Дом Роял (СИ) - Ив Джеймин - Страница 11

— Неплохо было бы трудиться на благо нашего народа сообща, — добавила Калли, — чтобы построить общество, которое не уничтожало бы само себя.

Ксандер уставился на стену. По выражению его лица совсем нельзя было понять ни его эмоций, ни мыслей.

— Думаю, все вы очень наивны. Сотни лет ненависти и распрей не преодолеть одним щелчком пальцев, лишь потому, что мы четверо — лучшие друзья. Или потому, что вы трое нашли своих партнеров. Но я пойду за большинством… готов попробовать.

С этими словами он встал и вышел. Я чуть не поперлась за ним. В основном, чтобы наорать. Мне так нравилась эта группа и отношения между ее участниками. И впервые за много месяцев одиночество отступило. А он портил картину, пусть даже я частично и согласна с ним.

— Мама всегда говорит, что начать изменения легко… Просто решись и сделай первый шаг, — в присущей ей мягкой манере, сказала Майя. — Будь изменением, которого ты хочешь. Сколько угодно мы можем обсуждать то, чего хотим, но лишь мы сами в состоянии этого добиться. Думаю, чего ждет ваш народ — так это объединения младших и старших оверлордов всех четырех домов.

— Наш народ, — напомнил ей Чейз.

Она виновато ему улыбнулась:

— Точно. До сих пор привыкнуть не могу.

— Своих родителей я смогу убедить, — сказал Лексен.

— Я тоже, — добавил Чейз.

Дэниел хмыкнул:

— А я уже старший оверлорд, так что сами знаете, я в деле.

Повисла тишина. Все думали об одном и том же. Ксандер сказал, что не пойдет против большинства, так что, надеюсь, переманить своих родителей на нашу сторону ему тоже удастся.

— Но для начала нужно расшифровать карту и найти камень, так? — спросила я.

По какой-то причине я думала, что раз карта спрятана во мне, со своей частью задачи я должна справиться в первую очередь и понять как ее достать.

— Верно, — сказал Лексен и, все так же держа Эмму, поднялся на ноги. Он аккуратно поставил ее рядом с собой. — Первоочередная задача — обнаружить камень и предотвратить войну и гибель обоих миров. Затем найдем лучший способ изменить общество. Ведь судьба неспроста собрала нас вместе.

Становилось жутковато каждый раз, когда они вот так говорили о судьбе. Я не была религиозной, но верила, что есть силы, более могущественные, чем все человечество вместе взятое. Я постоянно взаимодействовала с Матерью Природой. Просто невозможно оседлать большую волну, ощущать мощь океана и не верить в существование чего-то большего, чем ты.

Все поднялись на ноги, и троица оверлордов наскоро обсудила планы.

— Нужно сообщить нашему народу о происходящем здесь, — сказал Чейз, — думаю, большинству стоит вернуться в Надмир, и лишь некоторым остаться здесь для подстраховки.

— Согласен, — сказал Лексен и повернулся ко мне, — мы позаботимся о твоем друге.

Я благодарно кивнула:

— Спасибо. Док хороший человек. В его жизни уже достаточно трагедий.

— Все будет хорошо, — сказала Эмма, — Даэлайтеры сильны, при необходимости они защитят его.

Лексен согласно кивнул:

— Так, сейчас уже поздно. У вертолета мы должны быть в три утра, так что всем стоит поспать, кто сколько сможет.

Я вымоталась. Еще бы, ведь вся моя жизнь за сегодня перевернулась с ног на голову!

— Надо же, инопланетяне существуют, — под нос пробормотала я.

— Вообще дичь, да? — кашлянула Майя. — Когда папа с мамой рассказали обо всем, я даже подумала, не схожу ли с ума!

Эмма зевнула и потерла глаза.

— А я думала, что это сон. Ну, или, что вместе с родителями сгорела в доме и попала в какой-то странный загробный мир. — На словах про смерть лицо Лексена снова стало страшным. Видимо он даже думать о такой вероятности не хотел.

Калли постаралась немного разбавить тяжесть слов Эммы.

— А я с детства знала. Хорошо, что кроме тренировок мама никуда не выпускала. А то начала бы всем в школе рассказывать про инопланетян, живущих среди нас. Только лет в десять поняла, что не все к таким откровениям готовы.

Я махнула рукой.

— Да ладно. Все дети верят в инопланетян, приведений, монстров и всякое такое. Вряд ли кто-то всерьез поверил в твои рассказы.

Она покачала головой.

— Странно. Это лишний раз показывает, как мало я знаю о детях и дружбе. Ведь до Дэниела лучших друзей, да и вообще друзей, у меня не было. Ну и вас всех, ребята. Благодаря вам я постепенно больше узнаю о людях.

Тогда она, наверное, даже не представляла, что настоящую дружбу с ее безусловной любовью, преданностью и принятием, найти крайне трудно. А она дороже золота.

В моей комнате была кровать, два столика и пара ламп. Прикольных таких, с бледно-голубыми абажурами, с которых свисали побрякушки. Ну а так, комната как комната, смотреть не на что. Нужно было спать, ведь вставать рано. Но как я ни старалась, не могла успокоить мозг. Постоянно прокручивала в голове все случившееся, обдумывала все, что узнала.

Мысли постоянно возвращались к Ксандеру.

Он такой же, как и я. Наконец-то встретила человека, точнее инопланетянина, для которого вода была тем же, чем и для меня. Его народ жил в глубине. Удивительно, но вместо зависти и горечи от того, что я не настолько Роял, чтобы жить под водой, меня переполняла благодарность. Ведь именно благодаря Даэлайтерам мне удалось ощутить то, о чем обычные люди лишь мечтали. Мне всегда нравилось, что я другая.

Но голос надежды все не затыкался: «ты сможешь стать одной из них». Что-то произошло, когда мы с девчонками прикоснулись тогда друг к другу… где-то в глубине души эта связь с ними окрепла.

Наверное, я все же заснула. Коротко, но крепко. Часы показывали час тридцать. Точно знала, что уже не усну.

Хотелось в туалет. Я тихонько пошла в ближайшую уборную. Затем побрела в комнату наблюдения. Все еще спали, так что подожду здесь. Трудно было что-то четко разглядеть в черно-белом зернистом изображении с камер, но я нашла ту, которая следила за пляжем. Хоть так посмотрю на свой океан.

— А ты что здесь делаешь?

Я подскочила на фут, обратно грохнулась на кресло и повернулась к Ксандеру.

— Не спалось, — выпалила я. Сердце грозило вырваться из груди. — А ты чего не спишь?

Свет я не включала, поэтому только когда он приблизился к мониторам, увидела, что на нем только пляжные шорты.

— Нужно поплавать, — в голосе его не было привычной воинственности, — слишком долгое нахождение на суше сводит меня с ума.

Знакомо.

Он повернулся, будто собирался уйти. А я изо всех сил старалась не замечать ощущения покинутости.

Он остановился и хрипло спросил:

— Хочешь со мной?

Я подскочила к нему так быстро, что аж голова закружилась.

— Да, спасибо, — немного задыхаясь, ответила я, — тоже нужно поплавать.

По его загадочному лицу пробежали тени. Не знаю, о чем он думал, но враждебности между нами уже не было. Стоять рядом с ним было почти приятно. Пока он не передумал, я мигом сбросила его штаны, повесила их на ближайшее кресло и вошла за ним в лифт.

Я нетерпеливо переминалась с ноги на ногу возле входа, пока он внимательно оглядывал окрестности, потом разрешил выйти и мне. Прохладный ветерок принес запах соли и воды. Все собравшееся внутри напряжение исчезло, когда ноги коснулись песка.

— В Надмире нет песка, — тихо сказал он. Мы оба смотрели на черную воду. — Это одна из моих любимых вещей на Земле.

Не нашла, что ответить. Моя тоже. Но если сказать, он взбесится. Вода позвала нас. Я тихонько застонала, когда волны омыли ноги. На несколько градусов холоднее воздуха — моя любимая температура!

— Держись поближе ко мне, — сказал Ксандер, когда вода дошла мне до плеч, — Лаус может оказаться рядом. То, что ты здесь, со мной, уже большой риск.

— Обещаю. Если только акулу не встретим. В океане только их побаиваюсь. И, если что, предпочитаю свалить.

Его глаза метнулись к моей раненой руке.

— В воде можешь ни о чем не переживать. Я позабочусь о тебе.

Его лицо дрогнуло, и он нырнул прежде, чем я смогла ответить. Последовала за ним. Вот бы узнать, о чем он думал. На мгновение показалось даже, что ему не все равно.