На Грани (СИ) - Лински Литта - Страница 19

Когда он назвал ее красивой девушкой, а потом снова обратился по имени, сердце Нармин против воли забилось быстрее, а в мысли просочилась совершенно ненужная надежда. Меж тем, король продолжал.

— Денег я Храму дать не могу, даже если бы и хотел. Вы, как и ваша владычица, понимаете, что все средства и доходы казны я буду тратить на восстановление ущерба, причиненного Элару моими же войсками. У меня теперь два государства вместо одного, точнее, мое государство стало в несколько раз больше. И вряд ли в ближайшие годы и даже десятилетия я смогу швыряться деньгами.

— Не скрою, деньги нужны Храму, — увидев, как король невольно поморщился при этих словах, Нармин поспешила закончить фразу. — Но для Маритэ сердца людские куда важнее денег, особенно сердца королей, чей образ мыслей и чья вера становятся примером для подданных.

В словах и тоне жрицы чувствовалось искреннее вдохновение, поскольку она внезапно поняла, что ей удалось найти тот самый, единственный путь, способный вывести из тупика, куда загнала их с Валтором судьба. Конечно же! Король должен обратиться! А кто будет учить его азам давно забытой веры, кроме как единственная на весь город служительница Маритэ? Тем самым она не предаст Храм, владычицу и свою богиню, а напротив, послужит им. И уж за такое великое деяние, как обращение нового владыки Элара, ей — Нармин — простят любовь к коронованному избраннику Маритэ и даже не слишком пристойное положение его любовницы. Хотя… кто знает? Возможно, приняв ее веру, Валтор изберет ту единственную, которая принесла ему свет истины, своей женой…

Однако король в свойственной ему манере, удивительным образом сочетающей вежливость с бесцеремонностью, прервал поток благочестивых разглагольствований своей собеседницы, вернув жрицу с заоблачных вершин девичьих грез в пропасть ужасной реальности.

— Прошу вас, не поймите меня неправильно… Я уважаю вашу веру и верность богине, которую все остальные забыли уже несколько сот лет назад. Я принял вас со всеми возможными почестями, которые способен король оказать жрице, учитывая нынешнее неспокойное положение вещей в стране. Принял… но я вас не звал. Не имея ничего против вашей Маритэ, я также не желаю иметь с ней ничего общего. Вы уж простите, Нармин, но я не верю ни в богинь, ни в Странников, ни в прочие древние божества Анборейи. Мне нет до них никакого дела. Зато земных дел у меня более чем достаточно. И я собираюсь заниматься ими, а не тратить свое время на тех, кто остался жить лишь в привычных выражениях, пришедших к нам из глубины веков. «Да помилуют нас светлые богини…», «забери тебя Изгой…» или «красив, как Странник». Это всего лишь слова, хоть они и невольная дань почтения тем, в кого когда-то верили. Поэтому оставьте мысли сделать из меня благочестивого последователя своей религии, лучше просите чего-нибудь реального. При этом, по возможности, недорогого и необременительного, дабы у меня не было причин и соблазна отказать вам, — Валтор небрежно облокотился о стол, машинально поглаживая длинными тонкими пальцами чернильницу — сову, восседающую на раскрытой книге, герб Малтэйров.

— Я… я не знаю, — Нармин совсем растерялась и прилагала титанические усилия, чтобы не разразиться слезами досады и отчаяния. — То есть я не могу сразу ответить вашему величеству. Я напишу владычице и буду ждать ее ответа. Будет ли мне позволено сообщить ей, что ваше величество согласились на коронацию по древним традициям?

— Я подумаю об этом, — пообещал король и поклонился жрице, давая понять, что аудиенция подошла к концу. — Всего хорошего, дэнья Нармин.

Как ни странно, девушку не слишком огорчил неопределенный ответ. И не только потому, что расстроить ее еще сильнее было практически невозможно. Чем дольше король будет думать, тем позже она отправит письмо Лавинтии. Чем позже будет отправлено письмо, тем позже придет ответ. А следовательно, у нее еще есть время на то, чтобы хотя бы просто быть рядом с тем, кому навеки отдано ее бедное сердце.

Глава 17

Элвир Торн уже четвертый час торчал в королевской библиотеке, листая один за одним потрепанные фолианты, манускрипты и прочие мудреные виды книг, от общения с которыми жутко болела голова и хотелось чихать. Не то чтобы Торн не любил книги, как раз наоборот, он был изрядно образован и начитан. Просто он ненавидел старинные тома, чуть ли не наполовину состоящие из пыли, с крошащимися пожелтевшими страницами, и такие вот громадные библиотеки, служащие пристанищем для тысяч и тысяч подобных книг. И все-таки Элвир твердо решил не покидать королевского книгохранилища (по мнению Торна, называть этот хаос библиотекой — слишком много чести) до тех пор, пока не найдет среди пыли и истлевшей бумаги хотя бы намек на зацепку.

Дело со странными трупами надо раскрыть и как можно скорее наказать виновных. Пока в городе не начались волнения. Меньше всего Валтору, которого пока даже сторонники считают узурпатором, нужно, чтобы в самом начале его правления в Вельтане случались такие нехорошие вещи. Почему, ну почему вся эта туманно-сверхъестественная жуть не началась при Йеланде?! Тогда бы странные смерти не связывали с вторжением Малтэйра. А сейчас дело принимает все более скверный оборот. Поскольку жутких трупов становится все больше, скрывать их от горожан не очень-то получается. Точнее, не получается совсем. По Вельтане поползли слухи, один хуже другого. Одни считают, что убийства — дело рук дайрийских солдат или тайной стражи, другие видят в этом руку провидения, карающего город, впустивший нечестивого захватчика. По мнению последних, которое, кстати, обретает все больше сторонников, пришествие Валтора Дайрийского несет Элару мор, голод, смерть и ужас. Короче, весь традиционный набор. И со всей этой дрянью нужно срочно что-то делать!

Итак… Как ни крути, на смерть от естественных причин все эти трупы не тянут. Значит, магия? Магия, Изгой бы ее побрал, или, того хуже, какие-нибудь магически-мифические существа. Ну, это уж совсем бред! Не хватало еще на тридцать втором году жизни уверовать в реальность всяческих шкриг, ламайи или нукри.

Хорошо, если сделать над собой усилие и допустить, что в во всех этих страшных сказках есть хоть доля правды… Что мы знаем о нечисти? Только одно: любое мифическое существо родом с Граайи1 — таинственного материка-отшельника. Почему все уверены, что Граайя — родина любого чудовища, совершенно непонятно, учитывая тот факт, что на этом материке никто никогда не был… Ну, то есть никто, кто смог бы вернуться и рассказать хоть что-нибудь.

О Граайе известно очень немного, если подумать. Материк лежит южнее Доэйи и Шургата, омывается Темным и Драконовым морями, а с востока — водами Сапфирного океана. И еще Граайя является источником магии, магов и магических существ. Это аксиома, составленная на основе довольно сомнительных предположений за неимением более точных знаний.

До материка никому еще не удавалось доплыть, по крайней мере, на протяжении последних нескольких тысяч лет. Корабли либо гибли в водах Драконова моря, либо просто исчезали. С другой стороны, выходцы с Граайи хоть и нечасто, но покидали родину и посещали другие континенты и страны. И все они были магами исключительной силы! Нельзя сказать, что на Доэйе, Шургате или островах вовсе не было магии. Всегда находились люди, желающие выйти за рамки, очерченные законами природы. И некоторым это удавалось. Люди посвящали годы и десятилетия изучению магии, исполняли сложнейшие ритуалы, заучивали и применяли безумные заклинания, пробуждали и шлифовали в себе различные сверхъестественные способности, но все, чего им удавалось добиться, это возможность предвидеть ход событий и слегка его изменить. Фокусы с предсказаниями, фокусы с погодой, фокусы с обнаружением пропавших вещей и людей, в лучшем случае увеличение или уменьшение вероятности того или иного события — вот, пожалуй, основные направления доэйской магии. На Шургате, в отличие от практичной и цивилизованной Доэйи, наибольшей популярностью пользовались жуткие культы, в которых было много крови и всяческого демонизма, но крайне мало смысла и практической пользы. Там магия была скорее средством устрашения, нежели способом добиться определенных целей, и привилегией жрецов, служащих странным и кровожадным божествам.