На Грани. Книга 2 (СИ) - Лински Литта - Страница 94

— О, я бы с радостью взглянула на ваши стихи, — с преувеличенным энтузиазмом отозвалась Тэсс.

— Тогда первыми будут те, которые я посвящу вам, моя эларская Саэнна!

Ужас какой, возмутилась про себя девушка. Они знакомы всего ничего, а Табрэ уже позволяет себе обращаться к ней в столь вольном тоне. Но ничего не поделаешь, придется терпеть. В конце концов, она вытерпела полчаса на одном коне с немытым, грубым Карисом Парном. На этом фоне любезности вельможи, пусть и чересчур фамильярные, вообще не должны ее беспокоить.

— Думаю, для того, чтобы составить представление о вашем творчестве, эн Табрэ, мне вполне достаточно будет стихов, посвященных другим прекрасным дамам, — лучше таким деликатным способом дать ему понять, что воздыхания дамского угодника немногого стоят в ее глазах.

— Зовите меня Искелем, прошу вас! — воскликнул он. — Какие другие дамы? Я уже позабыл о них и готов сжечь все стихи, посвященные им. С сегодняшнего утра для меня существует лишь одна прекрасная дама и это…

— Твоя жена! — раздался сбоку резкий голос.

Молодые люди разом обернулись. Из боковой аллеи навстречу им выезжал пожилой человек, державшийся с таким достоинством, что девушка была готова спорить, что перед ними какой-то важный сановник. Ее спутник при виде всадника изменился в лице. Какой-то миг он выглядел растерянным и почти испуганным, но почти тут же взял себя в руки и довольно нахально улыбнулся.

— Ох, отец, — развязно обратился Табрэ к почтенному вельможе, в чертах которого и правда прослеживалось определенное сходство с Искелем. — Умеешь же ты бесшумно появиться.

— Я отнюдь не скрывал своего присутствия, — ворчливо возразил старший Табрэ. — Напротив, ты давно мог бы меня заметить, если бы не был так занят своей спутницей, имени которой я не имею чести знать. Прошу прощения, энья, — он учтиво поклонился девушке, хотя в тоне явственно слышалась неприязнь.

— Позволь представить тебе энью Линсар, отец, — обратился Искель к родителю. — Энья Лотэсса, перед вами, как вы верно уже догадались, сам Фрэлом Табрэ — верховный канцлер королевства!

Тэсс, естественно, и понятия не имела, кто занимает пост канцлера в Дайрии, хотя, скорее всего, учителя не раз упоминали об этом.

— Для меня честь познакомиться с вами, эн Табрэ, — она всем видом изобразила почтительность и восхищение.

Что-то подсказывало девушке, что отец окажется куда более подозрительным, чем сын, и куда менее падким на женскую красоту. Так и вышло.

— Линсар? — переспросил эн Фрэлом. — Из тех самых Линсаров? — он выделил голосом «тех самых». — Энья пожаловала к нам из Вельтаны? Или просто выдает себя за дочку герцога Линсара? — насмешливо продолжил он. — Поскольку герцог — мой ровесник, за его жену эта юная дама никак не сойдет.

— Оро Линсар — мой отец!

— Вы, должно быть, гордитесь этим, моя дорогая, — канцлер, видно, решил с ней не церемониться. — Но, во-первых, столица Дайрии — не совсем то место, где сие обстоятельство может послужить вам на пользу, а во-вторых, я совершенно не уверен, что вы действительно принадлежите к семье Линсаров. В любом случае, стоит немедленно заняться проверкой вашей личности. Я бы сделал это сам, но государственные дела не позволяют отрываться на подобные пустяки. Зато я точно знаю, кому стоит это поручить.

— Элвиру Торну? — за деланной невинностью голоса скрывалось ехидство.

Фрэлом Табрэ пристально взглянул на девушку и пробормотал что-то про себя. Тэсса поняла, что зря бравировала знанием приближенных его величества. Теперь ее точно сочтут эларской шпионкой.

— Именно ему, — канцлер кивнул, не сводя с девушки пронизывающего взгляда.

— Но, отец, — вмешался наконец Искель, про которого Тэсс почти позабыла. — Я обещал энье Линсар покровительство от своего и твоего имени. Она моя гостья.

— Иди скажи об этом Ирвинне, — фыркнул в ответ родитель. — Твоя жена будет рада принять в своем доме очередную даму, которой ты оказываешь покровительство. Правда, если собрать их всех под одной крышей, боюсь, станет тесновато. Кроме того, как ты смел обещать что-то от моего имени? — гневно вопросил канцлер.

— Но энья Лотэсса прибыла к нам с дипломатической миссией, — промямлил младший Табрэ, впрочем, без особой уверенности.

— А вот в этом я почти не сомневаюсь, — кивнул отец. — В том, что очаровательной девушке поручена определенная миссия, которую в некотором роде можно даже счесть дипломатической… с эларской точки зрения, разумеется. Я попрошу даму следовать за мной, а ты, сын, ступай домой. Как я вижу, у тебя чрезвычайно короткая память для твоих лет. Если вспомнишь, я велел тебе не показываться в стенах Ортейна, пока я не улажу последствия твой очередной глупости, которую правильнее назвать безумием.

— Ах, отец, не стоит, — с укором произнес Искель. — Мне искренне жаль, энья Лотэсса, что так вышло. Вы должны знать, что я верю в вашу правдивость и искренность ваших намерений. И, что бы ни случилось, знайте: я всегда останусь преданнейшим вашим другом и…

— Хватит разглагольствовать, — бесцеремонно оборвал его канцлер. — Езжай к Ирвинне! Я молю богинь, чтоб твоей несчастной жене досталась хоть толика той почтительности, какой ты одариваешь каждую встречную красотку.

— Может, все дело в том, что моя жена отнюдь не красотка? — буркнул в ответ незадачливый поэт. — Или в том, что брак этот устроен тобою, отец, против моей воли?

Искель обращался к отцу, но Тэсса подумала, что отчасти последняя реплика про неудачную женитьбу рассчитана на нее. Однако личная жизнь неудавшегося покровителя совершенно не заботила девушку, особенно на фоне собственных проблем. А Фрэлом Табрэ, которого она теперь смутно припоминала по вельтанскому окружению Валтора, являл собой проблему серьезную донельзя. Хотя, если подумать, встреча с Торном сулит еще большие неприятности. Ох, попала же она в переплет!

— Что ж, энья… Впрочем, обращаться к вам таким образом уместно, только если вы действительно принадлежите к высшему сословию, в чем я не могу быть уверен. Надеюсь, вы проявите благоразумие, последовав за мной добровольно, и нам не придется прибегать к помощи гвардейцев?

Глава 17

Лан с трудом дождался отъезда гостя, чтобы наброситься на брата с расспросами. Он застал Рейлора в одной из гостиных. Тот сидел, обхватив голову руками, но уже через секунду вскочил и принялся метаться по комнате.

— Что случилось? — Лану надоело, что брат словно не замечает его. — Зачем принц приезжал к нам?

Младший Ильд был не таким уж частым гостем в замке Таскиллов. Куда чаще братья виделись с ним во дворце. А сегодня он неожиданно заявился и заперся с Рейлором в гостиной. Вообще-то, такое поведение было не очень свойственно Нейри. В свои нечастые посещения Таскиллона принц всегда уделял не меньше часа беседам с хозяйкой замка, да и к Лану всегда относился как к равному, несмотря на разницу в возрасте. Понятное дело, что с Рейлором у них куда больше общего, хотя настоящими друзьями Нейри Ильд и молодой герцог Таскилл никогда не были. А после помолвки младшего брата короля с Лотэссой Линсар их отношения и вовсе стали натянутыми. Внешне Нейри и Рейлор сохраняли доброжелательность и держались друг с другом с подчеркнутой вежливостью. Но всем было ясно, что один испытывает обиду, а другой — вину. Лан припомнил, что со времени неожиданной помолвки между младшим Ильдом и Лотэссой Линсар принц ни разу не бывал в доме Таскиллов. И вот теперь он внезапно заявляется, а уехав, оставляет Рейлора в невообразимом состоянии то ли печали, то ли бешенства.

— Рейлор, что происходит? — снова спросил Лан.

Тот обернулся, и выражение лица старшего брата напугало юношу.

— Лотэсса исчезла! — наконец выдавил из себя Рейлор.

— Что?!

— А его высочество явился разузнать, не у нас ли она скрывается, — старший Таскилл мрачно усмехнулся.

— Скрывается? — удивился Лан. — Но зачем Тэссе от кого-то скрываться, тем более от собственного жениха?