Самая подходящая леди (ЛП) - дж.куин, к. брокуэй, э. джемс - Страница 25

Нейл пригладил свои густые черные кудри:

— Ясно. И что же ты хочешь?

— Где ты пропадал? Мы не видели тебя целую неделю, а ты, только что побывав у нас дома, ушел и даже не повидался с Томом, хотя он был у себя. Все это выглядит довольно странно. Могу лишь предположить, что тебя выгнали, — бросила она в шутку и потому не заметила, как Нейл слегка вздрогнул от ее слов. — Неужели ты наконец сотворил нечто такое, что даже папа с его, казалось бы, безграничной способностью к всепрощению не смог найти тебе оправдания?

— А тебе разве не объясняли, что невежливо совать нос в чужие дела? — парировал он.

— Пытались, — доложила Кейт. — Но как я узнаю то, что хочу знать, если никто по своей воле мне ничего не рассказывает? Неужели ты предпочтешь, чтобы я выведывала все исподтишка? Конечно же, нет! Это было бы слишком гадко. Пусть я лучше прослыву невежей, но никак не пронырой.

Нейл покачал головой, недовольное выражение сменилось печальной улыбкой, а потом и смехом:

— Устами младенца…

— Я уже не младенец, Нейл, — заявила Кейт и поежилась, поскольку на ее обращенное к нему лицо упали первые капли ледяного дождя. — Мне уже шестнадцать.

Он снова улыбнулся.

— Ах да, кажется, припоминаю: несколько недель тому назад ты стояла у меня над душой, требуя подарка, — сказал он, снимая пальто и накидывая ей на плечи. Она утонула в складках огромного одеяния, подол которого, распластавшись на влажной земле, укрыл и носки ее туфель. Шерсть пальто впитала в себя запах и тепло Нейла, что вмиг окутали Кейт. Но мечтала она о более интимном соприкосновении с его запахом и теплом — в его объятиях, а не в одежде.

— Многие девушки в моем возрасте уже выходят в свет и даже обручены.

Ухватившись за отвороты пальто у ее шеи, Нейл деловито застегивал пуговицы, но после этих слов руки его замерли, а лицо превратилось в непроницаемую маску.

— Да.

— Осмелюсь предположить, что и на мою долю хватит поклонников.

— Нисколько в этом не сомневаюсь.

Все шло не так, как представлялось Кейт. Потому она оставила попытки легкими поддразниваниями заставить его хоть как-то выказать ревность и перешла к своей обычной тактике — решила идти напролом.

— И несомненно, меня будут целовать, — заметила она.

— Черт бы их побрал, конечно будут! — слова вырвались из него с такой неожиданной силой, что Кейт от удивления моргнула. Он же покраснел от гнева. — Куда ты клонишь, Кейт? Зачем пристаешь ко мне со своими бесстыжими планами?

У нее расширились глаза:

— Бесстыжими?.. Нейл Оукс, полагаю, тебе не понравится, если к уже имеющемуся списку твоих грехов добавится еще и лицемерие. Если бы поцелуй превращал девушку в бесстыжую женщину, тогда во всем графстве не нашлось бы ни единой девицы старше семнадцати, которая смогла бы претендовать на порядочность. За исключением Чернушки Ламли, да и то, она осталась нецелованной вовсе не из-за недостатка усилий с ее стороны.

— Уверен, ты все преувеличиваешь.

— Ничуть, — честно ответила Кейт. Она с серьезным выражением лица подалась вперед и, положив маленькие ладошки Нейлу на грудь, почувствовала, как часто бьется его сердце. — И полагаю, ты, как никто другой, должен это понимать, ведь именно ты, по всей вероятности, несешь ответственность за большую часть этих «бесстыжих» губ.

— Тебе не следует говорить такие вещи, Кейт. Тебе и знать-то о таких вещах не следует, — заметил он резко, но при этом покраснел еще сильнее.

— Это почему же? — спросила она, искренне смутившись.

— Да потому… что ничего хорошего в этом нет, вот почему, — ответил он.

Она рассмеялась столь странному перевоплощению Нейла Оукса, первейшего повесы округа.

— Вот только Мэри Грант утверждала обратное. И Беатрис Ламли.

— Господи, спаси и помилуй! — выдохнул Нейл.

Кейт подняла бровь:

— И от чего же Всемогущий должен тебя спасти?

— Да от тебя же.

— От меня? — Изумление в ее широко раскрытых глазах быстро сменилось острым интересом. — Почему от меня?

Он долго смотрел сверху вниз на обращенное к нему лицо Кейт, а потом, с несчастным видом, протянул руку, чтобы убрать прядь волос из уголка ее губ.

— Ты просто чума на мою голову, Кейт Пейтон.

— Ну разумеется. Ты же столько лет об этом твердишь. И что? Ты как-то странно себя ведешь, Нейл, — тут наконец она поняла, что он и в самом деле ведет себя очень странно. Встревоженный и сердитый, он смотрел на нее гневно, осуждающе… и в то же время печально. Она придвинулась поближе, вглядываясь в хмурое лицо, желая разгадать, что же его беспокоит. — Что случилось, Нейл? Неужели ты… Неужели и вправду на этот раз совершил что-то ужасное? — заволновалась Кейт.

— Да. Нет! — вырвалось у него. — Проклятье! Что ты от меня хочешь, Кейт?

Она закатила глаза:

— Поцелуй, что же еще?

Нейл уставился на нее, а она рассеянно отмечала застрявшие в его черных кудрях, точно хрусталики, капли ледяного дождя и чернеющие от влаги плечи пиджака, и решительную линию рта, и длинные, густые ресницы.

— Я думала, это и так понятно, — заметила она тихо.

— Нет, — прошептал он, словно осужденный и уже потерявший надежду человек.

Его слабость удивительным образом подействовала на Кейт: она почувствовала себя упоительно женственной, соблазнительной и могущественной. И, воодушевленная новыми ощущениями, настолько расхрабрилась, что впервые в жизни принялась флиртовать с Нейлом Оуксом.

— Нет, тебе не совсем понятно? Или нет, ты не будешь меня целовать? — спросила она с напускной застенчивостью.

В ответ он лишь странно, полузадушенно простонал, что Кейт сочла за крайне ободряющий знак.

— Что ж, полагаю, тебе придется это сделать, — заявила она, улыбаясь Нейлу сквозь пелену дождя.

— Ты ведешь себя глупо, — прорычал он и, дернув за лацканы пальто, нечаянно притянул Кейт ближе к себе.

Она не ощущала страха, нет. Скорее, была зачарована. Она любила Нейла со всей силой, на какую способы шестнадцатилетние, и доверяла ему. И желала его, пусть и несколько туманно, но тем не менее страстно.

— Вовсе нет, просто я донельзя практичная. Зная наперед, что мне никуда не деться от поцелуев, я немного поразмыслила и решила, что мой первый опыт должен быть приятным, самым приятным, а поскольку ты — признанный мастер в этой области, кого, как не тебя, мне следовало выбрать для первого поцелуя.

Приподняв бровь, Кейт улыбнулась Нейлу в полной уверенности, что вот сейчас он наклонит голову и поцелует ее. Но он не поцеловал. Он сердито на нее уставился, а поскольку так и не отступил — руки его продолжали сжимать несчастную ткань у ее горла, — Кейт встала на цыпочки, потянулась изо всех сил вверх и… и…

Поцеловала Нейла.

Губы у него оказались холодными и мокрыми от дождя и совсем-совсем безучастными. Выходит, он действительно не хотел ее целовать. Кейт уже была готова потерять самообладание, опуститься на пятки и в смятении убежать, но только ее губы начали свое отступление, как Нейл наклонил голову и с силой прильнул к ним. Чуть приоткрывшись, губы его замерли — горячее дыхание опалило Кейт рот, а скользнувший вдоль ее губ язык вызвал волну дрожи. Когда поцелуй стал более страстным и требовательным, трепет охватил все ее тело. Губы Нейла жадно ласкали, но в остальном он казался будто скованный параличом: никак иначе к ней не прикасался и, хотя по-прежнему держал за лацканы пальто, не придвинулся ближе ни на йоту.

Обезволев, Кейт привалилась к Нейлу, опираясь руками о его грудь, чтобы не упасть, отчего сердце его зачастило, а сам он натянулся как струна. Но едва Кейт обвила руками его шею и плотнее к нему прижалась, как Нейл вышел из ступора. С полустоном-полурычанием он приподнял Кейт за плечи и отставил подальше от себя.

— Я не собираюсь рисковать тем, что мне дороже всего, ради минутного удовольствия, — произнес он еле слышно.

— Ты о чем? — спросила Кейт, недоуменно на него уставившись. Голова у нее шла кругом, а каждая клеточка тела болезненно ныла от неудовлетворенного желания.