Самая подходящая леди (ЛП) - дж.куин, к. брокуэй, э. джемс - Страница 7

— Конечно.

— В западном салоне уже собралась небольшая группка молодых леди, — доложила Кэролайн. — Обмениваются всякого рода слухами.

Октавия усмехнулась.

— Тогда я сразу отправлюсь туда.

— Я же спасаюсь бегством. — Алек не мог себе представить, что существует нечто еще более кошмарное, чем собранные в одной комнате молодые леди, охваченные лихорадкой всевозможных сплетен. К счастью для него, лицезреть это зрелище он был вовсе не обязан. Так что Алек вышел на улицу и, миновав подъездную аллею, двинулся к конюшням. Снова видеть Хью — это прекрасно. Они подружились еще в Итоне, затем вместе учились в университете, но по окончании учебы встречались лишь время от времени. Алек обычно жил в городе, Хью же чаще всего находился там, где и его лошади. То есть, вовсе не в городе.

Что-то тихо про себя напевая, Алек подошел к впечатляющих размеров конюшням. В нос ударил запах сена и навоза, и он улыбнулся, когда к ним добавился парфюм «потная лошадь». Сам Алек получал удовольствие от верховых прогулок, как и любой мужчина, и, конечно же, охотно посещал скачки и всякого рода охоту, но никогда не мог до конца понять одержимости Хью коневодством. Однако Алеку страсть друга нравилась. Хью не был бы Хью, если б не пас свой табун, как ревнивый жеребец.

— Хью! — позвал Алек, открывая дверь. Откуда-то из дальнего стойла раздалось ржание, сопровождаемое ругательствами, которые в свою очередь вызвали новое ржание, являющееся, как предположил Алек, ничем иным, как лошадиным ругательством.

— Хью? — снова позвал Алек.

Из стойла высунулась голова.

— Дарлингтон! — воскликнул Хью. — Рад тебя видеть!

— Взаимно. — Алек и не подумал поправить друга, назвавшего его старым именем. Ему даже польстило, что Хью по-прежнему обращался к нему как к Дарлингтону. Это так прекрасно и привычно, словно они все еще мальчишки, имеющие обязательства только перед наставниками и друзьями. Алек подошел ближе и вгляделся в лошадь. — Это тот самый жеребец, о котором судачит половина Лондона?

— Умная половина, — уточнил Хью.

— Робеспьер?

— Ришелье.

— Ну да, конечно, — пробормотал Алек.

Хью вернулся к работе, он… хм, честно говоря, Алек не совсем понимал суть его действий, но, похоже, жеребцу они были не по нраву. Алек отошел назад. Он видел несчастных, которых лягнула лошадь. И совершенно не стремился испытать подобное на своей шкуре.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Хью, даже не взглянув на друга.

— Ты меня пригласил.

— Э-э?

— Твоя сестра. Читай — ты сам.

На что Хью поднял голову и с искренним удивлением посмотрел на друга.

— Да наступят ли такие времена, когда, говоря о наших сестрах, перестанут иметь в виду и нас самих?

— Это вряд ли, — с сожалением заметил Алек.

Хью прижал пальцы к вискам, чего Алек, учитывая состояние перчаток друга, делать никогда бы не стал. Однако бедняга и в самом деле выглядел так, словно боролся со свирепейшей головной болью.

— Еще одну, — пробормотал Хью, — одну бы пристроить, и я свободен.

Алек тут же вспомнил об Октавии, ушедшей сплетничать с себе подобными.

— Давай-ка гульнем на пару, только ты и я.

— А тебе никогда не приходило в голову обзавестись невестой? — поинтересовался Хью.

Алек от неожиданности сморгнул. Беседа приняла неожиданный оборот, ужасно странный. Мужчины брак не обсуждают. Не то что женщины.

— Э-э… нет, а что?

— Но в конечном счете тебе же придется, ведь так?

— Ну… да. — Но не сейчас. Что, черт возьми, с ним такое?

Хью вздохнул. Или, скорее, простонал.

— А я вот подумываю одну такую себе подобрать.

— Жену? — спросил Алек, считая, что необходимо это уточнить. «Одну такую подобрать» прозвучало как-то не слишком определенно.

Хью кивнул и тут же отскочил назад, поскольку жеребец как-то слишком уж агрессивно фыркнул.

— Пришло время.

Неужели Хью потребовалось искать девицу с хорошим состоянием? Алек не слышал ни о каких финансовых затруднениях в семье Брайерли, хотя это и не означало, что таковых не существовало. Хью ведь вел очень замкнутый образ жизни, в городе почти не бывал; его состояние могло запросто испариться, а никто и не заметил бы.

— Ты не хочешь мне ничего рассказать? — С Хью творится что-то не то. Слишком уж он серьезный. Не сказать, что когда-либо он был несерьезен, но сейчас все выглядело как-то по-другому. Он словно весь подобрался и явно чем-то озабочен.

А ведь раньше Хью никогда не волновался ни о чем, что впрямую не касалось лошадей.

— Все прекрасно, — пробурчал Хью. — Просто у меня есть обязанности. — Он взглянул на друга. — Так же, как и у тебя.

Вроде Хью и не осуждал его, но что-то такое в его словах прозвучало. Алек промолчал, чтобы не ответить излишне резко, о чем потом придется пожалеть.

— Не смотри на меня так, — криво усмехнулся Хью. — К кому отойдет твой титул, если ты не обзаведешься наследником? Ведь брата-то у тебя нет.

— К кузену, — ответил Алек, несколько раздраженный тем, что Хью надоедает ему столь очевидными вещами.

— И ты этого хочешь? Мой, например, перейдет к Саймону Карстерсу.

Алек моргнул. С Карстерсом он был знаком. Но с превеликим удовольствием обошелся бы и без этого знакомства.

— Вы как-то связаны?

Хью мрачно кивнул.

— Троюродные кузены.

Алек обдумал услышанное.

— В вашей семье действительно трудности с сыновьями.

— Да уж, трудности.

— Что ж, ты должен жениться. И немедленно.

— Мои сестры зовут его Подкрадывающийся Саймон.

Алек хихикнул.

— Было бы забавно, не будь он твоим кузеном.

— Забавно именно потому, что все это правда. — Но в глазах Хью не промелькнуло ни капли веселья. — Я попросил составить мне список.

Алек тут же прекратил смеяться.

— Что?

— Список. Женщин. Попросил сестер составить список возможных невест. Разобраться с этим самостоятельно я вряд ли сумею.

— Но другие же как-то справляются.

Хью бросил на друга возмущенный взгляд.

— Я занят. — Он махнул в сторону жеребца, который, как должен был признать Алек, во время их беседы чудесным образом успокоился. Неважно, что сделал с злобной тварюгой Хью, но это явно сработало.

— Прекрасно. — И тут Алеку в голову пришла замечательная мысль. — Как тебе моя сестра?

— Октавия?! — Хью разинул рот от изумления. — Разве ей не двенадцать?

— Ей девятнадцать.

— Ну нет, на ней я жениться не могу. Я же так и буду представлять ее двенадцатилетней.

— На двенадцать она больше не выглядит, Хью.

Хью содрогнулся, чувствуя себя явно неловко.

— Все равно. Не могу.

— Вот черт. — Такая отличная партия — и мимо.

— Я подумываю о Гвендолин Пэссмор.

Алек взглянул на друга и испустил страдальческий стон.

— Черт, и еще раз черт.

— Что плохого в мисс Пэссмор? Мне сказали — она прекрасна.

— Так ты ее не видел?!

— И когда бы успел? — пожал плечами Хью.

Алек покачал головой. Он обожал Хью, но, честно говоря, ему становилось страшно за друга, поскольку тот порой был слишком далек от жизни обычных британцев.

— Она красива, — сказал он. — Безумно.

Хью встрепенулся, и уголки его губ поползли вверх, словно бы он хотел сказать: «Как раз то, что надо».

— Октавия ее ненавидит, — продолжил Алек.

— Вероятно, просто ревнует.

— Конечно, ревнует. Она и сама не отрицает. Но еще говорит, что та слишком надменна.

— Мисс Пэссмор?

Алек кивнул.

— Вот дьявол, — выдохнул Хью. — Терпеть не могу чванливых. Впрочем, ладно, полагаю, в любом случае я выпущу ее на дорожку. Должен же я составить о ней свое собственное мнение.

«Выпущу ее на дорожку». Алек не был так уж уверен, что Хью понимает разницу между победой над женщиной и приручением лошади.

— Так кто же еще в твоем списке? — поинтересовался он.

Хью моргнул.

— Знаешь, я как-то не помню.

Алек улыбнулся. В этом весь Хью.

— Что ж, тогда желаю успехов с мисс Пэссмор.