Артефакт для практики (СИ) - Хегбом Юлия - Страница 68

— Что ты хочешь этим сказать? — хмуро спросил дракон.

— Всё ты понял, спрашиваешь лишь для того, что не хочешь признавать мою правоту, — подумала Лена.

А вслух заметила: «Из отверженного дракона должен был получиться тиран, рвущийся к власти… но почему-то не получился. Рагнар, признавайся, ты знал, что на твоей ауре кем-то из магов вашего мира поставлена метка слежения?»

— Метка слежения? Ты уверена, Эльэна? — похоже, для Рагнара это было неожиданностью.

Он даже попытался проверить наличие метки, хотя понимал, что метка не видна тому, за кем ведётся наблюдение, иначе весь эффект побоку. По крайней мере не видна, пока маг лично не «дернет» метку, показывая «объекту слежения», что он под наблюдением. И лишь интуиту она будет видна. Просто Лена не сразу поняла, что нужно искать, а когда разобралась, что за Рагнаром кто-то наблюдает с помощью магии, найти «метку» не составило труда.

— Ты хочешь сказать, что мой ментор был выходцем из твоего мира? Но это невозможно! — поразился Рагнар, — Сиерлен — не полукровка, он чистокровный дракон! То, что его ментор мог за ним наблюдать Рагнар отметать, как пустые подозрения, не стал, — про себя отметила Лена.

— Чистокровный дракон… Единственный из драконов, который не попрекал тебя тем, что ты — полукровка. Единственный, кто проследил, чтобы ты закончил что-ты-там-заканчивал? — спросила Лена, — Напомни мне, Рагнар, разве драконы не относятся к полукровкам с презрением?

Глава 46

Решив, что она достаточно отвлекла черного дракона, чтобы незаметно выскользнуть в закрытую дверь, Лена стала осторожно, шаг за шагом, перемещаться в направлении двери.

Рагнар на её провокационный вопрос о его менторе в Академии отвечать не стал, зато манёвр Лены не оставил без внимания. То есть, превращать соседа в памятник ей придётся в присутствии Рагнара, слишком беспокоился дракон, что что-нибудь случится, что-то такое, что отберёт у него его Избранную, — поняла она.

— Ну раз уж Рагнар сам набивается в сопровождение, пусть распечатывает дверь в камеру мага, который был виновен в том, что высшие решились на него напасть, — решила Лена.

Мучиться этической дилеммой: что делать с памятником, который она сделала из бывшего соседа, она будет, когда найдет дорогу обратно.

Когда дракон открыл дверь в камеру, Лена просто превратила в камень все живое и неживое в камере. К тому времени её сосед уже практически не шевелился.

— Ладно, это просто состояние псевдо анабиоза, — попыталась успокоить свою совесть Лена, — Рагнару по его милости пришлось пройти через ад. И вблизи города всё ещё остаётся несколько тысяч заражённых, которых нужно как-то лечить. А я по милости соседа не сплю нормально уже несколько дней.

Рагнар такими этическими метаниями себя не утруждал. Дракон вообще был уверен, что непонятный маг из мира Эльэны получил по заслугам. Зато он задумался над тем, что сказала его Истинная о метке слежения, рассказав Лене о своем таинственном менторе в Академии.

— Эльэна, ты права в том, что мы часто общались с Сиерленом, и он действительно много рассказывал о том, как именно притесняли полукровок в различных кланах и поселениях, любому полукровке в этом мире приходится несладко, так как нет такой страны, в которой мы были бы равные среди равных. Но я всегда думал, что он просто утешает меня. Сиерлен был моим ментором все время обучения. Потом, во время практики, ментором был Терсаль. Так принято в Академии, — пояснил дракон.

— Постой, ты же говорил, что закончил обучение? — удивилась Лена.

— Обучение — закончил. Но осталась практика. Меня послали с дипломатической миссией от клана черных драконов, — Рагнар вздохнул.

— Да, дипломат из тебя конечно получился… — выдохнул Лена, — Тебе припечатали проклятие грязного огня, на один из твоих городов чуть не напали… Похоже, ты теоретик, а не практик!

— Практика провалена, — Рагнар пожал плечами, — Плевать… Хотя, возможно, Терсаль сумеет замять скандал. Выходцы из клана Чёрных драконов слывут замечательными дипломатами. Это я, к сожалению, исключение. Но твои подозрения беспочвенны — Сиерлен не может быть выходцем из твоего мира.

— Пожалуй, пришла пора познакомиться с твоим ментором из Академии, — усмехнулась Лена, — После того, как я вылечу тех, кто заразился ветрянкой, мы нанесем ему визит. У меня к нему скопилось множество вопросов.

Сиерлен, впрочем, появляться не спешил. А у Лены было слишком мало времени, чтобы попытаться разыскать его магически. Да и занимали ее пока что текущие проблемы, а не мистический ментор Рагнара. Хорошо, что разговора с соседом, которого она так боялась, так и не случилось. Как бы не хотелось ей высказать ему всё, что она узнала в лицо, попытавшись понять его мотивы, такой «замечательной» возможности ей не представилось. Просто потому, что он был болен — и болен гораздо сильнее, чем любой другой из заболевших, кто заразился позднее. Видимо, он действительно был основным вдохновителем нападения на Империю Рагнара, так как по нему магическая отдача ударила сильнее всего.

Вспомнив, что Терсаль говорил о пяти заболевших, Лена несколько нервно спросила у него, где ещё один? Девочку, которая отнесла еду в камеру, она нашла в другом конце коридора. Когда Лена провела ту же процедуру, с помощью иероглифа очищение, напуганная её суровостью девчонка все же не призналась, кому именно она сообщила о болезни странного мага». Но сложив два и два, Лена поняла, почему малышка сообщила о болезни мага не Терсалю. А кому-то из друзей Рагнара. Наверняка не потому, что она прониклась патриотическими чувствами, просто кто-то из парней ей нравился. Выяснять, кто именно, Лена не стала. Девчушка, на вид не старше семнадцати лет, была счастливой обладательницей гривы золотых волос, ниспадающих на плечи… и эльфийских ушек, кончиками торчащих из-под восхитительной диадемы. Поэтому «малышка» могла быть на век-два старше Лены. Но девочка сообразила, что в замке возможна эпидемия и сообщила об этом. Жаль, не Терсалю, а кому-то из братиков кельпи-драконов, или их и Рагнара эльфийского дружка. Но, в отличие от драконов-кельпи и эльфа, девушка перенесла ветрянку значительно легче, и сразу после того, как Лена применила иероглиф «очищение» пришла в себя. А буквально через пять минут уже суетилась рядом с кельпи-драконами и эльфом, оставшись в камере вместе с Ремом ухаживать за друзьями Рагнара. Кто именно из этой троицы приглянулся эльфийке, Лене было неясно, но Рагнар явно это вычислил, так как весь вечер то и дело расплывался в улыбке.

Лена была уверена, что как только выдастся хоть немного свободного времени, Рагнар будет подтрунивать над счастливчиком. Рем попытался было вернуться обратно вместе с Леной, но она непреклонно заявила, что он там ничем помочь не сможет, а вот мешать будет. Даже очень. Лучше уж пусть остаётся с Терсалем и друзьями Рагнара. Рагнар был с ней согласен и приказал мальчишке остаться во дворце — лететь обратно с одной Леной на спине было не в пример удобнее, чем с Леной и серым дракончиком у нее на коленях.

Впрочем, уже к вечеру Лена заметила непоседу в эльфийской ипостаси, занимающегося вопросами снабжения продовольствием ее новых подданных. Видимо, Рем обернулся серым драконом и прилетел сам, не особо задумываясь о том, что нарушил просьбу мамы, приказ отца и подверг себя опасности встретить каких-либо врагов. Лена же просто ходила из комнаты в комнату, исцеляя тех, кто становился ее вассалами. Новая логистика, когда пациенты лежали в комнате ровными рядами, нравилась ей значительно больше, давая возможность на каждого пациента тратить не более десяти секунд. Отказавшихся не было, но ее совесть снова напомнила ей, что перед ней очередная этическая дилемма. Однако через некоторое время ей уже было не до этики — такого количества пациентов ей не приходилось лечить даже в её мире. Сколько времени это заняло, она не знала, но много — несколько дней точно. Через несколько дней она просто потеряла счёт времени.