Разящий ангел Малентора (СИ) - Гольц Татьяна - Страница 31

Конец тайнам

Шея затекла, но изменить положение я не могла. Пришлось открыть глаза, проверить, что мне мешает.

Вокруг всё было, по больничному, белым. Белый кафель на полу и стенах до потолка. Белые шкафы, белые ширмы, белые кровати, белые шторы на окнах и женщины в длинных белых фартуках были белыми от усталости.

Я повозилась, скрипя койкой и привлекая к себе внимание.

Одна из женщин повернула голову и кивнула, давая понять, что меня увидели.

Она подошла через пару минут.

— Меня зовут магистр Вабьян. Я целительница. Как себя чувствуешь?

У неё было приятное доброе лицо, с веснушками и зелёными глазами. От такого взгляда на душе становилось хорошо. Вот бы она подольше смотрела на меня.

— Нормально, — хрипло ответила я, — все затекло.

— Ничего, — заботливо оправляя покрывало, продолжила она, — скоро пройдёт.

Целительница прикоснулась к моей руке, и я ощутила знакомое покалывание. Оно пробежало от запястья к груди, больно защипав в месте чуть выше сердца. Я всхлипнула. Женщина кивнула своим мыслям и накапала мне в стаканчик снадобье.

— Пей, тебе нужно восстановить магический резерв. Я передам профессору Монтерею, что ты очнулась. Он хотел поговорить с тобой.

Я кивнула и прикрыла глаза, короткий разговор отобрал все силы.

— Она точно пришла в себя?

— Да, господин ректор, она лишь спит. Вам придется зайти попозже.

— Нет-нет, я уже не сплю, — поспешила вмешаться в разбудивший меня разговор. — Здравствуйте, профессор Монтерей.

— Добрый вечер, Тёрнет. Вы заставили нас понервничать, и я рад, что вы идёте на поправку. Помните, что произошло?

— Был бал, — я нахмурила брови, обращаясь к памяти, но ту словно заволокло пеленой тумана. — Я вышла подышать между танцами. И там ещё был Даниир, мы разговаривали. Потом…мы ощутили всплеск телепортационной магии. После него появились артарры. Даниир остался, а я побежала к шатру, но рядом раздался взрыв. Дальше не помню…Он в порядке? — взволновано спросила я.

— Ничего серьезного, — слегка улыбнулся ректор. — Я не знаю, что случилось с вами после взрывов. Кроме только того, что вас нашли с растерзанной рукой, без сознания и опустевшим резервом. А ещё вы использовали заклинание «гнев земли».

— Что?! Не может быть! Я бы не выжила.

— Я удивлён не меньше. Но отчасти вам повезло остаться в живых и относительно не пострадать по понятным причинам — к тому моменту артарров было не так много и на вас был надет стабилизатор, который сдержал откат от мощного заклинания.

— Тот цветок на поясе?

— Нет, крыло Лиралии, брошь нашли на вашем платье, так как вокруг ткань обуглилась.

Моё крылышко?! Я надела его, запрятав между складками на лифе. С первого дня покупки я не расставалась с этой незатейливой брошкой и приколола не задумываясь.

— Вам удалось узнать, чьих это рук дело? — Сейчас я была готова рассказать все, что слышала ночью и в подвале, и сдала бы Старса с потрохами не задумываясь.

— И да, и нет. Оказалось, что артарры проникали через портал, которые открывали ученики. Их приманивали самодельными артефактами, оснащёнными усилительными камнями, которые пропитаны концентрированной магией и привлекают артарров. Взрывы же дело рук студентки-артефактора, вашей соседки, между прочим. Она же и приманки изготавливала.

— Нет! — я подскочила. — Это не может быть она.

Мужчина покачал головой.

— Она сама созналась. Как и студент Старс, открывавший порталы. И ещё одиннадцать студентов нашей академии оказались причастны. В других академиях тоже удалось определить виноватых. Но кто ими руководил, они не знали сами и никаких сведений не сообщили.

— Но зачем они это делали?!

— Им пообещали заплатить ликсом. У некоторых были финансовые, как у Танкиши Оуффор, проблемы. Либо проблемы со здоровьем близких родственников — младшая сестра Старса неизлечимо больна.

— Что теперь с ними сделают?

— Передадут под суд.

— Почему вы мне все это рассказываете? — подозрительно посмотрела на мужчину.

— Вы спасли мою дочь, и я решил, что вы обязаны знать правду. Девушку, на спину которой напали артарры. Она сказала, что вы ей помогли, — добавил он, когда я посмотрела с непониманием. — И потому что вы спасли всех нас. Рискуя собой.

Я кивнула, не считая нужным меня благодарить. Что бы не случилось там, я бы, уверена, поступила также.

— Что же отдыхайте. Магистр проследит за восстановлением вашего резерва и как только все будет стабильно, вы сможете вернуться к учёбе.

Оставшись наедине с собой, я раз за разом прокручивала диалог с ректором. Танка! Как она могла так рисковать?! И ведь я никогда не замечала финансовых проблем. Напротив, девушка не экономила, да и мне денег одолжила в первый день.

— Магистр Вабьян, — позвала проходившую женщину. — Вам известно, виновные студенты ещё в академии?

Та кивнула.

— А где их держат, не знаете?

— В катакомбах главного корпуса, кажется.

— Спасибо.

Целительница отошла к другому пострадавшему. Я встала, натягивая лежащее платье-форму, заботливо принесенную кем-то, поверх больничной сорочки. Решительно шагая, вышла из палаты.

— Куда вы!? — услышала окрик за спиной, но ноги несли меня уже вниз. Студенты странно смотрели на босую меня, ещё не понятно как выглядящую со стороны после нескольких дней без сознания. Вход в катакомбы был в левом крыле главного корпуса. По краям двери стоял эльф и его друг из службы зачистки.

— Куда? — остановили они меня.

— Мне нужно поговорить с Танкишей Оуффор.

— С заключёнными запрещено разговаривать, — неумолимо ответил парень. Я посмотрела на эльфа, молча наблюдавшего за нашим разговором.

— Пожалуйста, — взмолилась я, глядя ему в глаза. — Она была моей соседкой и подругой…

Эльф поджал губы.

— Проходи, — пропустил внутрь. — Не долго!

Я спустилась по темному каменному коридору. В стене была дверь с решёткой. Сквозь крошечное окно у самого потолка пробивался скупой луч света. Он позволил разглядеть находившихся внутри.

Ребята, такие же студенты, как и я, кто-то старше, кто-то моего возраста. Они молча смотрели на стены своей камеры, сидя на каменном полу. Их глаза выражали отчаяние.

— Танка, — позвала я. Девушка, сидящая ко мне спиной, вздрогнула. Она медленно повернула голову, убеждаясь, что ей не послышалось. А увидев меня, подошла. Оглядела.

— Мне жаль, что ты пострадала, — сухо начала разговор.

— Танка… Почему ты не поделилась со мной проблемами? Я думала, мы подруги… Вместе мы обязательно что-нибудь придумали бы.

— С меня взяли клятву, я хотела, но и слова вымолвить не могла.

Я прижалась лбом к холодным прутьям, только сейчас заметив туго сидящие чёрные браслеты на запястьях.

— Это блокаторы магии, — проследила она за моим взглядом.

Странное чувство. То, что делали эти студенты погубило множество жизней, я тоже могла умереть. Но Танку мне было очень жаль. Она все ещё была дорога мне, целый год мы жили бок о бок с этой эксцентричной, грубой, чудаковатой девушкой.

— Тот цветок, который ты мне дала на бал…

— Оставь себе. Он работает, но количество зарядов ограничено. Два или три, не больше.

— Что с вами будет?

— Лишат магии, отправят на шахты или плантации, а может казнят.

Танка говорила так спокойно, даже равнодушно, это пугало.

— Иди, не могу смотреть на жалость в твоих глазах. Постарайся помнить обо мне хорошее.

Я кивнула, сдерживая слезы.

— Время вышло, — раздалось сверху.

Я медленно поднималась обратно в лазарет. Как же жутко осознавать, что отчаяние подруги завело её на скользкую дорожку. И теперь, по возвращению в комнату, меня не будет встречать бешено орущая музыка и поглощённая процессом студента артефакторики.

— Ты никого не слушаешь, да, Кроха?

Даниир стоял у дверей, ведущих в лазарет. Живой и целый. Я подбежала к нему и уткнулась в грудь. Сдерживаемые слезы водопадами хлынули из глаз. Перед глазами замелькали картины горящего шатра, рычащей твари, рвущей мне руку, безжизненное тело Елейны, страх и отчаяние снова затопили меня.