Забытая любовь (СИ) - Невин Никита - Страница 78

— Подождите, — успокоил их Виктор. — Давайте один раз сыграем, как Влад хочет, а потом снова на деньги будем.

Все согласились. Виктор раздал по шесть карт. Ваня знал друга и знал, что он никогда не будет жульничать. Однако ему попались отнюдь не блистательные карты: бубовая девятка (с которой начинается игра), крестовый валет, пиковая семёрка, шестёрка червей и два чёрных туза.

— Начнём, — сказал он и кинул свою девятку.

Игра проходила молча. Иван в ней выигрывал в основном потому, что она ему нравилась, да и тем более ему в ней везло. Но в этот раз карты, мягко говоря, оставляли желать лучшего.

Виктор кидал буби более мелкого разряда, а Виталий кинул червовую девятку, пытаясь её развивать. Илья и Вадим бросили «8» и «7» этой масти, а Виктор (на удачу Ивана) кинул крестовую девятку. Даже не посмотрев, чем походил Влад, Иван сразу же кинул крестового вальта, так как у него был туз этой масти.

Вскоре открылись и пики, буби собрались все, масть крестей с одной стороны добралась до шести, с другой Виктор кинул даму, но никто не кидал короля. Черви и пики, на радость Ивана, дошли до тузов.

Вскоре все лишились карт, у самого Ивана оставались семёрка пик, туз крестей и шестёрка червей, но пара карт ещё была у Ильи. Они посмотрели друг на друга, и Ивану стало ясно, что у того шестёрка пик и король крестей (только их не было ни на столе, ни в руках у Ивана).

— Ход пропускать нельзя, — напомнил игрокам Виталий.

Ходить должен был Иван, и он положил семёрку, забыв о шестёрке. Илья отличался благородством и положил короля. Ваня на радостях кинул туза, тот положил свою шестёрку пик и остался без карт. Только сейчас Иван заметил, что у него в руках осталась карта, которую он мог бросить уже несколько ходов назад. Шесть сердечек на белом картоне. Он проиграл…

— Кто первый вышел? — спросил Виктор.

— Влад, — сказал Виталий. — Он и приказывает.

Влад пристально посмотрел на Ивана, улыбаясь. Вообще лицо у него было ладно сложено, но напоминало худого воробья, особенно в эти моменты.

— Чтоб тебе такого загадать.

Иван предложил ему пару вариантов, но тот сказал, что это слишком просто и неинтересно. Влад продолжал пялиться на него, а потом рассмеялся.

— Я придумал, — проговорил он.

— Ну? — хором сказали Ваня и Витя.

— Короче; ты, Иван, идёшь в спальню к девушкам и раздеваешься перед ними.

— Стриптиз что ли… — вымолвил проигравший с усмешкой.

— Это аморально, — воскликнул Виктор.

— Откуда, — сказал Владу Вадим, — у тебя такие мысли?

— Да ладно вам, сейчас лето; надо и в детство впасть. — заявил Влад.

— Детство не синоним слову извращение, — заметил Виктор.

— Тебе лучше знать, — усмехнулся Виталий. — Что вы все так боитесь? Ещё даже новеньких особо не приехало… Я бы выполнил такое задание!

— И выполняй, — рассмеялся Ваня.

— Иж какой…

— Ладно! Карточный долг — дело чести.

— Скорее тело, чем дело, — сказал Виктор, и гвардейцы залились дружным смехом.

Затем так же весело все шестеро отправились в комнату к своим помощницам.

— Вот чёрт! — сказал, зайдя, Виталий. — Никого.

— Ничего! — не унывал Влад. — Поищем у младших гвардейцев.

Они всей компанией прошли весь коридор и завернули в комнату к помощницам младших гвардейцев. Там, на той же кровати, сидела та самая девушка с рыжими волосами. Она подняла на них свой слегка испуганный и очень удивлённый взгляд.

Только к Ване пришла мысль, что чего тут раздеваться: одна девушка — это не публика, как Влад подтолкнул его:

— Сойдёт, — затем громче: — Давай, покажи нам класс! — Он показал на белый стол, стоящий по середине комнаты.

Девушка очень странно и испуганно взглянула на Ваню. Он же, с присущей ему в такие минуты нескромностью и харизмой, взобрался на стол и проделал всё, что надо было. Девушка то опускала взгляд, то смеялась. К счастью, трусы Влад снимать не попросил.

Наконец Иван спрыгнул со стола, оделся и подошёл к выходу. Гвардейцы кидали ему похвалы и начинали выходить из комнаты.

— Никогда не на что не играй, — сказал Иван, подойдя к своей зрительнице.

— Я поняла, — с хитрой улыбкой и каким-то внутренним светом сказала она.

Виктор схватил его за шиворот.

— Пошли уже, дон-жуан-стриптизёр.

И они вышли в коридор.

— Ничего такого, — просто сказал Иван. — Просто перекинулись парой слов.

— Пошли прогуляемся, — сказал Виктор. — Надоели карты.

18 глава. Забытая любовь. — 2

* * *

На следующий день в штаб гвардейцев действительно приехало множество сотрудников. Иван и Виктор увидели немало знакомых лиц. Одиннадцатое июня для них закончилась весело, за кружкой чая, причём не в столовой, где было не особо комфортно, а у них в спальне.

— Как там у тебя с женой? — спрашивал Ваня лучшего друга. — Ты ей тилисом трескал?

— Нет ещё, и до приезда домой, наверное, не буду.

— А когда в город поедешь?

— К сентябрю ближе, пока тут в штабе поработаем. А ты когда в отпуск собираешься?

— Числа первого-второго, не знаю…

— Ну вот, что я без тебя здесь делать буду?! А отказаться можно от отпуска, коль передумал?

— Отказываться ни один дурак не захочет! Перенести можно, хоть до сдачи отпускных и расписки ответственного. Наш ответственный — королева.

— Кстати, ты слышал? В этом году мы будем выполнять задания на Трибейском озере, по двое. Две помощницы или два гвардейца.

— А почему помощниц берут?

— А там, в общем, опять мы типо перед Кериланом выкабениваемся: защита магического равенства мужчин и женщин, всё такое. К тому же задание несложное.

— Там хоть есть чем заняться в этом озере? Или это очередной вид стояния на посту и моргания глазами?

— Конечно, есть! — воскликнул Виктор. — Это ведь необыкновенное озеро, воду оттуда применяют в лечебных и боевых целях. Год назад, когда там ещё не было этого заклятия осушения, а моя семья была целой, мы ездили туда купаться — вода необыкновенная! Тогда мои дочери: Оксана и Катя выбрали себе стихию — воду.

— Да, отличное, наверное, местечко… А что там делать надо?

— Заклятие осушения снимать. В один день парочка снимает, но заклятие всё равно через день оживает, и туда идут следующие. И так года три будет.

Однажды Иван и Витя поднимались к себе; поднявшись они увидели трёх девушек, сидящих перед самой лестницей на скамейке. Двух Иван знал, они когда-то очень давно приезжали к ним работать помощницами. Третья же была ему знакома совсем недавно (зрительница его танца — но Иван не придал этому особого значения). Он весело подошёл к ним, подозвав Виктора (который был явно этим не очень доволен).

— Добрый день, — сказал Иван. — Почему три таких прекрасных девушки сидят прямо перед лестницей?

— Нам так нравится, — с оттенком словно нарочитой глуповатости сказала одна из них, самая высокая, со светло-оранжевыми волосами. — А вы кто?

— Я — Иван, молодой гвардеец, а это Виктор, мой друг, — поведал он.

— Я — старый гвардеец, — сказал с натянутой улыбкой Виктор, и девушки рассмеялись. Даже та, с рыжими волосами, на чьих узких губах уже блистала знакомая нам умная и светлая улыбка, с оттенком то ли хитрости, то ли смешливого уважения.

— Так что, — сказала другая девушка, что была пониже, с более светлыми волосами, чем у первой. — Вы из старших, а вы, Иван, из младших?

По повадкам и лицу Виктора Иван прочитал: «Есть среди помощниц глупые особы».

— Нет, — объяснил Ваня. — Мы оба из старших, а это просто возраст. Кстати, мы можем узнать, кто вы?

— Я — Даша, — быстро и спокойно ответила рыжеволосая.

— Просто Даша? — с улыбкой спросил Иван.

— Да, — усмехнулась девушка.

— Я — Марина, — точно соблазняя, заявила та, что пониже.

— А я, — с ироничным пафосом сказала третья, что была повыше. — Ваша верная помощница — Олеся.

— Очень приятно, — сказал Ваня. — Как насчёт прогуляться?