Кровь Ив (ЛП) - Годвин Пэм - Страница 24

Безжизненная тишина воцарилась вокруг нас. Пруд как будто поглощал ее, его грязные и мрачные глубины словно оказались оседланы нашей безвыходной ситуацией. Мы стояли на берегу, дыша в унисон и молча в раздумьях.

Я могла бы оспорить надежность видений. Я могла утверждать, что он все придумал. Черт, я хотела отрицать каждое фальшивое предупреждение, что сорвалось с его губ. То есть, ну серьезно. Божественный ребенок? От меня? Она будет подобна богу по силам? Мои страхи относительно защиты ребенка не применимы к этой гипотетической дочери? Она должна быть чертовски могущественной, если она могла спасти будущее от эволюционирующей тли.

Звучало это нелепым, притянутым за уши и совершенно рациональным.

Но было ли это так на самом деле?

Через несколько часов в ветеринарной клинике уже не будет мутировавшего существа, а на его месте окажется женщина с человеческой ДНК. ДНК, которую разблокировала моя кровь. А я сейчас стояла на этом месте потому, что избежала множества смертей. Чудом. Потому что Джесси видел их задолго до того, как это случилось.

Я могла расстаться лишь с одной жизнью. Как это будет? Утес или ребенок, спасающий мир? Джесси физически мог перехватить мое падение с утеса — несомненно, таким и был его план. Как и во все предыдущие разы. Однако, если я забеременею, он не сумеет это исправить.

Но он мог это предотвратить.

Может, я могла отмести это в сторону логикой и здравомыслием. Но я доверяла своему нутру. Это духовное ощущение в глубине моей души привело меня к моим стражам. Тот же инстинкт говорил мне довериться видениям Джесси.

Все, что я должна была сделать, — дать жизнь спасительнице и умереть в процессе. Черт, возможно даже приколотить ее к кресту и воскресить через три дня. Как по-библейски.

Я прикоснулась к руке Джесси, сжавшейся в кулак на его бедре.

— Я не хочу производить на свет ребенка в этом мир. Видят небеса, я не Дева Мария.

Он издал фыркающий смешок.

— Нет, ты определенно не она.

— И я не хочу умирать. Но здесь на кону стоит нечто поважнее меня и моих желаний.

Он стремительно развернулся ко мне.

— Что? — его брови резко нахмурились. — Что, бл*дь, ты несешь?

— Мне страшно, Джесси, — одно это признание скручивало узлами мой живот. — Но такое решение мы не можем принять за один разговор. Нам нужно поговорить с Рорком и Мичио.

— Нет.

— Из обмана группы ничего хорошего не выходило. Мы погрязли во всем этом вместе.

— Не стоило мне тебе говорить, — он покачал головой, его подбородок окаменел. — Я думал, что после твоей стычки с Мичио ты отнесешься к этому разумно, — он пошел вдоль берега, сердито проводя рукой по волосам. — Бл*дь.

Лунный свет отражался от его лука и колчана, крепко державшихся на ремне поверх скульптурных очертаний его спины. Я чувствовала, как он с каждым напряженным, решительным шагом он восстанавливает свою эмоциональную отстраненность.

Мое дыхание выскальзывало из моих легких, задерживаясь на губах, пока я пыталась подобрать правильные слова. Он злился, страдал, и мне отчаянно хотелось его утешить.

— Чего ты от меня хочешь? — прошептала я, когда нас разделяло примерно девять метров.

— Я хочу, чтобы ты осталась рядом со мной, — его шаги замедлились, спина окоченела от напряжения. — В этом-то и проблема. Чем ты ближе, тем слабее я становлюсь.

Его слова окутали меня мощным объятием. Джесси являлся воплощением силы и свирепости. Не только в его телосложении, но и в ауре, которая его окружала. Казалось, будто мир двигался по его указанию, в синхронной слаженности с движением его мускулов.

Он засунул руки в карманы и посмотрел в сторону, показывая мне свой профиль.

— Просто… не принимай решений, опираясь на то, что я тебе сказал.

— Тогда я продолжу хотеть тебя, — как будто у меня был выбор. — Я буду продолжать толкать, пинать и докучать, пока я не сломаю твои чертовы стены.

Кожа вокруг его рта напряглась, но клянусь, что там присутствовала тень улыбки.

— А что мне делать, когда я столкнусь с утесом? Почему ты сказал мне об этом?

— Потому что это, пи*дец, как двояко, — он повернул голову, чтобы посмотреть на меня, и его скулы отбросили темные тени под его суровым взглядом. — Утес — это не так определенно, как, не знаю, темница на Мальте. Утесы всюду, — он махнул рукой, показывая на ландшафт и поворачиваясь ко мне лицом. Он повысил голос на несколько тонов. — Ты можешь умереть на любом из этих горных кряжей, ущелий или земляных валов, которые мы минуем. Я сказал тебе об этом для того, чтобы я мог обучить тебя, как выжить при бл*дском падении.

Я слегка растаяла. Мне хотелось обнять его, поцеловать, отблагодарить лучшим из известных мне способов. Но он никогда этого не позволит, так что я кивнула в знак понимания, хоть и не была уверена, что вообще понимаю.

— Когда это должно случиться? Утес? Беременность? Есть какой-то порядок вещей?

— Предсказания происходили в том порядке, в каком она их называла. Утес следующий, — он подошел ко мне. — Это может случиться в любое время.

Утешил, называется.

Его взгляд остановился на ремне моего карабина, губы решительно сжались. Добравшись до меня, он сдернул ремень с моего плеча. Видимо, он решил перейти к купанию.

Сжав пальцами ремень, он подождал, пока я сниму оружие.

Я посмотрела на неподвижную воду, на сумрачные очертания окружающих деревьев и слабое свечение лунного света, пробивавшегося через облака. Клянусь Богом, в воздухе присутствовало что-то, какое-то приставучее ощущение затишья. Оно собиралось, концентрировалось где-то там. В пруду? Вдоль берега? Над деревьями? Это перемещалось?

Я не могла указать на это пальцем, что держало мои нервы в подвешенном состоянии. Я силилась почувствовать знакомые вибрации тли, ждала хруста ветки или всплеска воды.

Ничего.

Джесси наблюдал за мной, и его пронизывающие глаза были такими проницательными, черт подери.

— Поблизости есть другие пруды, но этот самый чистый.

Мою кожу покалывало от жара его тела, когда он забрал карабин из моей хватки и расстегнул кобуру на бедре.

Я не хотела отдавать свое оружие, но сопротивление ему лишь отложит неизбежное. Да и что со мной не так? Я нуждалась в ванне еще после ухода из гор. Все мы в этом нуждались.

Обреченно выдохнув, я принялась снимать наручные ножны, сосредоточив внимание на водоеме. Без оружия, на краю, в этом бездонном месте?

Передумав, я крепче затянула ремешки на руках.

— Ножи оставлю.

— Хорошо. Я буду… — он жестом показал на леса. — На страже.

— Ты можешь наблюдать за периметром отсюда, — я ненавидела умоляющую нотку в моем голосе.

Он взглянул на леса и покачал головой.

— Нелегко, — затем он скрылся с моим оружием, убежал, как он всегда делал, когда я собиралась расстаться с одеждой.

К слову об уязвимости. Но оставлять оружие на берегу, где кто-то мог воспользоваться им против меня, тоже исключено. Кроме того, Джесси здесь… Ну, теперь я не могла его видеть, но он поблизости, как всегда защищает и бдит, мучает себя. И меня.

Быстро раздевшись, я прикурила еще одну сигарету и вброд вошла в пруд. Мои ноги скользили по илистой гальке, и вода плескалась вокруг меня, теплая и успокаивающая.

На середине пути чернильная поверхность пруда дошла мне до бедер. Достаточно глубоко. Я медленно затянулась сигаретой и задержала дым в легких, не в состоянии избавиться от подкрадывающегося ужаса. Моя первая стычка с тлей вызывала у меня тревогу перед купанием. Вода быстро убивала их, но я никогда не забуду клешню, утягивающую меня под воду. Его тело, взбурлившее опухолями, похожими на грибы. Его открытые глаза, смотревшие на меня, пока оно тонуло.

Я провела ладонью по ногам и заднице, смывая грязь и все это время осторожно осматривая окрестности. Чернота тянулась от берега до деревьев. Ни следа высокого силуэта Джесси. Если он и наблюдал, я не могла его почувствовать.

— Джесси? — мой голос эхом отразился в темноте, намного громче, чем я намеревалась. С таким же успехом я могла заорать «Я здесь. Приходи и убей меня!»