Разбитые зеркала, или Прости меня, любовь моя (СИ) - Март Кэрол - Страница 8

Раздались звуки горна и барабанов. Толпы гостей и зевак, что давно уже разместились на бесчисленных лавках под тенью знамен и боевых шатров на миг затихла. Гордые родители зажимали в руках платки или махали ими своим доблестным детям-участникам турнира.

Ровно в десять часов под шквал свистов и аплодисментов взлетел первый участник. Крылатая лошадь грациозно перелетала магические обручи. Один, второй и даже третий обруч не вызвали у мага никаких проблем. Все было пройдено достаточно ровно. Однако начиная со следующего, удача покинула открывающего турнир студента. Кольцо обмануло своего гостя и охватило юношу огнем с макушки до пят. Разумеется, нашлось подходящее заклинание, что быстро вернуло мага в строй, но скорость его значительно пошатнулась. Этому студенту Виктора не победить, о чем красноречиво заявляла деревянная табличка с выжженной магией оценкой.

«И чего он возмущается?» — думалось Виктору. — «Я бы сказал, что за такую неуклюжесть шесть баллов настоящий подарок судей».

В каждом последующем участнике Виктор находил небольшие изъяны. Кто-то мог выбрать более удачное заклятье, одноклассники отличились страхом к высоте, а более опытные маги слишком часто отвлекались на толпу девиц.

Более других выделилась неуклюжая детина, которая так и не взлетела. Слишком в ней было много килограммов веса, чтобы летать на пегасе. «И кто только взял его в маги?» — недоумевал Виктор.

Кроме того, внимание привлек студент, упавший во время прохождения последнего кольца. Юноша упал так сильно, что похоже останется калекой до конца жизни. И даже магия ему не поможет.

Настало время, когда принц взлетел в небо. Зрители затаили дыхание. Белый пегас, словно молния, быстрее ветра проносился через каждое кольцо. Люди с трудом замечали тот момент, когда Виктор произносил заклинания, так стремительно он летел.

Ему стали аплодировать на четвертом кольце, когда огонь неожиданно превратился в залпы фейерверков. Будущий воин грамотно справился даже с самым сложным обручем, у которого было невидимое препятствие. Последнее злополучное для предыдущего участника кольцо также не вызвало проблем у шестикурсника. Оно словно песок рассыпалось под золотыми чарами посоха.

Зрители ликовали. Каждому хотелось дотронуться до любимого участника. Виктор не выдержал соблазна перед славой и пролетел над толпой зевак так, чтобы пегас слегка задел их крыльями.

Судьи вынесли самые высокие оценки. Виктор был абсолютно доволен собой. Еще три участника, и можно будет сказать, что Виктор победил. Мальчику было немножечко жаль, что даже среди старшекурсников не оказалось достойного противника.

Двух следующих студентов Виктор знал. На их счет не стоило волноваться. На подготовке они никак не проявили себя, все их заклинания были довольно посредственными. Но, когда принц увидел последнего ученика, то невольно спросил вслух:

— Кто это?

— Хирон фэй Кронос. Самый безалаберный студент академии. Это его не хотели допускать к турниру из-за прогулов. Однако талант победил. — ответил принцу, стоящий рядом восьмиклассник.

— Почему я не видел его на подготовительном турнире? — не удержался от второго вопроса принц. Он не мог оторвать глаз от высокого широкоплечего красавца с длинными черными волосами. Золотистая смуглая кожа юноши блестела словно намасленная.

— Так он ведь его прогулял, — хмыкнул студент, явно не осознавая, что рядом с ним не просто ученик, а королевский наследник. — Не слышишь, что ли? За прогулы отчислить хотели. Вечно он ошивается у женского училища.

Виктор признал в Кроносе победителя, как только тот взлетел в небо. Студент был неподражаем. Он словно слился со своим рыжим пегасом и с улыбкой преодолел все препятствия. Виктор справился с испытанием на отлично, глядя же на Кроноса, казалось, что испытаний и вовсе не было. Ни одно кольцо не проявило своего магического естества попросту испарившись в небе, словно никаких колец не существовало.

Как только студент приземлился, его окружила толпа кричащих девушек. Они тянули к нему руки, целовали, обнимали. Кроноса обсыпали лепестками роз, и это ничуть не опротивело его характеру. Он растворился, озаренный лучами успеха.

Старшекурсник также, как и Виктор получил высший балл.

Остальные ученики не выглядели такими удрученными, как Виктор. Они искренне восхищались старшим студентом, для которых он теперь стал кумиром. Раньше им не приходилось видеть, как старшекурсник выступает, ибо одновременно с этим турниром, на ристалище поменьше проходит состязание для младших учеников академии. Но сегодня все одноклассники Виктора дружно признали Кроноса лучшим из всех студентов, несмотря на то, что маленький принц выступил не на много хуже старшеклассника.

За все последующие испытания Виктор и Кронос получали одинаковое количество баллов. Только Виктор уже больше не чувствовал себя лучшим студентом академии. Было совершенно ясно, что свои высокие баллы он получает, как снисхождение за малый возраст. А Кронос — настоящая звезда турнира. Такая же, как и он все предыдущие годы. Только тогда Виктору не приходилось соревноваться со старшим курсом.

Хирон улыбаясь заигрывал с русалками, в то время как принцу с трудом удалось обогнать их в заплыве. Он справился. Ни одному другому студенту не удалось обогнать русалку. Но Хирон. Кажется, русалка сама готова была его донести до любой точки горизонта, лишь бы лицезреть эту бахвальную улыбку.

Логика всегда давалась Виктору сложней всего. Ему пришлось вызубрить каждый вопрос, чтобы подготовиться к третьему испытанию. Учил ли три тома Хирон? Трудный вопрос, все ответы лежали на поверхности, поэтому вряд ли этот лодырь утруждал себя учениями. Лучше Кроноса, да и Виктора стал только один студент в этом состязании. Пухляш, который не смог взлететь на пегасе во время первого состязания. При ответе на первый вопрос стало совершенно ясно за что терпят этого неуклюжего толстяка. Его ум блистал словно золото. Острый язык резал больнее ножа. Студент достойно разделил первое место третьего состязания с Кроносом и Виктором.

Четвертым испытанием стал рукопашный бой. Здесь участников распределяли по количеству набравших баллов. Теперь Виктору предстояло с глазу на глаз сразиться с Кроносом. Учитель пытался переставить участников так, чтобы они подходили друг другу по росту и возрасту. Но, Виктор наотрез отказался сражаться с кем-либо иным, кроме Кроноса. Ему было плевать, что тот на восемь лет старше. Ему отчаянно хотелось победить старшекурсника в честном бою.

Когда состязание началось Виктор отчего-то вспомнил Альпина. Его сломанную руку и свой стыд, затем свой позор, а вместе с ним и свое одиночество. Он всегда был один. И сейчас один на один борется со своим новоявленным врагом.

Принц обошел противника слева, увернулся от нападок. Сделал сальто. И до ушей наконец долетело: «Кронос! Кронос! Кронос!». Толпа болела за своего любимца. И этим любимцем был не Виктор. Представилось разочарование толпы, которая поймет, что победил не их кумир, а принц Эгелии. Горькая усмешка исказила лицо Виктора, и он на мгновение опустил глаза. Этого было достаточно, чтобы соперник окрутил мальчика и уложил на живот.

Мертвое кольцо захвата не позволило ученику даже пошевелиться. Кто-то начал отсчет.

— Пять-четыре-три…

Еще две секунды и все закончилось. Виктор проиграл состязание. Он не стал победителем турнира. Ничего не поделаешь. К следующему испытанию проигравшие не допускались.

Не столько физически, сколько морально сломленный ребенок поднялся с земли и устремил взгляд на трибуны. Мать не видела его поражения — сегодня она не пришла поболеть за сына. Отец не смотрел в его сторону. Злое выражение лица у короля напугало ребенка.

На самом деле Паттон и не злился на сына — напротив, чувство гордости переполняло бы его в этот миг, если бы сегодняшним утром ему не пришлось отправить в тюрьму любовника супруги. Но, подавленному предательством любимой жены, ему не было дела сейчас до побед или неудач сына. Мальчик молодец, превзойти практически всю школу в десятилетнем возрасте способны лишь единицы. Сам Паттон даже близко не был таким талантливым в детстве. Но радости эта мысль королю сейчас не приносила. Ему было невдомек, как важно посмотреть на сына, улыбнуться ему или приободрить вниманием. Он не догадывался, что за ним наблюдает несчастное дитя, совершенно превратно понимая недовольство отца.