Разящий ангел Малентора (СИ) - Гольц Татьяна - Страница 9

— Второй этаж, комната двести вторая. Душ на нулевом этаже. Четные дни мужские, нечётные — женские. Белье, — мне на вытянутые руки положили стопку постельного белья. — Правила, — сверху белья легла маленькая книжка. — По всем вопросам, проблемам — приходить только в часы обращений. Они на двери. Ясно, Тёрнет?

— Да, спасибо.

— Ступай тогда, — сварливо пробурчал комендант.

Тёмная сырая лестница недалеко от кабинета коменданта привела на второй этаж. Освещением служили только магические светлячки, пульсирующие вдоль длинного потолка коридора. Номера комнат на дверях слабо поблескивали в этом свете. Ни звуков, ни голосов — словно необитаемый замок. Только я и бесчисленное множество дверей. Моя комната оказалась в противоположном от лестницы конце. Пока я до нее дошла увидела посередине общие уборные и кухню. В круглой ручке двери была такая же выемка, как и на столе коменданта, к ней я и приложила пропуск. Что-то внутри щёлкнуло и дверь открылась. На меня потоком воздуха обрушились музыкальные басы, будто на рок концерт попала. Испуганно заглянула в комнату. За дверью оказалась малюсенькая комнатушка, где ютились стол, стул, шкаф, полка и двухъярусная кровать. Первый ярус был занят девушкой, которая сидела ко мне спиной, что-то чертя в альбоме и кивая в такт дикой музыке, звучащей из ниоткуда.

У меня были все шансы напугать её своим появлением. Я прошла мимо, к заросшему зеленью окну, чтобы оказаться перед ней. Однако, моя соседка, настолько была поглощена процессом рисования, что даже высунула краешек языка, и не удостоила меня вниманием.

Я положила свою ношу на стол. Потопталась, и, передумав отвлекать столь увлечённую особу, подошла к шкафу, чтобы разложить вещи. Мне повезло, соседка заботливо оставила половину полок и место для вешалок свободным. Правда, заполнить мне их почти не удалось, так как вещей особо не было. Удивительно, но спустя минут пятнадцать я перестала замечать громкую музыку девушки и даже поймала себя на том, что приплясываю в такт. Рок-музыка с красивыми женскими соло мне нравилась всегда, а то, что звучало, было очень похожим. Из всех дел мне осталось только прочесть правила и застелить постель. Но я не могла больше ждать, и направилась в библиотеку за учебниками и ответами на свои вопросы. Безликое здание библиотеки встретило темными окнами и тяжелой массивной дверью, открыть которую стоит немалых усилий. Внутри было пусто и тихо. За невысоким столом в окружении стеллажей с литературой сидела женщина, глядя на неё сразу понимаешь, что перед тобой библиотекарь — на голове пучок, на плечах шаль, на глазах большие очки, а в руках книга.

— Кхм, здравствуйте, — поздоровалась тихо. — Я за учебниками.

Женщина ещё пол минуты бегала глазами по странице, после, заложив закладку, захлопнула и, отложив, посмотрела на меня.

— Пропуск. — сухо произнесла. Я показала ей запястье с браслетом. Она задрала бровь с видом «зачем ты мне его показываешь?», и ткнула в пластину в центре столешницы. — Прикладывай, — добавила, как для особо одарённых.

Я приложила пропуск. Несколько секунд он пульсировал, а потом притих.

Книги появились натурально из воздуха. Нестройной стопочкой они улеглись на пластину, к которой я минутой ранее прижималась пропуском.

— Забирай. — Библиотекарь потеряла ко мне свой и так ничтожный интерес, потянувшись к своему чтиву.

— А можно мне ещё кое-какие книги не из списка учебников?

— Нет. Читальный зал откроется только через неделю.

С языка чуть не сорвалось ругательство. Хотя я обычно не ругаюсь. Как будто надо мной насмехаются, не подпуская к заветным знаниям!

С кипой талмудов зашагала обратно к общежитию, попутно заглянув в небольшой местный ларёк. Обзавелась предметами личной гигиены, полотенцами и прочей важной и нужной мелочью. Кошелёк заметно похудел.

Навьюченная, как ослик, пакетами и учебниками заползла в общежитие. Попытка прислонить браслет к ручке двери напомнила акробатический трюк на канате. Но все же, дверь поддалась, и я ввалилась внутрь, столкнувшись со своей соседкой. Книги рухнули на неё, пакеты взлетели в воздух, а мы растянулась на полу.

Представив себя со стороны и, видимо, от напряжения последних дней, я просто загоготала. Мне нужна медаль за самое оригинальное знакомство года.

— Прости, — вытирая проступившие от смеха слезы, сказала я, подавая руку девушке. Она ухватилась и резко вскочила, отчего её каштановые волосы копной взлетели и упали на плечи. С минуту та изучала меня своими светло-карими глазами, так внимательно, как если бы портрет мой писать собиралась.

— Я Мэри, твоя новая соседка. — протянула руку для знакомства.

— Танка, — пожала она руку и тут же перевернула вверх кистью, посмотрев на рубец ожога. — О-о-о-у, — протянула она. — Ну надо же.

Я лишь злорадно улыбнулась, скоро я все узнаю и уж тогда смогу дать достойный отпор на такую реакцию. Но кажется моя зловещая улыбочка на ангельском личике оказалась отличным ответом на такое поведение соседки. Та улыбнулась и отошла, помогая собирать учебники.

— Когда ты успела вещи свои разложить? Я же не выходила из комнаты.

— Я знаю. Ты просто была очень занята рисуя что-то в блокноте, не стала отвлекать.

Учебники переместились на длинную полку над столом, поделённую надвое перемычкой. Тем временем я уже распаковала покупки и полезла на второй ярус кровати.

— Да, у меня такое бывает, когда идея приходит, ничего не вижу, ничего не слышу.

Танка села за стул, развернув его к кроватям.

— Значит первый круг боевиков?

— Да, а ты?

— Я на третьем круге, артефактор. Она помаячила мне со стула своим пропуском с диском желтого цвета.

— О, здорово.

— Почему ты выбрала боевое? Ты не выглядишь воинственно.

— Согласна, — не раздумывая ответила я, путаясь в дебрях пододеяльника, никогда не любила застилать кровати. — Но у меня загорелся только красный сектор и выбирать не пришлось.

— О-о-о-у, — уже знакомо протянула она. — Бывает.

— А что за устройство, из которого ты слушала музыку?

— А что? — грубо спросила Танка, и даже глаза грозно сверкнули.

— Просто, я не поняла откуда звучит.

— И не поймёшь, — задрала она нос, — и предупреждаю сразу, музыку я буду слушать ту, которая нравится и так громко, как хочу.

Сейчас девушка напоминала разъярённую львицу, отстаивающую свою территорию.

— Я совсем не против, мне это не мешает, — пожала плечами и легла на кровать, выбившись из сил от борьбы с постельным бельём.

Несколько минут в комнате стояло молчание. Потом заскрипела лесенка кровати и на втором ярусе появилась голова Танки.

— Правда?

— Да. Я спросила из любопытства, а не с претензиями.

— Тогда покажу, если хочешь. Но, — пригрозила она худеньким пальцем, — если попробуешь испортить, сделаю то же, что и Ивонне.

Не знаю, что ей сделала эта Ивонна, но отчего-то я уже не завидовала той девушке и настигшей ту кары.

— Показывай, — перегнулась я через край кровати.

Девушка отковыряла дощечку в основании кровати и достала шкатулку, широкую и невысокую, размером как книга.

— Это модернизированный мною проигрыватель — заявила гордо Танка.

Она щёлкнула по рычажку сбоку и у шкатулки отщёлкнулась крышка. Внутри, в специальном углублении, как перепелиные яйца в упаковке, лежали стеклянные шарики. Девушка уставилась на меня, ожидая реакции.

— Ого! — воскликнула. — Я, честно говоря, мало что в этом понимаю, но выглядит впечатляюще.

Вот так, и не соврала и всей правды не сказала. Соседка довольно хмыкнула.

— То есть ты не против, если я включу?

— А не поздно? Другим не помешаем шумом?

— Так глушащие заклинания на всех комнатах. Ты не в курсе? — удивилась она моей неосведомлённости.

— Нет, — виновато улыбнулась я. — Раз так, включай. А я книжку почитаю.

Снова загрохотала музыка, а я раскрыла учебник по истории и географии. Конечно, в них не было прямых ответов на мои вопросы и базовых знаний, пришлось читать все от корки до корки. К моему неудовольствию, ученики писал какой-то любитель красивых слов и велеречивых оборотов. В результате из параграфа удавалось только пару предложений о фактах выудить.