Этиккан и Селиме
(Чувашские сказки) - Григорьев Семен Григорьевич - Страница 12

— Если ты не сумеешь их погубить, — говорит жена шестиголового змея, — я превращусь на их пути в чистое прозрачное озеро. Когда они станут пить и поить коня, сами полезут в мой рот!

— Если и так не удастся погубить Ивана с солдатами, — говорит жена девятиголового змея, — я превращусь на их пути в прекрасный сад с сочными и румяными плодами. Они поедят этих плодов и сами попадут ко мне в рот!

— А я, — говорит жена двенадцатиголового змея, — встану на пути Ивана, раскрою рот — нижнюю губу к земле, верхнюю к небу, — и они сами полезут в мой рот!

Сказали это жены змеев и разошлись. Вернулся Иван к товарищам.

На другой день друзья собрались в обратный путь. Вот скачет Иван на семиногом коне и видит впереди небольшую лужайку с сочной травой. Солдаты говорят:

— Вот хорошая лужайка! И коня покормим, и сами отдохнем!

— Не торопись! — отвечает Иван. Подъезжает к лужайке, бьет крест-накрест мечом, и лужайка превращается в кровавое болото.

— Видите, что вас ожидало? Так что никогда не выскакивайте вперед меня! — говорит Иван и едет дальше.

Через некоторое время перед ними открылось чистое, прозрачное озеро.

— Вот и вода! И коня напоим, и сами напьемся! — говорят солдаты.

— Не торопитесь! — отвечает Иван. Подъезжает к озеру, бьет мечом крест-накрест, и озеро превращается в кровавое море.

— Видите, что вас ожидало? — говорит Иван.

— Видим — отвечают солдаты.

И вот впереди показался прекрасный сад с румяными и ароматными плодами.

— Сейчас яблок поедим и сразу утолим голод и жажду! — говорят солдаты.

— Не торопитесь! — отвечает Иван. Подъезжает к саду, бьет мечом крест-накрест, и сад превращается в кровавое месиво.

Едут друзья дальше. В пути семиногий конь говорит батыру:

— Ну, Иван, сейчас мы приближаемся к жене двенадцатиголового змея. Как только подъедешь к ней, скажи: «Всемогущая змея! Во всем виноват я один. Так что ты меня проглоти, а товарищей моих пропусти!» Когда твои товарищи проедут, ты ударь меня по правой ягодице. Я тогда на сто сажень отскочу назад. После этого ударь меня по левой ягодице, и я прыгну до небес. В этот миг ты ударь мечом, и голова змеи обрушится вниз!

Скоро Иван с солдатами подъехал к жене двенадцатиголового змея. Одна губа у нее на земле лежит, другая касается неба. Так что не проехать, ни пройти нельзя.

Иван выехал вперед и говорит:

— Всемогущая змея! Во всем виноват я один. Ты меня проглоти, а товарищей моих пропусти!

Змея приподняла нижнюю губу, и солдаты прошли. Иван ударил семиногого коня по правой ягодице, и он отскочил назад на сто сажен. Затем батыр ударил коня по левой ягодице, и он подпрыгнул до небес. В тот же миг Иван ударил мечом, и голова змеи обрушилась вниз.

Зарыл батыр тело чудовища в землю и поехал дальше.

Едет он, и вдруг откуда ни возьмись выскочил Чиге-сухал, старичок с локоток с саженной бородой, и стал путаться в ногах коня и Ивана дразнить. Батыр терпел-терпел, разозлился, соскочил с коня и хотел зарубить старичка. Но тот ловко увернулся от удара, вскочил на семиногого коня и поскакал.

Иван пошел пешком за старичком.

К вечеру он дошел до жилища старичка и стал просить семиногого коня.

Старичок ответил:

— Далеко отсюда, за семьюдесятью семью государствами, живет невиданной красоты царевна. Достань мне красавицу, и ты получишь семиногого коня!

И пошел Иван искать самую красивую в мире девушку. Шел, шел Иван и увидел у дороги большой ковш — Алдыр.

— Куда идешь, Иван-батыр? — спросил Алдыр.

— За самой красивой в мире девушкой!

— Возьми и меня с собой!

— Если хочешь — пошли!

И пошли они дальше вдвоем. Шли, шли они, и встречается им холод — Сиве. Спрашивает:

— Куда идешь, Иван-батыр?

— За самой красивой в мире девушкой!

— Возьми и меня с собой!

— Если хочешь — пошли!

И пошли они дальше втроем. Шли, шли, а навстречу обжора — Хыпкан-Сьыткан. Спрашивает:

— Куда идешь, Иван-батыр?

— За самой красивой в мире девушкой!

— Возьми и меня с собой!

— Если хочешь — пошли!

И пошли они за царевной вчетвером.

Так дошли они до столицы государства, где жила прекрасная царевна.

Царь встретил их и стал расспрашивать:

— Куда и зачем идете?

— Мы пришли сватать твою дочь, — отвечает Иван.

— Вот и прекрасно! — говорит царь. — Может, вам и суждено ее сосватать! А то приходят сватать, а выполнить моего условия не могут.

— А каково твое условие?

— Надо за день съесть шестьдесят пудов хлеба и шестьдесят жареных быков! Съедите — получите мою любимую дочь, не съедите — пеняйте на себя!

Обжора Хыпкан-Сьыткан толкнул Ивана в бок и шепнул:

— Соглашайся, соглашайся! Все съедим!

Иван согласился, и царь отвел его в помещение, где находилась целая гора хлеба и гора мяса. Когда царь ушел, Иван попросил Хыпкан-Сьыткана взяться за дело. Тот уселся поудобнее и за обе щеки стал уплетать хлеб с мясом.

Задолго до срока в помещении не осталось ни крошки хлеба и ни кусочка мяса. Узнал об этом царь, призадумался: «Эти сваты не простые, надо от них избавиться!» Позвал Ивана и говорит:

— Я не могу так легко расстаться с любимой дочерью! Поэтому выполни еще одно условие!

— Какое? — спрашивает Иван.

— Вымойся со своими друзьями в бане, которую топили семь дней. Выполнишь это условие — сразу после бани получишь мою дочь! Не выполнишь — пеняй на себя!

Холод Сиве подтолкнул Ивана в локоть и говорит:

— Соглашайся, соглашайся! Не изжаримся!

Иван согласился, и сразу затопили баню. Как прошло семь суток, Иван пошел мыться. Стал он собираться и мимоходом шепнул холоду Сиве:

— Ступай вперед, охлади баню.

Холод тут же помчался выполнять приказание. А вода, которая целыми ушатами выливалась царскими слугами с чердака, на раскаленные камни не попадала, она вся поглощалась ковшом Алдыром.

Целые сутки наслаждались друзья в царской бане. Когда пошли вторые сутки, любопытная царевна пришла посмотреть на изжарившихся сватов. Но как только она открыла дверь, Иван схватил ее и отправился в обратный путь. Друзья поспешили за ним. Только холод Сиве задержался. Он превратил баню в ледяной погреб.

Видя, что дочь не возвращается, царь сам пошел в баню. Но ничего там не нашел. Догадавшись, что Иван-батыр похитил его дочь, царь послал вдогонку целый полк солдат.

Стали солдаты настигать Ивана, обжора Хыпкан-Сьыткан выплюнул горы хлеба и мяса, а ковш Алдыр залил все целым морем воды. Солдаты оказались в болоте. Тогда Сиве дунул, и солдаты вмерзли в болото.

Освободившись от преследователей, друзья спокойно двинулись дальше.

Скоро они дошли до места, где к Ивану присоединился Хыпкан-Сьыткан. Здесь обжора распрощался с друзьями и остался стоять на своем месте. После него отстал холод Сиве, а затем и ковш Алдыр. И остались Иван с царевной вдвоем. Идут они и ведут мирную беседу. Речь царевны радует сердце Ивана, а речь Ивана радует сердце царевны. Так и полюбили они друг друга.

Но тут показалось жилище старичка с локоток Чиге-сухала, и Иван с грустью сказал:

— А ведь мне придется оставить тебя у старичка с саженной бородой. Не знаю: выдержит ли мое сердце такое горе?

— Ты, Иван, особенно не горюй! Когда будешь отдавать меня старичку, то держи вперед ногами, а не головой. И пусть старичок хватает меня за ноги. Тогда я превращусь в иголку, воткнусь в твою одежду и поеду вместе с тобой!

Сказано — сделано. Вручил Иван старичку царевну ногами вперед, получил свою семиногую лошадь и поехал домой.

На пути встретилась красивая лужайка с сочной травой. Решил Иван передохнуть. Остановил лошадь и спрыгнул на землю.

— Мне кажется, Иван, что ты ехал на мне не один! — говорит ему лошадь и начинает отряхиваться.

Вдруг от седла со звоном отлетела иголка, ударилась о землю и превратилась в прекрасную царевну. И Иван и царевна очень обрадовались, снова оказавшись вместе. Сели на своего семиногого коня и поехали дальше.