На Грани (СИ) - Лински Литта - Страница 13

Король меж тем уже отошел от бесстыжей жрицы и теперь беседовал по очереди с различными сановниками и придворными. Интересно, сколько из них его ненавидят и скольким, как и ей, безразлично, представитель какой династии сидит на троне. Мирталь хорошо относилась к Йеланду и тем паче к своему несостоявшемуся зятю — Нейри, но как глупо заканчивать свою жизнь после падения одного монарха и воцарения другого. Да, Валтор — захватчик и не имеет никаких прав на корону, но он не пытается скрывать тот факт, что завладел Эларом по праву сильного, не заставляет юристов и историков строчить подложные обоснования законности своей власти. Упертая Тэсса ненавидит Дайрийца из-за смерти брата, а она, Мирталь, ненавидит то, что во имя нелепых верности и благородства цвет рыцарства отправился умирать. Ибо сражение при Латне было просто избиением младенцев, этого не могли не понимать обе стороны, если уж понимает она — слабая женщина. Ее сын и сотни других сыновей, отцов, братьев и мужей бросили свои семьи и пошли умирать ради короля! Ради набора букв в фамилии монарха! Да ей плевать, кто будет на троне, если она, как прежде, сможет поутру, откидывая шелковое одеяло, облачаться в пеньюар, отделанный валэйнским кружевом, и знать, что служанки в любое время года к ее пробуждению будут приносить в спальню свежесрезанный букет пурпурных тюльпанов, обожаемых госпожой. Да, сын погиб нелепо и ужасно, и сердце ее всегда будет болеть о мальчике, но это не повод расстаться со всем, что есть, и уехать назад в ненавистные горы.

Внимательно вглядываясь в лица, Мирталь Линсар пыталась разгадать истинные мысли эларцев, оставшихся при дворе, скрытые за вежливыми улыбками. Не может быть, чтобы она одна среди всех была так прагматична и цинична. Конечно, много голов набито догмами о рыцарской чести, патриотизме и прочем, но ведь должны же быть и те, кому настоящая жизнь и благополучие важнее посмертного воспевания в балладах.

Прием подходил к концу, придворные один за одним покидали зал Теоры, значит, им тоже пора. Оро повернулся к дверям, на лице Тэссы читалась нескрываемое облегчение. В этот момент к ним подошел распорядитель и передал просьбу его величества задержаться ради приватной беседы. Мирталь была счастлива и светилась от сознания одержанной победы. Успех ее затеи не подлежал сомнению. Ибо кому, как не ей, знать, что значат мужские взгляды, подобные тем, что Дайриец бросал на Лотэссу. Не иначе как сейчас государь объявит официально о согласии на брак с их несносной, но изумительно красивой дочкой. Лицо мужа выражало спокойную покорность судьбе, а на Тэсс лучше было не смотреть, чтобы не расстраиваться.

И вот они остались наедине с королем. Его величество вновь подошел к семейству Линсаров и учтиво поклонился.

— Что ж, эн Линсар, после знакомства с вашей прекрасной дочерью я нахожу идею нашего союза еще более разумной, чем раньше, — Валтор обращался ко всем, но смотрел только на Тэссу. Затем он, в лучших рыцарских традициях, преклонил перед девушкой колено и попытался завладеть ее ладонью, которую невыносимая девчонка тут же спрятала за спину. Король, казалось, даже не заметил бестактности своей избранницы, и дальше его речь была обращена исключительно к ней.

— Энья Линсар, в присутствии ваших родителей я имею честь предложить вам свою руку и сердце! — звучало это несколько высокопарно, но Мирталь полжизни бы отдала, чтобы король вот так стоял на коленях перед ней. Однако осчастливленная Лотэсса была на этот счет совсем другого мнения.

— Эн Малтэйр, — нахалка намеренно пренебрегла «Вашим Величеством». — Все несколько не так, как вы пытаетесь преподнести. Это мои родители в мое отсутствие предложили вам мою руку и сердце. Я даже не спрашиваю, так ли это, потому что точно знаю ответ.

Мирталь застыла, похолодела, боясь даже дышать. Девчонка погубит их всех! Король не станет терпеть подобной дерзости. Валтор же легко вскочил, ухмыльнулся, давая понять, что слова Лотэссы его не задели.

— Пусть так, энья Лотэсса. И что с того? Идея ваших родителей пришлась мне по душе, и я благодарен им. Впрочем, увидев вас однажды, я бы сам пришел к точно такому же решению.

Эна Линсар выдохнула с облегчением. Обошлось! Теперь главное — не давать раскрыть рта этой бунтарке и занимать короля ничего не значащей болтовней. Уж это она сможет.

— Ах, ваше величество, Тэсс у нас ужасно принципиальна и терпеть не может, когда что-то решают за нее. Помнится, в детстве я пыталась запретить ей учиться играть на гитаре, потому что полагаю это умение не женским, а более достойным мужчины. Так вот, она назло мне научилась не только виртуозно играть, но еще и сочинять музыку и стихи для своих песен. Однако в итоге ее игра так всех восхищает, что мне теперь кажется, что девочкино упрямство оказалось на пользу. Однако, — Мирталь доверительно склонилась к уху будущего зятя, точнее заставила его склонить к ней голову, поскольку была значительно ниже короля. — В умелых и сильных мужских руках она станет нежной и покорной, я уверена. Материнское сердце редко ошибается.

Ага, изменится она, как же! Она сведет тебя с ума, красавчик! Но сейчас тебе об этом знать вовсе не обязательно. Женишься — потом сам с ней разбирайся.

Валтор пропустил последнюю часть откровений Мирталь мимо ушей, но неожиданно заинтересовался первой.

— Ваша матушка говорит, что вы играете на гитаре, энья Лотэсса, — взгляд Дайрица, обращенный на девушку, больше не был ни восторженным, ни почтительным. Теперь зеленовато-серые глаза казались холодными и насмешливыми. — К тому же произведения собственного сочинения… Я был бы счастлив послушать.

— Я не буду петь. Да и вам бы все равно не понравилось, уверяю вас, — Тэсс, как всегда, решила все испортить. — И, матушка, хватит дергать меня за подол, вы его оборвете, и этот прискорбный факт уронит в глазах короля престиж нашего семейства, о котором вы так печетесь.

Мирталь покраснела, пробормотав, что она хотела лишь оправить платье, и, оттянув дочь насколько это возможно в сторону, зло прошипела:

— Хватит вести себя как простолюдинка, исполненная ненависти ко всему миру! Ты споешь! Я настаиваю!

— Ах, вы настаиваете, — протянула Лотэсса. — Ну, тогда я действительно спою, и пеняйте на себя. У нашего нового короля найдется гитара? — Тэсс выделила голосом слово «новый», вложив в него все пренебрежение, на которое была способна.

Валтор не поленился самолично подать ей гитару с изящным, но насмешливым поклоном. Очевидно, он успел сходить за ней, пока Мирталь делала выволочку дочери.

Девушка начала перебирать струны, словно пробуя их, и через некоторое время нестройные звуки сложились в мотив — тревожный, исполненный горечи, но в то же время яркий и пронзительный. Мирталь действительно не нравилось, что дочь играет на гитаре, но песни ее — что грустные, что веселые — всегда брали за душу. И вот, в музыку вплелись слова, и Мирталь начала холодеть, постепенно понимая, что она наделала, заставив дочку петь перед королем. В текст песни Тэсс, видно, вложила всю свою злость и отчаяние. Во время исполнения Лотэсса неотрывно и дерзко смотрела в глаза королю, очевидно, чтобы у того не осталось сомнений относительно того, кому эта песня посвящена

Да, я не верю в вашу жалость и честь —

От победителей их не пристало ждать,

А вы придумали отличную месть,

Хоть в этом должное я вам могу воздать.

Я без боли не могу прожить и дня —

Проигравшая, заложница победы,

Вы зовете королевой меня,

Но для всех я — лишь разменная монета.

Мне до ужаса не нравится расклад,

Только партию нельзя начать сначала.

Вам — победу, ну а мне — лишь боль утрат:

Все поставила на кон и проиграла…

Закончив петь, Тэсс вложила гитару в руки Дайрийца, издевательски поклонилась и вышла из зала, не дожидаясь родителей и не удостоив их даже взглядом.

Бледная как смерть, Мирталь начала лепетать извинения, но король прервал ее, милостиво махнув рукой: