Кровь Ив (ЛП) - Годвин Пэм - Страница 74

Рорк наблюдал недолго. Обхватив мою талию так, что моя задница нависала над лицом Джесси, мой великолепный священник лизал и сосал мою киску, водя распластанным языком по складочкам, кусая мой клитор и погружая меня в туннель слепой нужды. Я обезумела от этого, застонала и пыталась тереться об его щетину.

Я была в двух секундах от того, чтобы сказать ему нассать на свою чертову клятву и оттрахать меня как мужик, когда Джесси сделал это за меня.

— Если ты не вые*ешь ее…

Рорк уже оказался там, накрыв грудью мою спину, опаляя горячими вздохами мой затылок, а его член…

Я закричала, когда он толкнулся в меня, погрузив свою стальную длину до упора. Он охнул, прижался губами к моему позвоночнику, а ладонями накрыл мои груди.

«ОБожеМойОБожеМой. Рорк трахает меня». Это ощущалось как выход из собственного тела, который будет сокрушать и жечь неприятием, чувством вины и молитвами. Милостивый ад, хватит ли вообще молитв, чтобы вернуть его после такого?

Но я хотела этого. Все равно хотела. Он ощущался просто невероятно, растягивал и наполнял меня, как ничто другое. Я сжалась вокруг него, и он задрожал, набирая скорость.

Джесси схватил мою голову и запихнул свой член обратно мне в рот. Я стояла на ладонях и коленях возле него, лицом к его ногам, и с такой позиции он мог смотреть, как Рорк входит в меня и выходит, и твою ж мать, как же Рорк двигался.

Он вколачивал свои бедра как поршень, яйца шлепали по моему клитору, а его вес на моей спине становился все тяжелее и тяжелее. Я не была уверена, сумею ли удерживать его и дальше.

Мои ноги задрожали, язык скользил и лизал, челюсти раскрывались с изумительной болью, пока Джесси работал бедрами, трахая меня в рот.

Они брали меня с обеих сторон, их толчки синхронизировались, и это ощущалось так, будто вереница нервных окончаний пробегала по моему телу, вибрировала между ними, соединяла их и связывала всех нас вместе.

Ладони Рорка двигались по всему моему телу, ласкали каждый изгиб и впадинку, накрывали груди, талию, бедра. Его пальцы опустились между моих ног, нашли клитор закружили. Вот так… Вот так…

Я закричала на члене Джесси и выпустила его, позволяя им услышать накрывший меня оргазм. Их бедра задергались, они оба ахнули и задрожали, сорвавшись вместе со мной.

Горячий поток спермы Джесси ударил мне в горло, когда Рорк повалился мне на спину, прерывисто втягивая воздух.

Я хотела оставаться затерянной в своей фантазии, танцуя и трахаясь в царстве возможностей, но вес Рорка склонял меня обратно к земле. Буквально.

Я рухнула под ним, приземлившись щекой на бедро Джесси, и большое тело Рорка накрыло мою спину.

Джесси протянул руку и завел прядку волос мне за ухо.

— Я кончил так сильно, что ты, наверное, беременна.

Я устало улыбнулась.

— Это даже не смешно.

Когда его дыхание вернулось к норме, он, похоже, собрался с мыслями, выражение его лица протрезвело.

— Я не стану извиняться за то, что было ранее, но я задолжал тебе объяснение.

Я удержала его взгляд, мое лицо оставалось открытым, ждущим.

Он провел пальцами по моей руке, лежавшей поперек его пресса.

— Я позволил себе поверить, на один радужный бл*дский момент, что могу получить тебя. Всю тебя. Но стоило мне ощутить вкус этого убеждения, я не хотел отказываться от него. Не мог.

— Просто обещай мне, что по дороге к Мичио мы найдем другой ультразвуковой аппарат.

— Обещаю, — произнес он одними губами, и мое сердце гулко стукнуло.

Рорк прижался поцелуем к моему позвоночнику, задержавшись там на несколько долгих секунд. Это самая страшная часть. Как он справится с нарушенной клятвой? Сколько урона я нанесла?

Я перекатилась к нему, но он уже отстранился, встал на ноги, его лицо закрылось, и на него упала тень внутренней борьбы.

— Рорк, — я встала и схватила его за руку. — Пожалуйста, не делай этого.

Его большой палец приласкал мои костяшки, взгляд оставался опущенным в пол, ища что-то. Он прищурился, увидев свои боксеры, и выпустил мою руку, чтобы натянуть их дрожащими пальцами.

Бл*дь.

Он перешагнул через Джесси, который наблюдал за ним с непроницаемым выражением, и достал четки из своего свертка в ванной.

Дважды бл*дь.

Я знала, что дальше он вытащит рясу. С тяжестью в груди и обреченным вздохом, я присоединилась к нему, копаясь в свертках, чтобы помочь ему найти это. Погодите-ка, где она?

— Рорк, разве у тебя не осталось запасной рясы?

— Выбросил последнюю в горах, — он уставился на свои вещи, и потерянный взгляд в его глазах разбивал мне сердце.

Я прижала кулак к губам. Глупая, эгоистичная женщина. Я стояла там, голая, его сперма стекала по моим бедрам, и я не могла заставить себя пожалеть хоть о секунде, проведенной с ним. Должно быть, он ненавидел меня.

Золотистые дреды и косички свисали на его опустошенные глаза, щетинистая челюсть напряглась от эмоций. Может, он хотел что-то мне сказать? Может, он хотел, чтобы я убралась нах*й?

Я протянула руку и развязала кожаный шнурок на его волосах. Он закрыл глаза, когда я убрала все скрученные пряди с его лица и заново завязала их в узел на затылке. Затем я отступила и позволила ему сделать то, что ему нужно было сделать.

Он опустился на колени перед дверью, в боксерах, и склонил голову. Четки свисали с его рук.

Я обхватила руками свою талию, томительно желая обнять его и чувствуя себя во всех отношениях злодейкой, соблазнительницей, ползучей гадиной, которая только что насрала в его ухоженном садике.

— Иви.

Я повернулась на голос Джесси.

Он вытащил спальные мешки из ванны, расстелил на полу и улегся на спину.

— Идем, — он протянул руки, голый и ждущий, когда я заберусь в его объятия. — Мы не спали два дня.

— Почти три дня.

Небо за окном было ярким, еще один день прошел уже наполовину. Может, мы сумеем проспать до наступления ночи.

Я завалилась рядом с Джесси, уютно прижавшись к его боку, положив щеку на твердую поверхность его груди, и наблюдала за Рорком. Я смотрела на завязанный узел на затылке его головы, маленькие светлые завитки на шее, напряженные плечи и сильную, прямую линию позвоночника, пока мои веки не отяжелели настолько, что невозможно было держать их открытыми.

Как раз когда я начала уплывать в бессознательное состояние, шепот Джесси завибрировал в его груди.

— Секс необязательно должен быть постыдным, Рорк. Он необязательно должен быть грешным, сдержанным или боязливым. Он может быть таким же честным и чистым, как любовь.

Я держала глаза закрытыми, и в моих ушах звенела тишина в ожидании ответа Рорка.

Когда он заговорил, его глубокий акцент дрожью прокатился по мне.

— Я дал обещание Богу.

— Так дай новое обещание, придурок, — рука Джесси на мне напряглась. — Он послал тебе нечто редкое и прекрасное, ту, что сама по себе богиня. Единственная клятва, которая имеет значение — это обещание любить ее.

Мой пульс бешено ускорился. Мне хотелось забраться на грудь Джесси и зацеловать его до бесчувствия, но я лежала неподвижно, притворяясь спящей.

— Я… — Рорк понизил голос до шепота. — Я и люблю ее, заносчивый ты мудак.

— Дерьмо собачье, — прошипел Джесси, и его сердце грохотало у моего уха. — Ты падаешь на колени и обращаешься к Богу всякий раз, когда прикасаешься к ней. Как думаешь, как она себя чувствует при этом, бл*дь?

Пол застонал, когда Рорк поднялся на ноги и шагнул к нам. Он встал надо мной. Я слышала ровный ритм его дыхания, чувствовала, как его взгляд пробегается по линиям моей спины и изгибам рук и ног там, где они обнимали Джесси.

Постель зашуршала, когда он опустился позади меня и подвинулся ближе. Его грудь скользнула по моей спине, ладонь тихонько легла на талию и проследила по моей руке вдоль живота Джесси. Он остановился на моих пальцах, распластав и расправив каждый мой сустав своим сжатым кулаком.

В его руке что-то было, и когда он разжал кулак, нить четок каскадом опустилась в мою ждущую ладонь. У меня перехватило дыхание, когда он сжал мои пальцы вокруг четок.