Клятва обмана (ЛП) - Дэвис Дженнифер - Страница 16

Ари посмотрела на него.

— Ты правда не знаешь?

— Я не знаю даже всех членов, — признался он. Некоторые были всегда на миссиях и редко возвращались в лагерь.

— Ах, — она отклонилась на диване. — Я удивлена.

— А ты знаешь, кто основатель?

— Да.

Он ждал, что она расскажет, но она молчала.

— Что хочешь делать, пока ждем еду? — взаперти он был беспокойным. Солнце снаружи уже двигалось к горизонту.

— Стоит повторить план.

— У нас нет плана.

— Вот именно, — сказала она. — Нужно придумать план, пока нас не убили.

Савенек стал расхаживать по комнате, сцепив ладони за головой, обдумывая идеи. Он поглядывал на Ари. Она напоминала Натенека своим желанием создать план и продумать все детали.

Служанка вошла с подносом, полным еды. Она тихо опустила поднос на низкий столик между диванами. Она ушла, и Савенек проверил еду на яды. Ничего не обнаружив, он позволил Ари попробовать. Он открыл вино и налил им по бокалу.

Ари разулась и удобно устроилась на диване, пока ела яблоко. Савенек взял тарелку с сыром и хлебом и сел, смотрел на женщину перед ним.

— Твой отец занимает довольно высокое место в армии, а ты лично знаешь императрицу.

Она продолжала есть яблоко, не отвечая ему. Он решил задать прямой вопрос, который потребовал бы ответа:

— А принцесса? — сказал он. — Ее ты знаешь?

— Да, — она сделала глоток вина. — Мы примерно одного возраста.

— Какая она?

Ари перестала есть и склонила голову.

— Почему ты спрашиваешь?

— Интересно.

— Разве ты не видел королевскую семью во время их речи народу в Городе Императору?

Он покачал головой.

— Ты же из Города Императора? — она опустила огрызок на поднос.

— Да.

Она нахмурилась с сомнением.

— Мой отец не пускает меня, — объяснил он. Хоть он много рад просил. — Сказал, скопления людей опасны.

Ари фыркнула.

— Опасно для королевской семьи, но не для простолюдинов.

— Он боялся, что меня раздавят, — и оправдание отца вслух звучало глупо. Почему он не удивлялся этому раньше? Потому что Натенек ударил бы его по голове за вопрос.

— Ты же такой маленький, — она улыбнулась, глаза хитро блестели.

Хоть он знал, что она шутит, Савенек нахмурился. Он не был маленьким. Он был под два метра, с широкими плечами. И хоть он не выглядел крупно, у него были хорошо развитые мышцы. Он легко мог очаровать женщин. Кроме Ари. Она не велась на его трюки.

— Что? Не будешь умничать? — пошутила она. — Как жаль.

— Ты опасная, — прямо сказал он.

Она рассмеялась громче.

Он резко встал и прошел к дверям балкона. Хоть солнце село, сделав небо красным, воздух был слишком теплым и густым для него. Ветерок не помогал. Он закрыл двери и задвинул шторы, чтобы их никто не видел.

— Что-то не так? — спросила Ари. Она похлопала по месту на диване рядом с ней.

Савенек посмотрел туда, не зная, хотел ли сидеть сейчас возле нее.

— Я тебя не понимаю, — сказала она, проводя рукой по длинным волосам. — Почему я так тебе не нравлюсь?

— Это не так.

— А ведешь ты себя так.

Он потер лицо, пытаясь понять, что сказать.

— Мы в чужом королевстве, — прошептала Ари. — В любой миг нас могут убить. Лучше будь честен со мной. Нам нужно работать вместе, чтобы выжить.

Он глубоко вдохнул и сказал:

— Проблема, что ты мне нравишься. Сильнее, чем должна, — он упер руки в бока и стал расхаживать. Как только станет достаточно темно, он выберется отсюда и пойдет на разведку. Взаперти он сходил с ума.

— Если я тебе нравлюсь, почему кажется, что ты терпеть меня не можешь? Объясни.

Он криво улыбнулся. Вот почему. Из-за этой прямоты.

Она прищурилась с пониманием.

— У тебя есть девушка дома.

— Да.

— Я нравлюсь тебе как друг? Или как женщина?

— Мне нравится твое общество. Тебе не о чем беспокоиться.

— Я кажусь тебе привлекательной?

Он сжал переносицу. Он падал все глубже и глубже в яму.

— Ты нравишься мне как друг. Я не ожидал, что окажусь с кем-то своего возраста и подружусь. Если ты не знала, у меня друзей мало из-за моей работы, — почему женщины так много говорили? Почему они все время спрашивали? У него заболела голова.

Она пожала плечами.

— Хорошо. Это, наверное, хорошо. Ты тоже нравишься мне как друг, — сказала она. — Если я покажусь тебе милой, и ты полезешь ко мне, мой брат отрубит тебе руку. Лучше держи руки при себе, — она встала и вышла из его комнаты, отправляясь в спальню.

— Оставь дверь открытой, — крикнул он ей.

— Зачем? — спросила она. — Чтобы ты видел, как твой друг переодевается?

Он не выживет. Она все испортит.

— Нет, — возразил он. Он и не подумал об этом, пока она не сказала. — Мне безопаснее, когда дверь открыта, пока мы спим. Тебе могут попытаться навредить.

— Думаешь, я о себе не позабочусь?

Он схватил бутылку вина и сделал глоток, жалея, что это не что-нибудь крепче.

— Делай, что хочешь, — буркнул он. Он не мог победить ее. Она искажала все, что он говорил, и одолевала его. Проклятье. Она была чудесной. Он сделал еще глоток вина.

— На твоем месте, — Ари вернулась в его спальню, — я была бы осторожна. Ты не так давно проснулся. Эликсир может еще быть в твоей крови.

Она была права. Конечно. Он опустил бутылку.

— Ты в одежде для сна, — отметил он.

— Она закрывает чуть больше, чем платье, — она схватила плед со стула и укутала им плечи.

— Почему ты тут? — спросил он. — Соскучилась за две минуты, пока была у себя?

— Я не устала, — она села на его диван. — И если мы хотим играть брата и сестру, нужно лучше узнать друг друга.

— Можешь оправдываться, как хочешь, — Савенек улыбнулся.

Она закатила глаза.

— Ты мне кого-то напоминаешь. Всегда нужно сказать последнее слово.

— Мне — нет.

Она пристально посмотрела на него, и он закрыл рот.

— Расскажи о своем детстве, — сказала она.

Рассказывать было почти нечего.

— Моя мама умерла при родах, и меня растил отец. Он — главный инструктор в военной академии Братства. Я начал учиться там с семи лет. Я дам клятвы, как только вернусь с миссии, — он сел на другом краю дивана.

— А твоя девушка… ты собираешься на ней жениться?

Он не ходил с Ханой на официальные свидания, у них не было понимания. Он видел ее на рынке, когда выпадал шанс. Два или три раза они встречались ночью и пару раз целовались. И все. Он хотел сделать ей предложение перед миссией, хоть Натенек выражал тревогу из-за этого не раз.

Он уклонился от ее вопроса и спросил:

— А что у тебя?

Она убрала густые волосы на плечо и стала заплетать их.

— Я не помолвлена и не в браке.

— А хочешь?

— Позже. Сейчас мне нравится моя работа. Порой я на миссиях. В браке я так не смогу.

Эту тревогу Натенек выражал насчет Ханы. Она не знала о занятиях Савенека. И не могла знать. Как он мог жениться на той, с кем нельзя быть честным? На той, кто его не знал по-настоящему? Он смог бы рассказать ей, только если Братство одобрит, а Натенек говорил, что ее связи были такими, что Братство не даст согласие.

— И мои родители должны одобрить юношу, с которым я проведу жизнь, — она рассмеялась. — Мой отец никогда не посчитает кого-нибудь достойным меня. И мой брат такой идеальный в глазах отца, что ни у кого нет шансов.

— Твой брат старше или младше?

— Старше. А у тебя? Есть кто-то, кроме отца?

Хана не спрашивала его о его жизни. Когда они были одни, они болтали, а потом целовались. Он мало знал о ней или ее семье.

— У моего папы есть родня. Я хорошо общаюсь с тетей, — он вдруг перехотел говорить о себе. Личная информация сильнее привязывала его к Ари. А если что-то пойдет не так в Апетаге? Он сможет работать, если будет увлечен женщиной рядом с ним? Его отец не одобрял дружбу. Наверное, поэтому. Ему нужно быть сосредоточенным. Думать о миссии. Не отвлекаться.

— Окажешь мне услугу? — спросила Ари.