Забытая любовь (СИ) - Невин Никита - Страница 25

— Эти будут жить, — бросил он, указывая на поражённых. — Попало по одному заряду. А теперь за мной в центральную комнату!

Они пробежали через дверной проём и оказались в маленьком зале, где посередине стоял пьедестал, а на нём, точно в формочке для яиц, лежал хрустальный прозрачный шар.

— А теперь что? — недоумевал Вова.

И тут Ваню осенило… Он достал из своего рюкзака огненный шар.

— Ты с ума?.. — обалдел Вова.

— Откуда это у тебя?! — с причитанием спросил ректор.

— Всё потом, — сказал Иван. — Поднимите шар.

— Да мы ж на воздух взлетим! — воскликнул ректор. — Ты спятил?!

— Снимите!

Вова подбежал и вынул шар из отверстия. Иван за пару секунд положил туда свой.

— Надо же, даже по размеру подходит, — весело проговорил Иван и заорал: — Бежим!

Все трое добежали до окна, а когда выпрыгивали — дом жахнул. Их отбросило метров на десять, Вова выронил хрустальный шар, и он разбился.

И у ректора, и у Вовы были обалдевшие лица, а Ваня начал целиться в небо.

— Что сидите? — спросил он. — Сигнал пора давать!

Опомнившись, оба достали жезлы, и все трое синхронно стрельнули вверх.

Через минуту подлетели Михаил и Фёдор. После рассказа Константина у обоих открылись рты.

— Ну ты, Ваня, просто гений, — с восторгом говорил Михаил. — Подсунуть туда огневуху! — он посмотрел в сторону остатков здания. — Никогда бы не подумал, что может так рвануть, если этот шар в ямку сигнализации положить. Не волнуйся, никто не узнает, что ты им пользовался. Разреши спросить, а откуда он у тебя?

— Я ему на восемнадцатилетие подарил, — поведал Вова. — У бати в мастерской нашёл. Отец сказал: лучший подарок, будет красиво смотреться где-нибудь.

Михаил согнулся от хохота, а Фёдор поинтересовался:

— Это, конечно, здорово всё, я сам потрясён и ничего не имею против таких решений, но мне просто интересно, а по-другому никак нельзя было?

— Да я просто, проверяя сигнализацию, пробудил гвардейцев, и они напали, — объяснял Иван. — Больше ждать и искать что-то другое, чтобы поставить в отверстие, нельзя было.

— Вы своим взрывом всё уничтожили, — радостно подвёл итог Михаил и протянул парням по чеку. — К концу декабря вы все обязательно должны прийти в штаб. Когда именно — я сообщу вам, Константин Константинович.

Иван и Вова возвращались домой очень радостные.

— Я думаю, это был удачный случай, — говорил Иван.

— Не знаю, как насчёт удачи, но деньги и вправду неплохие!

— Интересно, что они нам под новый год закатят! Наверное, ещё больше денег будет, — сказал Иван, и оба расхохотались.

Так они и шли домой — весело, со смехом, с хорошим настроением.

* * *

На следующий день солнце поднялось рано. Лучи освещали борсийскую столицу, показывая жителям уже надоевшие виды зданий, чью красоту по достоинству смог бы оценить только гость города. Александр уже встал и собрался в Здание Гвардии. Хотелось узнать, как идёт слежка из пригородной базы Войланска. Он, как обычно, разбудил Татьяну, и они вместе отправились к королевскому кортежу.

— Ты ещё не узнал, как проходят дела в Керилане? — спросила мужа королева.

— Нет, Тань, но меня беспокоит, что там всего десять человек, — ответил Александр.

— Не волнуйся там же хорошая сигнализация. Меня больше беспокоит наша дочь.

— О, нет! Я очень люблю Дашу, но не намерен сейчас говорить о ней. Голова другим забита, — он встал специально пораньше, чтобы не слышать нытья дочери.

Они сели в машину, она поднялась в воздух и через пятнадцать минут приземлилась около Здания Гвардии. Над белым кирпичным прямоугольным строением, на центральной башне высотой в сто метров, развивался национальный флаг — чёрный сверху и золотой снизу сходились волнистой линией. К счастью, было совсем раннее утро, и около здания не собралось ещё привычной толпы журналистов, девушек-поклонниц гвардейцев, военных, бродячих музыкантов и прочих зевак. Вместо всех этих людей Александра и Татьяну встретил Виктор Мулин.

— Доброе утро, ваше величество, — слегка поклонился он. — Тоже ни свет ни заря встали?

— Да уж, — промямлил король, выйдя из машины. Даже ничего не сказав жене, он пошёл в здание, поманив за собой гвардейца. — Как идут дела?

— Всё что знаю — отвечу; а что вас именно интересует?

— Ну, например, ваш забвенец. Он не навещал вас? А то ведь кериланские газеты в своё время так и пестрили вами и вашей «заслугой», что этот экс-гвардеец уже должен был заинтересоваться вами.

— К сожалению, ничего о нём не знаю. Ваше величество, я хотел бы узнать насчёт отпуска. Вы будете не против, если я съезжу к семье в Керилан на пару недель?

— Конечно, ваш отпуск начнётся как и положено — через два дня, если не произойдёт ничего непредвиденного, и вы вправе обращаться с ним так, как хотите. Я уверен, что в Керилане вас не купят — вас вообще нельзя купить! Я хотел спросить про нашу базу. Ничего не известно? Есть какая-нибудь информация от разведки из Войланска?

— Тоже, к сожалению, знаю не больше вашего, сир.

Не успели они добраться до одного из королевских кабинетов, как к ним подошёл придворный.

— К вам четверо посетителей, — известил он. — В вашей приёмной, сир. Ослинский, Держец, Курашко и Сладких.

— Чёрт побери, — ругался король. — Они же должны быть там!

Он отворил дверь приёмной. Они с Виктором зашли и сели напротив четвёрки. У всех провинившиеся лица, потрёпанная форма, оружия нет.

— Что вы тут делаете?! — со злым любопытством поинтересовался король.

— Плохие новости, ваше величество, — проговорил Ослинский, высокий, мускулистый, с тёмными волосами.

— Докладывайте! — король разволновался. — Что случилось? Почему вы здесь?

— Вчера в скрытый дом проникли трое неизвестных, ранили шестерых, взорвали здание и сбежали. Мы телепортировались уже в последний момент. Удар был такой, будто разорвало огненный шар. — Ослинский набрал воздуха в грудь и проговорил: — Как вы понимаете, было уничтожено всё здание и все документы, которые нам уже не восстановить.

Виктор про себя похвалил его за выдержку.

— Да вы хоть знаете, сколько времени мы эту базу создавали! — орал король. — А сигнализация?! Почему они прошли через неё?!

— Дело в том… — очень тихо проговорил толстоватый и светленький Курашко. — Мы… Мы не совсем везде её проверили… и…

— ОЛУХИ!!! — Александр встал с кресла и начал махать руками. — ИДИОТЫ!!! Вас, наверное, сделали молоденькие студентики. Виктор, вы говорили, что ваша дочь писала вам, что службы Керилана дают задания таким людям, а настоящих бойцов держат в тепле и уюте, так?

— Да, — ответил Виктор. — Но я думаю, на такое задание они могли послать именно настоящих бойцов, ваше величество.

— Вперемешку, скорее всего, — небрежно сказал Александр. — Вы все вдесятером уволены!

Этим четверым явно не позавидуешь.

— Простите, сир, — вежливо, но уверенно проговорил Виктор, — но мне кажется, что это не целесообразно. И даже не потому, что у каждого из них семья и всё такое прочее, нет. Это не выгодно прежде всего для гвардии. Сейчас очень мало таких, как они — преданных своему делу, готовых ко всему — просто дефицит!

— Я думаю, вы правы, — после короткого раздумья согласился король, садясь обратно в своё кресло. — Но выходит, что Керилан использует в боевых целях магические огненные шары — запрещённую магию, — Александр вновь встал и начал ходить по комнате.

— Да, — сказал Виктор. — Но мы не можем предъявить это в прессе, так как нам придётся признать, что мы сами занимались шпионажем на их территории, к тому же у нас нет никаких доказательств.

— Да, нельзя, — проговорил король. — Это придётся оставить так. Видите, как действует Керилан? Нагло, стремительно, эффективно. Мы тоже не должны отставать!

— И ещё, — сказал Ослинский. — Мы узнали про нашего духа-шпиона под ретфурским заклятием и двух гвардейцев, отправленных за ним. Так вот. Гвардейцы были убиты, а дух — уничтожен.