?!»

Вэй У Сянь ответил: «Нет, это ты чем там занимаешься?! Выводи всех сейчас же!»

Ему удалось выманить зверя из озера и привлечь на берег. Настало самое время не стоять на месте, а спасаться бегством! Цзян Чэн стиснул зубы: «Все, спускайтесь в воду. Те, кто умеет плавать, держитесь слева, те, кто нет – справа!»

Вэй У Сянь пятился вдоль стены пещеры, ведя за собой огненную дорожку и попутно обозревая окрестности. Внезапно руку его пронзила острая боль. Опустив взгляд, Вэй У Сянь увидел стрелу, торчащую из своего тела. Оказалось, что ученик ордена Гу Су Лань, тот, на которого негодующе взирал Лань Ван Цзи, подобрал лук и стрелы, брошенные адептами Ордена Ци Шань Вэнь, и выстрелил в зверя. Но, похоже, сообразив, сколь проворной и смертоносной являлась тварь, юноша испугался. Рука его дрогнула, а прицел вышел из фокуса, в итоге стрела попала в Вэй У Сяня. Однако тому было совсем недосуг вынимать ее из руки. Вместо этого Вэй У Сянь продолжил ударять ладонью по земле, забранившись лишь после появления нового столба огня: «Уходи! Не мешай мне!»

Ученик рассчитывал одним выстрелом поразить жизненно важный орган зверя, чтобы несколько восстановить свое доброе имя, но ситуация неожиданно обернулась подобным образом. Юноша с лицом белее бумаги плюхнулся в глубь озера, спасаясь бегством. Цзян Чэн поторопил Вэй У Сяня: «Иди сюда!» 

Тот ответил: «Уже иду!»

Подле Цзян Чэна находилось еще трое младших адептов, не умеющих плавать – последняя группа людей, и, понимая, что они никак не могли ждать, он решился нырнуть под воду без Вэй У Сяня. Тот выдернул стрелу из руки, и лишь мгновением спустя запоздало подумал: «Плохо дело!»

Запах крови привлек зверя. Его шея внезапно вытянулась еще сильнее, а пасть свирепо распахнулась, обнажив острые клыки!

Пока Вэй У Сянь лихорадочно соображал, как поступить, тело его вдруг дернулось, словно кто-то отпихнул юношу в сторону. 

Лань Ван Цзи оказался на месте Вэй У Сяня.

Тварь не упустила подходящей возможности и сомкнула челюсти на его ноге, вонзив клыки в плоть.

Нога Вэй У Сяня тут же заныла от боли, едва он увидел это. Но Лань Ван Цзи, тем не менее, сохранял прежнее бесстрастное выражение лица, и лишь брови его слегка нахмурились. В следующую секунду тварь поволокла юношу прочь!

Судя по его размерам и предполагаемой мощи укуса, зверь мог бы с легкостью разорвать человека пополам. Но, к счастью, похоже, ему не нравилось жевать мясо с раздробленными костями, и зажав жертву в пасти, мертвую или еще живую, тварь тащила ее в свой панцирь, чтобы спокойно отобедать, а приложи она хоть немного больше силы, нога Лань Ван Цзи с треском сломалась бы в нескольких местах. Жилище черепахи отличалось чрезвычайной прочностью, будучи непроницаемой для любого меча, и, если тварь все-таки унесет туда Лань Ван Цзи, ему ни за что не выбраться наружу!

Вэй У Сянь неистово ринулся вперед, и как раз в тот момент, когда зверь приготовился втянуть голову в панцирь, набросился на него и вцепился в клык на верхней челюсти.

Само собой разумеется, сила его была пренебрежимо мала по сравнению с силой твари, но в подобных обстоятельствах, когда дело касалось жизни и смерти, внутри Вэй У Сяня неожиданно зародилась нечеловеческая мощь. Ноги его уперлись в черепаший панцирь, а руки словно приклеились к верхней челюсти: Вэй У Сянь, будто шип, встал на пути головы зверя обратно в убежище, не позволяя ему утащить добычу внутрь и с аппетитом сожрать. Лань Ван Цзи никак не думал, что Вэй У Сянь сможет настигнуть тварь даже в такой ситуации, и на время лишился дара речи.

Вэй У Сянь опасался, что зверь вырвется на свободу и либо откусит Лань Ван Цзи ногу, либо живьем проглотит их обоих. Продолжая держаться правой рукой за верхний клык, он схватился левой за нижний, и с силой потянул челюсти твари в противоположные стороны, словно все его существование зависело от этого движения. Выступившие вены на его лбу бешено пульсировали, словно вот-вот лопнут, а лицо окрасилось в кроваво-красный цвет.

Два ряда клыков уже весьма глубоко впивались в тело Лань Ван Цзи, но, тем не менее, челюсти зверя постепенно поддавались! 

Через мгновение тварь все-таки упустила свою добычу, и Лань Ван Цзи с плеском упал в воду. Поняв, что тот спасен, Вэй У Сянь тотчас же лишился своей едва ли не богоподобной мощи и, став более неспособным удерживать раскрытую пасть зверя, резко отнял руки. Верхние и нижние клыки твари с лязгом сомкнулись, будто огромный валун треснул на две части!

Вэй У Сянь полетел следом за Лань Ван Цзи, плюхнувшись в воду рядом с ним, затем одним махом перевернулся на спину и, ухватив юношу одной рукой, погреб второй к берегу. Он проплыл несколько метров, подняв высокую, изогнутую волну, выкатился на сушу и, закинув Лань Ван Цзи себе на спину, припустился во всю прыть.

Лань Ван Цзи выпалил: «Ты?»

Вэй У Сянь ответил: «Ага, я! Приятно удивлен, да?»

Болтаясь на его спине в разные стороны, Лань Ван Цзи вдруг ответил, вспыхнув столь редкими для него проявлениями эмоций: «И что тут приятного?! Отпусти меня!»

Рот Вэй У Сяня не затыкался, даже когда его хозяин отчаянно спасал свою жизнь: «Разве я не окажусь в постыдном положении, если отпущу тебя только потому, что ты так сказал?»

Рев зверя за их спинами сотрясал грудные клетки и барабанные перепонки юношей, а к глоткам подступала кровь. Вэй У Сянь поспешил замолчать и сосредоточиться на бегстве. Опасаясь, что разъяренная тварь поползет за ними, он намеренно проскальзывал в самые узкие щели, где не пройдет черепаший панцирь. Вэй У Сянь без устали несся вперед, потеряв счет времени, и замедлил шаг лишь тогда, когда рык твари затих вдалеке.