Моя дорогая Женевьева - Парв Валери - Страница 36

- Я постараюсь.

Если бы он знал, сколь мало способна Зои повлиять на Джеймса...

- А ты, - продолжал доктор, пронзая взглядом Джеймса, - слушайся свою очаровательную молодую жену.

Джеймс покачал головой:

- Я думал совсем не о том, чтобы ее слушаться.

Доктор усмехнулся:

- С этим тоже полегче. Торопиться не стоит.

Джеймс неотрывно смотрел ей в глаза.

- Ладно. Мы не будем торопиться. Отведя взгляд, Зои почувствовала, как участился пульс и увлажнились ладони. Врач отошел, бормоча что-то себе под нос, а она накинулась на Джеймса:

- Разве обязательно было намекать Говарду, что я.., что мы...

Джеймс пожал плечами:

- Вряд ли я сказал что-нибудь, о чем ты не думала.

Он даже не представлял, что творится в ее душе. Защищаясь, Зои проговорила:

- Откуда тебе знать, о чем я думаю?

- У тебя удивительно выразительное лицо. Никогда не играй в покер.

Зои ощутила, что заливается краской. Джеймс слишком точно читал ее мысли, чтобы она могла чувствовать себя спокойно. Зои действительно хотела его. Она любила его и теперь понимала, что по-настоящему никогда не любила Эндрю. Как же она будет жить без Джеймса?

- Пойду поищу Джинни. Ей пора спать, - пробормотала она.

Его взгляд смягчился.

- Я мог бы сказать то же самое ее маме. Зои с удивлением взглянула на Джеймса. Он стал каким-то другим после операции. Можно подумать, что он хочет нормального брака. Зои поймала себя на мысли, что ей-то этого бы очень хотелось, но она тут же взяла себя в руки. Какой смыл мечтать о несбыточном?

Джинни, разумеется, была в конюшне, где с гордостью показывала сыну соседей свою лошадь Амиру.

Девочка, немного покапризничав, все же отправилась с Зои в дом.

Зои помогла ей умыться и переодеться в ночную рубашку.

- Что-то не так? - спросила она, укладывая малышку в кроватку.

Джинни крепче прижала к себе игрушечного мишку и сморщила личико.

- Тебе больше не нравится Джеймс? У Зои защемило сердце.

- Мы хорошие друзья. Почему ты решила, что он мне не нравится?

- Ты сказала папочке, что уезжаешь, - ответила Джинни, и ее глаза наполнились слезами. - Я не хочу, чтобы ты уезжала. Я тебя люблю.

Зои прикрыла глаза, пытаясь скрыть потрясение. Видимо, Джинни слышала их разговор с Джеймсом после возвращения из Сиднея сегодня днем. Зои действительно упомянула об отъезде, но ей и в голову не пришло, что Джинни могла услышать ее. Она подыскивала ответ, который бы не был откровенной ложью.

- С тобой останется Джеймс. Теперь он твой папа, и так будет всегда. Джинни шмыгнула носом.

- Я хочу, чтобы ты тоже была моей мамочкой. Почему ты не можешь? Зои крепко обняла малышку.

- Не всегда получается так, как нам хочется, родная, но мой отъезд не повлияет на нашу дружбу. Так лучше?

- Наверно. - Казалось, Джинни немного успокоилась, хотя на ресничках еще дрожали слезинки. Потом она улыбнулась:

- А знаешь что? Я уже сама могу кататься на Амире, без того, чтобы Грейс держала ее на корде.

- Да, она рассказала мне. Я очень тобой горжусь. - Грейс также сказала, что пока еще рано позволять девочке ездить одной. - А теперь спи крепко. Я тебя люблю...

- Я тоже тебя люблю, - зевнув, ответила Джинни.

Зои на цыпочках вышла из комнаты. Она понимала, что ей, наверное, следует присоединиться к гостям, но после разговора с Джинни у нее не было на это сил.

Завтра ей необходимо поговорить с Джеймсом. Бесполезно затягивать их брак. Чем дольше она будет здесь оставаться, тем тяжелее станет ее отъезд для всех, и в первую очередь для нее самой.

Зои снился кошмарный сон, в котором Джеймс с Джинни шли куда-то впереди нее. Как Зои ни старалась, ей не удавалось их догнать, как ни звала, они не откликались. Затем они исчезли, оставив ее в одиночестве.

Когда Зои проснулась, сердце гулко билось у нее в груди. Она чувствовала себя совершенно разбитой. Солнце уже светило вовсю, значит, надо вставать. Натянув джинсы и светло-голубую шелковую рубашку, она спустилась вниз. Сегодня ее последний день в "Белых звездах".

В доме было тихо. Проходя мимо детской, Зои заметила, что кроватка Джинни аккуратно заправлена. Наверное, Джеймс поднял ее и помог одеться, а затем повел завтракать, не будя Зои. У дверей кабинета Джеймса она услышала, что он ведет какой-то деловой разговор по телефону, и решила подождать с выяснением отношений. Есть ей совсем не хотелось, но кофе выпить не помешает.

Зои сидела за чашкой, когда в кухню ворвалась Грейс с выражением паники на обычно спокойном лице.

- Джеймс здесь?

- Он в кабинете. А что... - Но Грейс уже не было. Через некоторое время, торопливо обсуждая что-то на ходу, они с Джеймсом вместе вернулись на кухню. Его напряженное лицо встревожило Зои.

- Что случилось?

- Женевьева поехала кататься на Амире. Зои охватила паника.

- Одна?

Грейс развела руками:

- Она держала поводья пони, пока я выводила Феррере на утреннюю разминку. До сих пор не понимаю, как ей удалось самой взобраться на пони, но, когда через пару минут я вышла, ее уже не было. Скорее всего, после вчерашней вечеринки кто-то оставил ворота открытыми.

- Вы уверены, что ее не сопровождали работники из конюшни? - спросил Джеймс сдавленным голосом. Его лицо превратилось в каменную маску, а кулаки сжались так, что побелели костяшки пальцев.

Грейс покачала головой:

- Уверена. Никто не видел, как она уехала.

Сердце Зои рвалось из груди.

- Вчера вечером она мне сказала, что может кататься на Амире без корды.

- Только в тренировочном загоне и под моим наблюдением, - заверила ее Грейс. - Я никогда не отпускаю ее одну.

Зои схватила Джеймса за руку, чувствуя силу, исходящую от него. Так бы держаться за него всю жизнь, но она заставила себя отпустить руку.

- Вы должны знать еще кое-что. - Она посмотрела на Грейс, затем глубоко вздохнула. Все равно промолчать нельзя, а в данной ситуации это могло быть важным. - Вчера Джинни была расстроена, потому что слышала, как я говорила об отъезде.

Джеймс бросил на нее сердитый взгляд и негромко выругался.

- Значит, это не случайность. - Обращаясь к Грейс, он сказал:

- Я еду за ней на Феррере. Вы проверьте речные отмели, а я отправлюсь по гребню холма. Она не могла ускакать далеко.