За Гранью (СИ) - Лински Литта - Страница 51

— Но почему это так важно? Неужели тайная торговля между нашими государствами так страшна?

— Страшна, — мрачно ответил Торн. — И дело не в контрабанде.

— А в чем?

Он мог бы не отвечать, сведения об эпидемии не были предназначены для широкого распространения и не касались эньи Линсар. Тем более, один искренний доброжелательный разговор — еще не повод ей доверять. И все-таки Элвир решил сказать правду, сам до конца не понимая, зачем.

— Во Фьерре свирепствует болезнь, и мы не хотим, чтоб она перекинулась в наши провинции. Река могла бы сдержать распространение заразы, но только в том случае, если люди не будут пересекать границы туда-сюда.

— Во Фьерре?! — на ее лице отразились удивление и ужас.

— Я понимаю, речь идет о вашей стране, — Элвир запоздало раскаялся в своей откровенности.

— Дело не в этом, — пробормотала энья Линсар. — Не только в этом. Просто во Фьерре — Альва.

— Кто?! — Элвир решил, что ослышался.

— Неважно, — похоже, девушка не горела желанием продолжать разговор.

— Важно, — Торн не собирался оставлять ее в покое. — Вы назвали имя. Извольте объяснить, что оно для вас значит.

Теперь Лотэсса Линсар смотрела на него во все глаза, будто впервые увидела.

— Знаете, мне гораздо интереснее, что это имя значит для вас… если мы, конечно, говорим об одном и том же человеке. Оно ведь что-то значит, верно? Иначе вы бы не стали допытываться.

— Верно, — не слишком охотно признал он. — Я имею в виду Альву Свелл. Вы ее знаете?

— Знаю, — ответила энья Линсар. — То есть, не знаю, но… — она запуталась, но не выглядела смущенной, глаза ее радостно сияли. — В общем, мне известно, кто она. Но откуда ее знаете вы?

— Эта девушка спасла мне жизнь после битвы при Латне, — признался он. — Я перед ней в долгу.

— Невероятно! — прошептала эларка, прижав руку к сердцу.

— Почему? — не понял он.

— Потому что вы снова встретились. Но сейчас это неважно, — сияющее выражение исчезло с ее лица. — Вы должны спасти ее! Вывезти из Фьерры, если там вспышка болезни. Вы не можете потерять ее вновь!

— Вновь? Что за загадки, энья Линсар? Будьте добры объяснитесь!

— И что это даст? — с горечью спросила она. — Вы лишь в который раз сочтете меня безумной.

— Что ж, — жестко ответил Торн. — Вам ведь не впервой выступать в этой роли. Впрочем, — он постарался смягчить свои слова — я обещаю, что пошлю во Фьерру за дэной Альвой вне зависимости оттого, поверю я вашим словам или нет. Эта девушка спасла мне жизнь, и я не оставлю ее в зараженной провинции.

— Вы должны поехать за ней сами! Я не скажу ни слова, пока вы не обещаете мне это.

— Вы не понимаете, чего требуете, энья Линсар, — Элвира охватила злость. Не хватало еще оправдываться перед этой девчонкой. — Думаете, мне легко сидеть в Тиарисе, зная в какой она опасности? Но я не могу оставить короля.

— Вы любите ее! — это был не вопрос, а утверждение.

Торн хотел было возразить, но осекся. Почему-то отрицать очевидное показалось ему предательством. Он просто промолчал.

Похоже, Лотэссе этого было достаточно. И она начала свою историю. Элвиру хотелось чуть ли не на каждом слове перебивать, возражать, упрекать девушку в безумии или, в лучшем случае, в излишне богатой фантазии. Он он сдерживал себя, что стоило немалых усилий.

Торн мог бы гордиться собой. Он выслушал ни вставив ни единого слова историю о том, что Маритэ повернула время назад, чтоб предотвратить пробуждение Изгоя. Историю, одним из главных героев которой был его король. Историю, в которой он знал и любил Альву. Именно последнее обстоятельство удерживало его от насмешек. Разве, впервые увидев Альву, он не испытал чувство, будто знал ее прежде? Тогда он легко нашел объяснение, но было ли оно верным?

Дослушав до конца, Элвир не мог заставить себя поверить девушке, как не мог и посмеяться над услышанным и забыть. Он был в смятении.

— И что же сталось с нами там… в другом времени? — он с трудом заставил себя произнести эти слова. — Мы были счастливы? Она стала моей женой?

Лотэсса молчала. Торну это показалось странным. После ее истории больше похожей на страшную сказку или выдумки жриц Маритэ, казалось, уже нет смысла что-то скрывать.

— Ну так что же? — нетерпеливо повторил он свой вопрос.

— Вы погибли, — еле слышно произнесла она, опуская глаза. — Оба.

Теперь пришла его очередь молчать. Пусть он и не верил до конца рассказу эларки, но ее последние слова привели его в ужас. Ледяной страх когтистой лапой сжал сердце. Страх за Альву.

— Как? — только и смог выговорить Торн.

— Мне обязательно об этом говорить?

— Да.

— В огне пожара, — она подняла глаза, и Элвиру почудились отблески пламени в этом взгляде. — Вы поедете за ней?

— Поеду, — ответил он.

Чем бы ни были слова этой странной девушки — выдумкой, следствием безумия или ужасной правдой, Элвир знал, что не успокоится, пока Альва не окажется рядом. И еще он знал, что не доверит ее спасение никому, кроме себя.

— Благодарю вас, энья Линсар, — он поднес ее руку к губам, от волнения сжав хрупкую девичью ладонь слишком сильно.

Вряд ли он сможет и дальше относиться к Лотэссе Линсар с холодной неприязнью. Неважно, верит ли он ее словам. Куда важнее, что она доверилась ему, рискуя получить в ответ осуждение и насмешки. Но самое главное — Лотэсса Линсар знает и любит Альву. Пусть даже все в ее рассказе — сплошная неправда, она первой назвала имя Альвы и чрезвычайно переживала о ее судьбе. Этого достаточно чтоб сменить неприязнь на искреннее расположение.

Глава 7

Айшел вздохнул и спрятал лицо в ладонях. Как же его утомили депеши с отчетами о провалах змееныша. Конечно, он не ждал от Оливена блистательных побед, но этот выродок не может захватить ни одной пограничной деревни, чтоб там укрепиться.

Смазливый король не дурак, он бросился укреплять все селения на границе между Дайрией и Имторией, которых по правде сказать, и так совсем не много. В каждом городке появился хорошо вооруженный гарнизон, спешно латались и укреплялись крепостные стены. Даже в деревнях осели небольшие отряды. Неудивительно, что Оливена преследуют неудачи.

И все-таки Айшел не мог не злиться на сына королевы. В конце концов, он отдал в распоряжение недоумка довольно много воинов, а главное, неглупых полководцев. Хоть маленький кусок земли можно было и отвоевать. Для начала.

На самом деле причина печали императора Имтории крылась глубже. Его угнетало, что мистическое создание, сподвигнувшее его начать войну и сулившее победы, больше не являлось. У Айшела накопилось огромное количество вопросов, ему требовались советы, он нуждался в понимании, как действовать дальше. Но коварное чудовище, похоже, бросило его.

И кто он теперь? Самопровозглашенный император, захвативший пару городков и тут же потерявший их. Посмешище для всей Доэйи. Мало ему принца-ублюдка так теперь еще и это. Исили день ото дня становилась все ехиднее, а временами требовала вернуть сына в столицу и официально объявить его наследником.

Нет, он не сдастся так легко. Теперь, когда на кону его честь и доброе имя, ему остается только идти дальше или сгинуть. Даже лишившись покровительства темных сил, он продолжит свое дело. И передаст Кайлиру или великую империю или разрушенную обескровленную страну. Мысль о разгромном исходе и тяготах будущего правления сына страшила Айшела, но не больше, чем собственный удел в случае, если он отступится.

Кто знает, быть может, темное создание отвернулось от него из-за неудачи. А если императору улыбнется успех, то вполне возможно, он вновь обретет покровительство. Порой Айшел боролся с искушением приписать все заслуги себе одному. Ведь, в конце концов, змеехвостому демону принадлежала только идея объявить себя императором и посягнуть на земли соседей. Но чудовище пообещало придать сил его солдатам. А донесения генералов, все как одно, говорили о том, что «солдаты дрались как заговоренные», «не ведали страха и жалости», «в них будто демоны вселились».