Моя дорогая Женевьева - Парв Валери - Страница 26

Он сжал кулаки, а затем с видимым усилием расслабил пальцы.

- Когда Билл рассказал о том, что мне предстоит, я стал торопить детективов с поисками, чтобы, если случится худшее, хотя бы успеть увидеться с Женевьевой и назвать ее своей наследницей. Я решил назначить операцию, как только ее найдут.

Зои почувствовала, как в душе ее шевельнулось раскаяние. Она была несправедлива к Джеймсу. На его месте она, наверное, повела бы себя точно так же. Что если он умрет? Она почувствовала, как глаза наполняются слезами.

Джеймс заметил это и смахнул с ее щеки слезинку.

- Зои, я ведь еще не умер.

- Глупости, вы не умрете, - убежденно проговорила она. Неужели Джинни обрела отца только затем, чтобы вновь его потерять?

Джеймс кивнул.

- Я тоже так считал до недавнего времени. Но Билл говорит, что мой случай непростой. Исход операции нельзя предугадать. Он рассказал мне о шансах, и, как я понял, они не в мою пользу.

- Что же вы будете делать? - Зои старалась говорить спокойно, но это ей плохо удавалось.

Джеймс задумался. Ей показалось, что он молчал целую вечность. Затем, словно приняв решение, он поднял на нее взгляд.

- В некоторой мере это зависит от вас. Зои удивленно распахнула глаза.

- Что вы хотите сказать?

- Я хочу, чтобы вы вышли за меня замуж.

Этого она ожидала меньше всего.

- Вы делаете мне предложение? Именно сейчас? - потрясение спросила она.

- Именно сейчас. Став моей женой, вы унаследуете все мое имущество. Если Женевьева останется с вами, то ее будущее в безопасности, что бы ни случилось на операционном столе.

- Получается что-то вроде брачного соглашения - одновременно свидетельство о браке и завещание, - со сдавленным смешком произнесла она.

- Вполне возможно.

Зои почувствовала, что не в силах осмыслить его предложение. То, что он предлагал, не было браком, как она его понимала. Брак подразумевал любовь и нежность, близость, которую он и не собирался давать. Сделать предложение Джеймса вынудила крайняя степень отчаяния. Зои отлично понимала, что он идет на это ради Джинни, а не ради нее.

- А нет ли иного способа создать.., вдову заранее?

Его губы скривились в слабом подобии улыбки.

- Я еще могу вас удивить, пережив операцию.

- И что тогда?

- Поскольку брак будет оформлен исключительно в целях защитить Женевьеву, он будет аннулирован, как только в нем отпадет необходимость. Мы подпишем соответствующее соглашение прежде, чем я лягу в больницу. Если я останусь в живых, то через месяц после операции брак будет расторгнут, но я не стану возражать против вашего общения с Женевьевой. Вы получите свободу и достаточную сумму, чтобы больше никогда ни в чем не нуждаться.

Как он мог подумать, что она примет от него деньги, особенно в таких обстоятельствах? От нее не ускользнуло, что с учетом возможного расторжения брак будет носить фиктивный характер. Принимая во внимание их отношения, это единственный возможный вариант, и все же Зои ощущала внутренний протест.

- Разве вы не можете завещать все Джинни, не заключая со мной брак? выдавила она. Его глаза насмешливо блестели.

- Она слишком мала и может стать легкой мишенью для охотников за богатством в моем ближайшем окружении. Я хочу, чтобы с ней была ее опекунша.

Зои смутно припомнила, как ее подруга Джули говорила, что он не поддерживает отношений с семьей.

- Однако мне вы готовы доверить все, - подчеркнула она, радуясь этой мысли.

Джеймс внимательно посмотрел ей в глаза.

- С тех пор как вы приехали в "Белые звезды", я видел, как много значит для вас моя дочь. В отличие от остальных членов моей семьи, вы ставите ее благополучие выше собственного.

Именно этого он и ждет от нее. Зои никогда не обдумывала возможности стать его женой и не была уверена, может ли думать об этом сейчас. Одно дело выйти за мужчину, которого любишь больше всех на свете, и совсем другое согласиться на брак, обреченный еще до произнесения брачных обетов.

Еще больше Зои беспокоило собственное моральное равновесие. Джеймс действовал на нее сильнее, чем все другие мужчины, разжигая в ней пламя, которое не собирался утолить. Может ли она стать его женой, зная, что у них нет будущего, независимо от исхода операции? Неужели она может стать вдовой, даже не успев толком стать женой? Если он выживет, она станет ему ненужной.

Зои мучилась в нерешительности. Слезы затуманивали ей глаза. Джеймс - отец Джинни, и он оказался в тяжелейшей ситуации. Она понимала, какой ответ должна дать ради Джинни.

- Да, Джеймс, я выйду за вас. Подняв руку, он вытер слезинку, покатившуюся у нее по щеке.

- Зои, я надеюсь, что это не из-за меня. Застигнутая врасплох, она нахмурилась.

- О чем вы?

- Вы не должны совершить ошибку, влюбляясь в меня. Все получится, только если мы будем считать, что вы поступаете так ради Женевьевы. - Он устало улыбнулся, но глаза оставались грустными. - Можете считать меня бессердечным, но я не столь бесчувствен, чтобы желать оставить после себя горюющую вдову.

- Хорошо, мы поняли друг друга, - невозмутимо ответила Зои. - Когда вы планируете устроить свадьбу?

- Как только удастся все организовать. И Билл Марголин, и Говард Ли ясно дали понять, что я не должен надолго откладывать операцию. Если мы устроим церемонию в пятницу вечером, а выходные будем считать медовым месяцем, то на следующей неделе я смогу лечь в больницу.

Меньше чем через неделю? Зои подавила панику, возникшую при этом известии.

- Отлично.

Джеймс удивленно взглянул на нее:

- Вы так сдержанны, Зои. И никакой реакции, кроме "отлично"?

- Мне казалось, что способность не испытывать чувств рассматривается как положительное профессиональное качество. - Сверхчеловеческим усилием воли ей удалось скрыть дрожь в голосе.

Он чуть прищурился.

- Конечно. Зои, я понимаю, что прошу очень много. Я не могу выразить свою признательность за ту жертву, на которую вы идете ради Женевьевы.

Но не ради него, подсознательно отметила Зои, даже сейчас каждой клеточкой ощущая, как будоражаще действует на нее его присутствие.

- Никаких сожалений? Никаких сомнений? - спросил Джеймс.