Любовь как приговор (СИ) - Громут-Хавин Ирина - Страница 70

 - Алтын бей, а как друг другу приходятся господин Кевин и госпожа Хавин?

-Они практически муж и жена. - Элиф очень удивилась. Ничего ни сказала, но по её лицу это было видно.

– Айше стояла тут же, - вас что-то смущает?

-Особо нет, просто она старше его. Я давно слежу за его работой в кино.

Он мне нравиться, как артист, красивый мужчина. Никогда бы не подумала, что его женщина старше него. Его любят миллионы.

-А  он любит нашу госпожу и счастлив этим. - Айше это сказала с гордостью. - В разговор вступил Алтын бей. - Так всё, прекращайте этот разговор пока вас никто не услышал. Госпожа Элиф, у нас не принято обсуждать хозяев. Если это до них дойдёт, или до господина Кемаля, вас сразу уволят, понятно.

-Извините, я просто хотела узнать, кто есть кто, и ничего больше. - Ещё раз прошу прощения. - Она ушла.

Элиф поняла, что надо держать язык за зубами, тем более у неё была очень хорошая зарплата. С первого дня к ней хорошо относились. Она единственная кто кушал вместе за одним столом с хозяевами. Конечно, она это будет ценить. Но ей всё-таки было интересно. Имея мужчину на много моложе себя, госпожа не боялась держать рядом с ним целый вагон молодых женщин. Она очень уверенная в себе, или в нем? Когда кто-то один из супругов старше, он всегда живёт, как на вулкане. А здесь, по-моему, на вулкане он. Она видела, как смотрит Кевин на неё, когда рядом кто-то из чужих мужчин. Вот тебе и дела. Такой красавец, популярный, миллионы умирают по нему, а он любит женщину на много старше себя, да ещё как... Трясётся над ней, смотрит, как на Богиню. Она сидела и думала, - ну почему одним всё, а другим ничего. - Но если бы она знала её историю, наверное, не позавидовала.

ГЛАВА 42

23 января приехали в холдинг Орхан бей и Мехмет бей. Должно было состояться совещание в узком кругу. Хавин и её дяди. Строительство куротного комплекса уже шло полным ходом. Надо было кое-что срочно решить. Заодно ей надо было рассказать о Кевине. Затягивать уже дальше было нельзя. Как она это скажет? И как они отреагируют. Хорошего она не ждала.  Просто Кевину ничего не говорила о своих опасениях. И вот они приехали, сейчас сидят у неё в кабинете. Хавин стояла перед зеркалом в туалете. Она намочила руки, и приложила к лицу, смотря на себя. Она вся горела. Сегодня что-то будет. Она останется здесь, или придётся уйти, третьего не дано. Но она не отступит. Слишком много она страдала, что бы сейчас вот так отказаться от своей любви и счастья. Она взяла себя в руки, улыбнулась своему отражению.

-Я, в конце концов, ещё Кёниг, дочь своего отца. Вперёд Хавин, не отступай. - И она пошла уверенной походкой. Зайдя в кабинет, улыбнувшись, сказала:

-Прежде чем обсудить дела по комплексу, я хотела поговорить о себе. Кое-что вам рассказать. От этого разговора будет зависеть вся моя дальнейшая жизнь. Возможно, вы дальше не захотите меня знать, возможно, - она развела руками …..

Орхан и Мехмет переглянулись.

-Дочка, что случилось?- Спросил Орхан.

-Произошло что-то страшное?

-Для меня хорошее, а для вас не знаю? - Она повела плечами.

-Хорошо, давай уже рассказывай. Не томи, твоё предисловие нас пугает.

-Я хочу выйти замуж. - У них обоих открылись рты, теперь они повели плечами. Говорить начал первый Орхан.

-Ну что здесь такого дочка? Ты одинокая, выдержала траур, имеешь право. Строй свою жизнь, как хочешь.

Мехмет: - Зачем нас так напугала?

-Это ещё не всё. Мой будущий муж, Кевин.

-Что? Они оба вскочили. - Ты с ума сошла? - Мужчины кричали, перебивая друг друга.

- Что скажут люди?- Она сидела, сжав руки, и смотрела в окно, а   они всё продолжали.

Как будто соревновались в красноречии.

-Ты нас хочешь убить? Опозорить? Ты выжила из ума? Стыд потеряла? Какой позор.

Ты ему в матери годишься. Твои родители в могиле перевернуться.

Это длилось минут десять. За это время Хавин не проронила ни слова. Потом встала, подошла к окну. Резким движением отодвинула штору в сторону. Открыла окно и так же резко повернулась. Они оба сразу умолкли.

-Что, хорошо? Пошёл воздух? Стало легче дышать?

-Я тоже хочу дышать, жить, радоваться, смеяться, любить, в конце концов.

-Что, нельзя? Не того люблю? Это против ваших законов?

-Дочка ты, что с ума сошла? Ты что говоришь?

-Тихо, тихо, - она подняла руку и поднесла палец к губам. - Я долго вас слушала.

Услышала, всё что хотела. Теперь ваша очередь послушать.

-Что вы знаете о моей жизни? Похоронила маму, папу, сестру, двух детей, мужа,

сгорел дом, - она загибала пальцы.

Вы, знаете эти сухие факты. Вы что, полиция? А вы знаете, что такое страх?

Она говорила, и слёзы лились просто ручьём, остановить их было не возможно.

Ужас одиночества? Ненависть? Когда ненавидишь всех, весь мир.

Хочешь уничтожить этот мир. Горишь в этом огне. Когда твоя душа одна во вселенной? Когда холодный космос вокруг? Вы это знаете?

У меня даже фото моих любимых людей не осталось, моих кровинок.

У меня память забрали. Ничего не оставили.

Хавин говорила всё это тихо, жестикулируя руками, а слёзы разъедали глаза, она захлёбывалась ими, практически не могла говорить, хрипела…

-Когда боишься воспоминаний, пройдёт 100 лет, а боль потерь будет съедать тебя.

Когда боишься той памяти что осталась, даже на милиметр  углубиться боишься.

И думаешь лучше бы и эту память забрали. В моей душе до сих пор горит огонь, который унёс моего мужа, моего Серёжу, мой дом. В одну секунду у меня забрали двух таких ангелов.

-Вы знаете, как с этим жить? Как спать в обнимку с одиночеством в холодной постели?

Что такое сердце, душа, когда у тебя отняли её. Вы знаете, как это? - Она говорила

уже почти шёпотом, голос срывался, слёзы не давали говорить.

-Боль потерь с этим нельзя смириться, с этим можно только жить. Учиться жить в аду. Вы все вместе взятые не пережили того, что я одна. Что такое прожить весь этот ад и не сойти с ума. Остаться нормальным человеком. Вы это знаете? Что мне это стоило? После всего мне никто не может указывать, как жить и что делать. - Она повела плечами.

Это моя жизнь, я никогда не буду жить чужим умом. У меня на всё есть своё собственное мнение и право. Вы уже в этом убедились. Я в своём выборе непреклонна. Вы хотите отнять у меня последнее, что осталось? Мы любим друг друга больше жизни. Если вам нужна моя жизнь, я её вам отдам. Но от него не откажусь. Возьмите её, мою жизнь.- Орхан и Мехмет сидели ошарашенные.

-Я открыла окно в свою новую жизнь, опять захотела дышать, жить. Я бегала сама от себя. Запрещала это, любить запрещала. Я умирала от этих запретов. Лежала в реанимации, ослепла, а он приехал, вернул меня к жизни. Он, моё всё. Вы не отнимите его у меня. Я не позволю. Вам стыдно за меня? Я вас позорю? Я уйду из вашей жизни. Исчезну, испарюсь …….Меня уже нет. - Она хлопнула рукой об руку.

Я же сильная, и это переживу. Главное у меня есть ради кого жить.  У меня будет муж и двое детей. Сын и дочь.   Я счастлива. Ну, а если моё счастье кому то поперёк горла. Извините, - она повела плечами. Я только одного не пойму, почему я всё жизнь должна делать то, что нужно кому-то.  Я не хочу больше жертвовать не собой, не своими чувствами. Мне надоело, надоело.

Дайте мне полчаса, и я исчезну из вашей жизни навсегда. Свои дела в компании буду вести через адвокатов. Деньги за дом я вам перечислю завтра, сегодня, извините, я не в духе. Я всё сказала. - Она подошла к столу и стала собирать свои вещи.

Первым опомнился Орхан. – Дочка, ты о чём? Теперь ты точно сошла с ума. Кто хочет, что бы так всё было? Давай поговорим.  Ты пойми нас тоже. Залепила в лоб такое. Ошарашила нас.

-Какое? Я что, сказала, что началась третья мировая война?

-Мы всё жизнь жили по чести и совести. По своим законам.

-В чём заключается ваша честь и совесть? В том, что бы отправлять своих родных детей на смерть? Ваше уважение построено на исполнении ваших законов. До каких пор вы будите их придерживаться? Весь мир уже давно живёт по-другому. Все кто против ваших законов, ваши враги? Вы каждого готовы закопать, кто против ваших законов.  Кто мыслит не так.