Кровь Ив (ЛП) - Годвин Пэм - Страница 87

Когда Джесси уже уютно устроился внутри, каждый дюйм, который добавлял Рорк, ощущался как тяжелая, проникающая мощь, жгучее удовольствие. Но это ощущалось правильным. Мне не грозила опасность. Я могла это остановить в любой момент, если бы захотела.

Он вошел по самое основание, и мои нервные окончания завопили от пронизывающего удовольствия, все мое тело завибрировало ощущением принадлежности.

Джесси обхватил мою шею сзади и дернул мой рот к своему, грубо потянув за мои губы зубами. Жар распространился по моему телу, с ревом устремившись к наивысшей точке. Мне нужно больше. Мне нужно, чтобы они двигались.

Им потребовалось несколько неловких толчков, чтобы найти нужное русло, но как только они подстроились друг под друга, их члены стали двигаться как один, в едином дьявольском ритме.

Их руки и рты были всюду, их тела скользили подо мной и надо мной, мышцы сокращались, дыхание удушало. Запах пота и секса пропитывал мои внутренности, а раскатистые звуки их стонов возбуждали меня до безумия.

Грудь Рорка накрывала мою спину, его бедра двигались, зубы кусали мои плечи. Я не знала, как Джесси выдерживал вес нас обоих, но он не жаловался. Его руки потянули за мои волосы у корней, язык с рвением ворвался в мой рот.

— Такая охерительно тесная, любовь моя, — пропыхтел Рорк у моего уха.

Чувствовали ли они друг друга через мою внутреннюю стеночку? Этот образ заставил мои бедра задвигаться быстрее, мои ладони ласкали каждый дюйм твердых, сокращавшихся мышц в пределах досягаемости.

Джесси уронил голову на матрас, его рот приоткрылся, облегчая тяжелое дыхание.

Между ними промелькнул взгляд, в результате чего Рорк широко улыбнулся, а глаза Джесси посуровели. Их бедра замедлились, остановились, и то, как они смотрели друг на друга, возбудило меня сильнее всего остального, что они сделали этой ночью.

— Поцелуй его, Рорк, — я прерывисто вздохнула и сместилась вбок, опустив щеку на плечо Джесси. — Тебе этого хочется.

Рорк схватил Джесси за волосы и наклонился. Джесси не двинулся ему навстречу, но и не сопротивлялся, его глаза замерли в неморгающем пристальном взгляде.

Мой пульс сделался поистине диким, моя киска сжалась на члене Джесси. Он застонал, и Рорк воспользовался этим, смяв губы Джесси своими губами.

Джесси не целовал его в ответ, его рот расслабился и слегка приоткрылся, но мгновение спустя его руки взметнулись к моей талии, пальцы впились в мою кожу, и они начали двигаться.

Их челюсти раскрывались и ласкали друг друга, языки танцевали вместе, зубы кусали. Затем их толчки ускорились. Джесси покрутил бедрами, соблазнительно потираясь об меня, пока Рорк вколачивался в мою задницу.

Я закричала, дрожа от опьяняющего наслаждения. Вид того, как их голодные рты сливаются воедино, и движение их закаленных тел, работающих вокруг, заставили меня взорваться испепеляющим взрывом разноцветных огоньков и сдавленных криков. Когда я провалилась в экстаз, они повернули головы, и их рты накрыли мою шею, лицо и губы.

Мы были языками, руками и кожей, двигались бедрами как единое существо. Я снова кончила, и когда они достигли предела вместе со мной, я обвила руками шею Джесси. Рорк крепко вцепился в мои бедра, их члены вдалбливались и пульсировали до тех пор, пока мне не показалось, что я могу потерять сознание.

Я сбилась со счета, сколько оргазмов я получила той ночью. Мы принимали душ, пили воду и трахались, пока мой мир в свободном падении не потемнел. Может, они тоже отключились. Все, что я знала, — это то, что я крепко и мирно спала между двух мужчин, которых я любила, и видела сны о нахождении третьего.

Глава 39

Разруха в Кентукки, Индиане и Иллинойсе была такой же, как и во всех остальных местах, в которых я побывала с тех пор, как вирус избороздил своими когтями Землю. Растительность карабкалась по бокам зданий, человеческие скелеты усеивали обочины дорог, а спутанные сетки густых кустарников образовывали навесы вокруг домов и аллей. Обветшание давало бесчисленные места для укрытий тли, мужчин и черт знает каких еще хищных существ.

Но миновать экосистемы разлагающихся тел и цветущего плюща с Линком за рулем — это совершенно другой опыт. Он не прятался от отчаянных глаз выживших. Нет, он останавливал фургон, выпрыгивал наружу без арбалета или другого видимого оружия и приближался к ним.

Совсем как сейчас, когда он шагал по потрескавшейся улице какого-то города в южном Иллинойсе, направляясь прямиком к офисному зданию. Он остановился у зияющей дыры, где раньше была дверь, и прокричал что-то неразборчивое. Он сказал, что там люди, но я не видела движения.

Морозный ноябрьский воздух задержался в фургоне еще надолго после того, как Линк захлопнул дверцу с водительской стороны. Я опустилась на колени между передними сиденьями, положив ладонь на бедро Джесси, который пересел за руль. Он обхватил мои пальцы своими, не отводя взгляда от Линка за ветровым стеклом.

— Он сумасшедший, — пробормотала я.

Волчья голова Дарвина протолкнулась под мою руку. Я отодвинула его назад, уговаривая почесыванием за ухом, чтобы держать его вне поля зрения.

— Да он и меня с ума сводит, — Рорк перебрался через меня и опустился на пассажирское сиденье, сложив полы своего темно-красного плаща на ножнах.

По дороге мы крали вещи из нескольких заброшенных магазинов, ища теплую одежду и больше еды. Собирательством занимался в основном Хантер, но мы сами выбирали себе гардероб. Меня слегка веселило, что мы с Джесси оделись похоже, оба вырядились в черные кожаные штаны, мотоциклетные куртки и ботинки.

Грузовые отделения наших шести транспортных средств вмещали наши припасы, Ши и Дарвина, меня и моих стражей, Линка и пятерых мужчин, с которыми мы уехали из Шарлотсвилля, и восемнадцать других мужчин, которых Линк завербовал по дороге.

Двадцать девять людей составляли нашу экспедицию, и нам нужно было еще больше.

Нам была нужна армия.

За две недели путешествия каравана из фургонов и грузовиков, дизельные двигатели на удивление хорошо работали на пластиковых контейнерах Пола с кухонным маслом. Мой дом в Миссури находился в тысяче миль от Шарлотсвилля — путь, который до эпидемии я могла преодолеть за два дня. Но теперь трассы покорежились крошкой асфальта и ржавого металла, а поиск ресторанов с фритюрницами требовал бесконечных усилий — остановиться, провести разведку на предмет безопасности, забрать и пуститься в путь.

А еще, конечно, задержки, связанные с вербовкой.

Вот почему Линк оставил нас припаркованными на обочине, пока сам направился к скоплению высоких зданий, чьи разбитые витрины были затянуты зелеными одеялами из лиан пуэрарии (прим. Пуэрария представляет собой лазающее лианообразное растение, похожее на вьюн или плющ с густой кроной, которая полностью увивает любые предметы). Он использовал различные тактики, чтобы оценить моральные принципы человека, заявляя, что личины воспитанного человека в цивилизованном мире уже не существовало, и хоть индикаторы верности своим принципам в этом мире сложно обнаружить, их можно увидеть, если знать, что искать.

С этим сложно спорить. Два года назад я бы остановилась, чтобы помочь мужчине, истекавшему кровью на обочине дороги. Сейчас? Я бы ударила по бл*дской педали газа и не оглядывалась. Это делало меня плохим человеком? Нет, чувак, это называется выживание.

Поскольку я могла смотреть только через лобовое стекло, я вытянулась за Джесси, чтобы мельком посмотреть в боковое зеркало. Там не виднелось никакого движения или признаков жизни среди заброшенных машин и заросших тротуаров.

Бусинки пота выступили на моих висках.

— Где остальная часть нашего каравана?

Джесси не сводил взгляда с лобового стекла.

— Они свернули, когда мы въехали в город, чтобы некоторые смогли тихо последовать за нами пешком.

Я поверила ему на слово. С переднего пассажирского сиденья ему открывался вид лучше, тогда как я не видела ничего, пока ехала в задней части без окон, с Рорком и Дарвином.