Артефакт для практики (СИ) - Хегбом Юлия - Страница 70

— Видел бы он, как Рагнар и Рем гоняли друг с дружкой наперегонки в небе, как два реактивных самолёта (по крайней мере, звук от их игры был похож на звук пролетающего низко самолёта) не беспокоился бы этот дракон понапрасну, — усмехнулась Лена.

— Интересно, Рагнар почувствовал присутствие черного дракона? И если да, то почему проигнорировал его приход? Или просто заигрался? Ведь совсем мальчишка ещё! Ведёт себя не намного серьезнее, чем Рем! — подумала Лена, и буквально через несколько секунд оба дракона спикировали на балкон. Рагнар умел читать мысли и знал, что в некоторых случаях нужно возвращаться, как только о тебе вспомнят.

Так что через несколько минут на мокром ковре стояли два дракона, один побольше и черный, второй — поменьше, и серый. А через мгновенье — в комнату шагнули два эльфа. Драконы вернулись с прогулки совершенно довольные собой.

— Если ты и дальше продолжишь тренироваться, то сможешь поступить в Академию драконов даже без протекции драконов, — заявил Рагнар, — А за тебя поручается как минимум пятеро чистокровных.

— Откуда такая уверенность, — хмыкнул Лена, — Кто-то мне рассказал, что не был особенно популярен в Академии. Что-то ты не особенно тепло отзывался о своей Альма Матер.

Рагнар весело улыбнулся Лене.

— Не был. Я вообще был отличник и зубрила, Эльэна! В Академии это ценится в основном учителями и ректором, ну и теми, кто отвечает за практику. Кто такая Альма Матер?

— Забей на этом, и не переводи разговор на другие темы! Лучше скажи, почему ты ничего не сказал о том, что я беременна, и мы ждём сына? — возмутилась Лена, — И я узнаю, что я беременна от посторонних драконов, которые, кстати говоря, без излишних проблем взломали твою магическую защиту. Что толку ее ставить, если любой черный дракон может ее взломать?

— Ричард — не любой дракон, — хмыкнул Рагнар, — Да и не любой из чёрных взломает мою магическую защиту.

— Тогда почему он взломал защиту? — спросила Лена, немного успокоившись. Все же не каждый день к тебе домой заявляется непонятно откуда неизвестный дракон и с уверенностью утверждает, что ты беременна, когда ты пока что ни о чем таком ни с кем не говорила, потому, что и сама была не в курсе.

— Всё очень просто, Эльэна. Ричард взломал мою магическую защиту потому, что именно он и учил ее устанавливать. И никто другой мою магическую защиту не взломает. Разве что мама, — задумчиво ответил Рагнар.

— Значит, эта черная глыба дракона, которая тебе в комнате три вазы "уговорила" — твой отец? — догадалась Лена, — Забавное у нас знакомство получилось. Не забудь напомнить папе, когда появится в следующий раз, пусть приходит в ипостаси эльфа. Так его габариты больше подходят внутренним помещениям дворца. С него три вазы на свадьбу в качестве подарка. А с твоих друзей — ещё одна.

— Ты злопамятна, Эльэна? — ухмыльнулся Рагнар.

— Неа… Просто бережлива. Сломали? Вот пусть и восполняют попорченное дворцовое имущество, — довольно ответила Лена, — В моей семье так было принято! Так как ты и твой папа теперь тоже моя семья — привыкайте! И не спорь. Я и так рассержена, что ты ничего не сказал мне о ребенке. Твой папочка уверял меня, что все драконы младенца-драконыша чувствуют ещё в момент зачатия.

— Чувствуем, — подтвердил Рагнар, — Даже полукровки. Извини, Эльэна. Я… боялся, я не знал, как ты это воспримешь. Выносить дракона не легко, если нет второй ипостаси. Я знаю.

— Что ты знаешь, ты же никогда беременным не был, а твоя мама была беременна только тобой! Идём в столовую, обедать пора, а вы двое и не завтракали.

Глава 48

— У меня ментор взял в жены человеческую девушку. Привязка, Истинная пара. Я был ещё не подросток, но и не младенец. То есть достаточно взрослый, чтобы запомнить, что человеческой женщине было тяжело выносить драконят, — пояснил Рагнар.

— Ну, начнём с того, что каждая беременность на другую не похожа, — возразила Лена, — Ты не можешь с уверенностью сказать, как буду реагировать я, если ты в детстве видел всего одну человеческую женщину, которая была беременна. Ты уверен, что запомнил, как она ходила беременность, а не пропускаешь это знание через призму своих страхов и предубеждений?

Рагнар пожал плечами, не желая раздражать Истинную, в открытую высказывая сомнения в ее доводах, но и соглашаться не спешил.

Сервировка завтрака, когда аврал и катастрофы не грозили немедленно случиться здесь и сейчас была похожа на пир.

— Если это завтрак, то мне нужно срочно какое-нибудь спортивное хобби. Это драконы в полете сжигают калории, а я летать не умею, и все эти вкусные десерты моментально отложатся на талии. И на диете особо не посидишь, из-за беременности. В кои-то веки в этом мире можно нормально поесть, без аврала и паники. Впрочем, ещё не вечер! Возможно, к вечеру появится и паника, и аврал, — решила про себя Лена.

Рем сидел за столом и вдумчиво перемешивал кашу.

— Явно погружён в свои мысли, ничего вокруг себя не замечает. То ли мечтает об Академии, то ли побаивается поступать, — вздохнула про себя Лена, — Зачем Рагнар так торопит мальчишку с поступлением?

Большинство драконов, как она теперь уже знала, поступали не раньше, чем им исполнялось пятнадцать веков, а серый дракон выглядел максимум на двенадцать.

Рагнар тоже сидел, задумавшись. Похоже, «прирастание» его Империи за счёт нескольких приграничных территорий людей не входило в его планы: он привык иметь дело с полукровками. А если люди и поселялись в его городах, то по одной веской причине — муж или жена у них не являлись людьми, а были эльфами, дроу, оборотнями, кельпи. А теперь в его Империи появился небольшой город, этнически на сто процентов человеческий. На вопросы дракон отвечал невпопад и, похоже, страшился открывающихся "перспектив".

— Вот они, прелести семейной жизни, — хмыкнул Лена, — Муж погрузился в свои мысли, сын — в свои. О чем бы оба не думали — со мною не делятся. Хотя я, в отличие от них, не телепат. А у меня раздражение, вызванное гормональной перестройкой организма. Хочется побить посуду. Хотя повода, вроде нет.

Пообещав себе, что пару тарелок всё же разобьёт, если появится подходящий повод, Лена повернулась к Рагнару, чтобы попросить его передать ей кувшин с водой. И с изумлением заметила, что в помещении сидит ещё один дракон. И этот дракон — не Ричард, не Терсаль, и не сыновья Терсаля — их она знала. Вблизи Рагнара сидел какой-то совершенно незнакомый чёрный дракон.

— На этот раз — точно Сиерлен пожаловал, — рассудила Лена. Слишком уж у дракона был виноватый вид.

Он сидел на полу, осторожно косится на вазы, но с места не сходил.

— Извиняться пришёл, — злорадно подумала Лена, — Не принято у драконов юных дев похищать, тем более тайно. А этот подкинул артефакт… злостный нарушитель драконьей этики и морали. А кстати, как он это сделал, если я в моём мире никаких чёрных драконов не видела? Но дракон упрямо молчал. В эльфа или кельпи тоже превращаться не спешил.

— Ну ладно, долго ты не промолчишь. Драконы — существа нетерпеливые. По крайней мере, пока молодые. А этот индивид старым не был.

Дракон повздыхал, и пробормотал, стараясь не смотреть Лене в глаза: "Я не хотел Вас похищать, Эльэна. Но это событие было предсказано, предопределено, а значит неизбежно. Я искал врача из вашего мира, девушку или молодую женщину, которая сможет стать Истинной Рагнара. Спасти Рагнара могла только его Истинная. Неважно, в чём проявляется проклятие. В этом мире Истинной у Рагнара не оказалось, а на него завязано несколько пророчеств и само существование этого мира".

Лена нахмурилась. Утверждение дракона показалось ей спорным.

— Угу, значит можно нарушить любые законы и забирать в свой мир кого угодно? Из любых миров? Если приспичит? — скептически спросила Лена.

Сиерлен поморщился, но его выражение на его упрямой физиономии было таким же, как минуту назад. Виноватым он себя не чувствовал, хоть и пришёл «извиняться». И сам дракон был необычен — хотя привычного такта и умения мыслить молниеносно, свойственных Терсалю, у него явно не было, но этот дракон, выглядевший повзрослевшим шалопаем, ей чем-то нравился. Может, тем, что был тесно связан с Рагнаром, и так явно опекал и защищал его? И в отличие от Ричарда, этот дракон обладал несомненной грацией — вазы в комнате не превратились в мелкое стеклянное крошево, а остались в целости.