Забытая любовь (СИ) - Невин Никита - Страница 17

— Да, бабушка всем свежевыжатый сок привезла, я бы угостила своих друзей: Лену, Катю…

— А ты совсем с ума сошла его защищать? — перебил Варю Гоша, уставившись на Лену.

— Хулиган с воздуха — ты, Хохловский! — проворчала Варя.

— Ну и что, Хохловский, нам с тобой делать? — задался вопросом декан. — Самый способный студент воздуха и…

— …и хулиган, — закончила Варя.

— В точку, — согласился декан.

На вид Гоша не собирался сдаваться и был намерен доказывать свою правоту и дальше.

— Да сделайте проще, — рассудила Лена. — Пускай на этих выходных едет с Варей к её бабушке. У вас же домик свой?

— Ага, — кивнула Варя. — Уютная такая хижина.

Декан ухмылялся.

— Да вы что с ума сошли?! — возмущался Хохловский. — Мы собирались в последние тёплые выходные с ребятами с огня: Володей, Ваней, Серёгой на пляж съездить, а вы мне что предлагаете…

— Считай, что это домашнее задание, — усмехнулся декан. — Там открытое поле будет, Варвара?..

— Найдём.

— … там и поупражняешься в вихрях. Заодно изучишь как поддерживать предмет на весу. Потом мне сдашь.

Хохловский зло уставился на Лену.

— Ну спасибо!

Катя с Леной ушли от них, спустились вниз и вышли из института.

— И зачем ты это придумала? — сказала Катя. — Зачем защищать этих — Хохловского, Дьявола. Пускай их выгонят!

— Ну не будь такой суровой, Кать. Тебе нужно парня завести…

Круглые Катины щёки заалели.

— Ты вообще знаешь, что я видела? Этот Чернов он!.. Он!

— Что он? — с любопытством приподняла бровь Лена.

— Он своими людьми пользуется, — выпалила Катя. — Один из его «друзей» — так называемых, — такой тощий и длинный, бедный парень, — Егор, за этого придурка домашний тест писал к первому сентября по первому месяцу.

— За Кешу?

Катя не успела удивиться, что Лена называет Дьявола по имени, потому что спешила поделиться:

— Ну да, за психа этого! Прямо на моих глазах было, представляешь?! Егор ему и говорит: «Да я не думал, что работа так срочно нужна». А Чернов как схватит Егора за ворот и давай стучать кулаком по голове, точно в дверь: «Тук-тук-тук! Есть кто дома*? Думай, Егор!» И говорит: «Ну ты, мол, не хочешь же, чтобы я двойку получил?!» И Егор такой: «Да, конечно…» И Чернов требовал с него, чтобы тот написал за него тот домашний тест! А Егор-то этот бедный даже не против был, просто оправдывался, что не успевает. Ты себе вообще представляешь такое?

Лена внимательно смотрела на Катю и, судя по её взгляду, о чём-то сильно задумалась.

— Но послушай, — сказала Лена, когда они пошли вдоль института к улице, всё ещё зелёной от листьев, — этот Егор, как и остальные друзья… Дьявола, так же ходит за ним повсюду, так же в его команде. Если бы ему это не нравилось — не проводил бы тогда с ним столько времени.

— Как такое может нравится?! — Ну, Катя, разные же люди есть. Возможно, этому Егору просто нужна… ну такая, сильная рука.

— Это Чернову нужна сильная рука! — взревела Катя. — Да так, чтоб мозги на место встали! А то, видимо, ума не хватает, раз домашнее задание не может сделать: тут-то ему сильная рука и поможет. Ты сама-то думай, что говоришь! В смысле, я не хотела…

— Да ладно, всё нормально, — улыбнулась подруга.

— Дьявол потом этому Егору говорит: «Ты же не хочешь, чтобы я из-за тебя из института вылетел?» И Егор, главное, ещё и соглашается!

— Егор этот — слабенький щупленький мальчик, — рассуждала Лена. — Ему, наверное, выгодно быть под защитой, в компании этого Дьявола.

— Под какой защитой? — спросила Катя. — Дьявол защитит его от самого себя? Вон Ваня с Вовой тоже худые и ниже этого Егора на полголовы! Что-то они за Черновым не шляются.

— Ну вот, ещё одно подтверждение того, — сказал Лена, — что Егора всё устраивает — ты вспомни, как Чернов этот Козлову чуть шею не свернул первого августа, когда Козлов за Лизу Семеренко заступился.

— Ага, Егора хоть не бьют, — пытаясь подражать Ваниным ироничным интонациям, произнесла Катя. — Но, Лена, это же тирания какая-то! — Катя попридержала коней, чтобы не начать сравнивать Кешу-Дьявола с мировой агрессией Керилана: не хватает ещё, чтобы кто-то узнал, что она из Борсии, и это бы дошло до ушей Вани. — Этот Дьявол заставляет других за себя тесты заполнять — потом будет заставлять работать вместо себя, платить за себя. Я, тогда как это увидела, так и хотела набросится на эту сволочь.

— На Кешу?

— Ну да!

— Но не набросилась, — сказала Лена.

Катя сама не знала, почему вдруг повела себя по-другому. Увидь она такое год назад в школе — в стороне бы не осталась.

— Ну я, короче, Ване рассказала. Он немного занят был, книгу читал. Я, наверное, отвлекла его…

— А что сказал?

— Да как-то так посмотрел… Знаешь, как будто задумался, — Кате хотелось вспомнить каждое сказанное тогда им слово, и как он это говорил. — Взгляд какой-то у него был хитрый. Не знаю, что он имел в виду. Поблагодарил меня. Сказал, что придумает этой информации хорошее применение, и что так оставлять действительно нельзя.

Они вышли на широкий проспект.

— Ладно, — Катя решила перевести тему. — Не хочешь ко мне зайти сегодня?

— А где ты сейчас?

— В Тимпурской гостинице. Прогуляемся?

— Давай.

До района Тимпур было не так уж и далеко, на улице приятная погодка с солнцем, редкими тучками и без жары. Девушки с радостью прогулялись, обсуждая учёбу и то, какая ещё дура решилась встречаться с Козловым. При входе на первом этаже гостиницы им улыбнулся вежливый администратор. «Интересно, что бы он подумал, если бы увидел у меня в номере государственный флаг Борсии». Когда они поднялись на четвёртый этаж, чёрно-жёлтого шёлкового полотна уже не было: постоялица убрала его. Лена села за стол, Катя налила ей чаю и положила шоколадку.

— Вкусно, — улыбнулась Лена. — Так чего ты там говорила про своего отца?

— Ему придётся остаться у себя в городе. С работы не отпустили, — Катя утром получило письмо от Виктора.

Когда Лена ушла, Катя вновь достала письмо, чтобы перечитать:

«Катенька. Очень соскучился.

Меня действительно отпустили. Дома было убрано, молодец! Я, правда, сделал небольшую перестановку. Очень тяжело было возвращаться сюда. Я думал нахлынет радость, но радость нахлынула вместе с грустью. Но я держусь!

Очень хотел вас навестить. Но король пока что не отпускает меня от себя. У нас сейчас очень много дел. Наши люди находятся в Керилане. Подробности здесь я писать не стану, понимаешь сама, в какую страну придёт это письмо. Я очень надеюсь, что недели через две мне удастся выбраться из цепких лап своего монарха и навестить вас. Чувствую на себе большую вину за то, что не могу приехать сразу, но помимо денег меня здесь держит ещё и воинский долг!

Очень жду от тебя письма, расскажи мне, как у тебя с учёбой, как семья!

Виктор Мулин»

Отец хочет новостей? Он их получит! Катя взяла ручку и начала в подробностях описывать, что у неё случилось с отчимом…

* * *

Внезапно оба мужчины загорелись ярким пламенем. Сзади бежали двое работников органов, а также Володя и Михаил.

— Они мертвы, — с гордостью констатировал Михаил. — Блестяще, Ваня, ты их задержал.

— Да ты, Миха, тоже молодец, — похвалил его один из работников органов. — Ты их дотла сжёг.

— Да что ты, обычное пробивное уничтожение с уверенностью в своей цели, — Михаил поднял руку, сделал особый круговой жест, и внизу под ногами завыл ветер. Часть праха влетела к нему в руку, и он продолжал: — Который толстый — это был журналист и наёмник Гвардии Борсии Юрий Чамосский, а другой — гвардеец Виталий Ерёхин. Оба преданы стихии земле. Они за нами следили и послали иллюзорного духа.

— Вот почему он был как не живой, — проронил Вова.

— Да, но иллюзорные духи очень тонкие и на них невозможно наложить обычную невидимость. Что-то, видимо, разработали у себя там! Вообще это незаконное использование духов в целях шпионажа. Вот пройдохи-то!