Моя дорогая Женевьева - Парв Валери - Страница 23

И тут же поняла, что и сама не скоро сможет забыть его. Всякого мужчину будет сравнивать с Джеймсом, каждый поцелуй - с огнем, который он разжигал в ее крови.

Джеймс отступил на шаг назад.

- Вы по-прежнему считаете, что Руг сказала вам правду обо мне?

Гордость не позволила ей признаться в своих чувствах.

- Она говорила не об интимной стороне ваших отношений, так что ничего не могу сказать, - вспыхнула Зои. - Но если вы были с ней таким же тираном, как и со мной, то не удивительно, что ей не терпелось сбежать.

Казалось, ему очень захотелось что-нибудь разбить, судя по тому, как сильные руки сжались в кулаки.

- К вашему сведению. Рут ушла не по этой причине. По правде говоря, она ревновала из-за Женевьевы.

- Ревновала? Не понимаю.

- Рут не хотела ни с кем меня делить, даже с собственным ребенком. Сколько бы я ни заверял ее в своей любви, она не терпела, когда я уделял малышке хоть какое-то внимание. Она считала Женевьеву своей соперницей и не желала мириться с этим.

Зои невольно вспомнилось, как Рут, забирая Джинни в конце каждого дня, пропускала все слова Зои об успехах малышки мимо ушей, предпочитая рассказывать в подробностях о своих делах. Однако у каждой медали есть две стороны.

- Может быть, ей нелегко пришлось одной, когда вы вернулись на Ближний Восток, - предположила она.

Его глаза потемнели.

- Она не оставалась одна. У нее были Грейс с мужем, и с ней носился целый штат прислуги.

Но ей не хватало самого главного - собственного мужа. Зои решила не произносить этого вслух. Ей-то отлично известно, как одиноко чувствуешь себя без поддержки самого важного в твоей жизни человека.

Джеймс, похоже, догадался, о чем она думает.

- Если я был вдали от семьи, это не означает, что я о ней не помнил. Я думал о своих самых близких людях постоянно. Не все мужчины таковы, как ваш покойный муж.

Зои вспыхнула. Так он и об Эндрю все разузнал? Чудом ей удалось не подать вида, как шокировало ее это открытие.

- Так почему же вы не вернулись?

Он запустил пальцы в густую шевелюру.

- Неужели вы думаете, что я не раскаивался в этом? Не в моих силах изменить то, что произошло. Но я пойду на все, чтобы меня с моей малышкой никогда больше ничто не разлучило.

Ничто и никто, мысленно поправила его Зои. Даже его поцелуй не изменит хода событий, хотя она не сомневалась в том, что он произвел на него впечатление. Джеймс был полон решимости получить Джинни назад, и точка.

Зои поняла, что начинает привыкать к мысли, что теряет своего ребенка. Нельзя обвинять Джеймса в том, что он затеял эту поездку, чтобы сломить ее сопротивление. Подозрения не оправдались, обольщение не входило в его планы. Все, что он хотел, это продемонстрировать ей, какой он прекрасный отец. Она уже начала принимать его в этом качестве, а себя... Да, похоже, она проиграла.

Черт с ним, яростно подумала Зои. Она подняла взгляд на Джеймса, который внезапно отвернулся и схватился за ветку эвкалипта, словно собираясь оторвать ее.

Зои дотронулась до его плеча. Он чуть повернул голову, и она потрясение ахнула. Лицо посерело, губы побелели, на лбу выступил пот, глаза полуприкрыты от боли.

- Джеймс, в чем дело? - спросила она, но он, казалось, не слышал ее. Зои дотронулась до его лба тыльной стороной руки, и он вздрогнул так, словно она ударила его.

- Голова, - выдохнул он. - Болит невыносимо.

- Дать вам что-нибудь? Какое-нибудь лекарство?

- Я ничего с собой не взял, - проговорил он с трудом.

Зои вспомнила об аптечке в своей сумке.

- У меня есть обезболивающее. Не очень сильное, но может ненадолго снять боль. Я сейчас принесу. Ради Бога, сядьте. Вы выглядите так, словно сейчас упадете.

Одно то, что он не стал спорить, говорило, как ему плохо. Джеймс оторвался от дерева и позволил ей усадить себя на скамейку. Зои вернулась спустя несколько секунд с обезболивающим.

Когда он немного пришел в себя, Зои встала.

- Вы меня не на шутку напугали. Необходимо вернуться домой, чтобы вас сегодня же осмотрел врач.

Джеймс насмешливо изогнул бровь. Ему явно стало лучше.

Внезапно он снова поморщился.

- Я могу не справиться с рулем. Вы умеете водить полноприводной автомобиль?

Об этом она не подумала, но отступать было поздно. Джеймсу требовалась медицинская помощь, а здесь он ее не получит. Зои распрямила плечи:

- Думаю, пора научиться.

Глава 8

Благодаря обезболивающему, пульсирующая боль немного утихла, но Джеймс понимал, что это не надолго. Он проклинал себя за то, что не взял с собой лекарств, но тогда он был уверен, что сможет обойтись без них одну ночь, и в любом случае, приняв их, нельзя вести машину.

Его не обманули заверения Зои, что она справится с машиной. Езда по пересеченной местности - непростая задача даже для опытного водителя. А человеку, непривычному к автомобилю-внедорожнику, и думать об этом нечего.

С невольным восхищением Джеймс вдруг подумал, что Зои привыкла выходить победителем из самых сложных ситуаций. Выкарабкавшись из трясины неудачного брака, она заново начала свою жизнь и карьеру после смерти мужа. Взяла на воспитание Женевьеву. Приехала с ним в "Белые звезды", хотя, скорее всего, вовсе не мечтала здесь оказаться. Джеймс должен был признать, что Зои настоящий боец. А судя по тому, как отвечала на поцелуи, еще и необычайно страстная женщина. По словам детективов, ее покойный муж был крайне ревнив, так что она, скорее всего, и сама не подозревала о том, на что способна. Как приятно было бы полностью раскрыть ее потенциал в этой области - ради них обоих, подумал Джеймс и тут же упрекнул себя. Бесполезно терзаться воспоминаниями о том, как обнимал ее, ведь он может предложить ей лишь неопределенное будущее. Сегодняшний приступ как нельзя лучше доказал это.

Джеймс заставил себя встать и размяться. К счастью, они не полностью разгрузили машину, так что сборы в обратный путь не займут много времени. Зои уже упаковала еду и кухонную утварь и перенесла в машину.

Он улыбнулся, увидев на пороге домика Женевьеву, тащившую в одной руке упакованный спальный мешок, а другой сжимавшую сэндвич. Зои удалось превратить их поздний отъезд домой в игру, обернув возможное разочарование новым приключением. Она остановила протесты Женевьевы, рассказав про опоссумов, вомбатов и кенгуру, для которых жизнь начинается как раз ночью. Теперь девочке не терпелось отправиться в путь.