Девочка по имени Зачем (СИ) - Юнина Наталья - Страница 20

— Да подумаешь, ничего такого важного. Только сейчас ты себя ведешь не очень умно, возраст-это предлог. Что-то тебе не мешает наша двенадцатилетняя разница в возрасте иметь со мной связь.

— Это другое, Лена.

— Ладно, не буду тебя грузить, но на досуге подумай. Хочешь есть? Правда у меня только рис с рыбой.

— Давай, я ничего не ел, — Лена подает тарелки с едой, и мы начинаем ужинать. Обсуждаем с ней какую-то бытовую дребедень. Как только она подает кофе, за стеной раздается детский плач.

— Я ненадолго, — встает и уходит в детскую.

Ненадолго продолжается уже минут десять, а ребенок по-прежнему орет как резаный. Встаю со стула и прохожу в детскую.

— Лен, у вас все в порядке?

— Да, сейчас успокоится. У нас так бывает иногда по вечерам.

Подхожу к Лене, качающей кроватку, и любопытство берет верх, заглядываю в колыбель. Господи!

— Мать моя женщина, а чего он такой рыжий?! — от моего голоса ребенок перестает плакать, а Лена снова заливается смехом.

— Потому что папа у него рыжий.

— Минуточку, ты сказала у тебя ЭКО было, какой папа?

— Ну, донор спермы, так тебе больше нравится?

— Нет, не нравится. Тогда я ни хрена не понимаю, зачем ты рыжего выбрала?

— Я искала похожего донора на своего мужа, а он у меня рыжий был, от пяток до макушек. Теперь смотрю на Егора, и каждый раз вижу нашего с ним сына, — Лена перестает смеяться, на лице ее лишь грустная улыбка.

— Лена, ты понимаешь, что это ненормально?

— Понятие о нормальности несколько искажены. Давай не будем об этом. Тебе понравился мой рыжуля?

— Ну, я как бы рыжих не очень люблю, ну разве что только женщины ничего, а вот мальчики, знаешь как-то не в моем вкусе.

— Дурак ты, Сережа, — с улыбкой на лице произносит Лена.

— Ой, прости. Прекрасный ребенок, весь такой няшненький, миленький, красивый. Что еще надо сказать? Ах да, и орет он даже славно. Душка просто, не иначе.

— И все-таки, как повезло твоей жене. Таких мужчин еще поискать надо. Пойдем в спальню, надо ж воспользоваться таким даром, пока дают.

— Правильно, пользуйся, пока предлагаю.

Домой возвращаюсь поздно ночью, но все же в среду. В доме полная тишина и свет нигде не горит. Так даже лучше. Прохожу в спальню, включаю свет и иду принимать душ. День выдался настолько сумасшедшим, что никакой, даже самой прекрасной Лены мне и не хочется. Выхожу из душа, на кровати снова восседает кошка. Присаживаюсь и начинаю ее активно гладить. Стоит признать, что этот мешок шерсти меня успокаивает. Оставляю четвероногую подружку на кровати и спускаюсь вниз. Наливаю стакан воды, залпом выпиваю и вновь наполняю стакан. С этой жарой просто невыносимо. Выключаю свет и выхожу из кухни. На пороге сталкиваюсь с Ксюшей, еле удерживаю стакан с водой, правда вода все равно разлилась.

— Ты с закрытыми глазами что ли ходишь? Не видела включенного света?

— Напугал! Да, с закрытыми. Если буду смотреть на яркий свет, то не будет выделяться мелатонин, нарушу себе сон и раньше времени постарею. Оно мне надо?

— Боже мой, какие знания. Но знаешь, судя по всему, у тебя мелатонин в переизбытке, дрыхнешь ты знатно.

— Ой, снова зависть, жру и дрыхну знатно, но могу себе позволить. Можно пройти, я пить хочу?

— Да, пожалуйста, — отступаю в сторону, Ксюша же действительно не включая свет, на ощупь наливает стакан воды. Выпивает его, ставит стакан на стол и молча проходит мимо меня, шаркая тапками.

— Спокойной ночи, — кидает напоследок.

— Спокойной.

Возвращаюсь в спальню и вновь засыпаю с Фенькой, кажется, я первый раз назвал в мыслях ее дурацкое имя.

Просыпаюсь впервые за последнее время по будильнику. По комнате разносится настолько приятный аромат выпечки, что я моментально встаю. Быстро умываюсь и одеваюсь в костюм с удавкой. По воле случая, сегодня придется не только работать, но и участвовать в конференции. Спускаюсь вниз, подхожу к аквариуму и не верю своим глазам: два сома плавают пузом к верху. В последнее время меня начали раздражать рыбы, но уж точно не настолько, чтобы откормить их до кончины.

— Ксюша! Иди сюда, — пытаюсь взять себя в руки и не орать лишний раз. Неспешной походкой моя кудесница жена направляется прямиком ко мне.

— Ты кормила рыб, прелесть моя?

— Не помню. Если только немножко.

— Запоминай, это платидорас. Он может сожрать все, что упадет, причем в любом количестве.

— Да хоть пидорас, они тоже есть хотят!

— Как ты умудряешься это делать?!

— Что?

— Ничего! Просто больше их не корми, проживут на голодном пайке пару дней, целее будут.

— Я их убила, да?

— Пока еще нет.

— Слава Богу.

— И не вздумай их жалеть, поняла?

— Да.

— Пошли уже есть, я голодный.

Мы проходим на кухню, где уже вовсю накрыт стол с аппетитными вафлями.

— Ты меня так точно разбалуешь. Подожди, или тебе что-то нужно? Жениться- женились, фамилия скоро будет. Натворила что-нибудь?

— Ничего я не делала.

— Ладно, поверю. Сделай мне кофе, пожалуйста.

— А вот тут проблема. Я налила в штучку молоко, как было написано, нажимала только те кнопки, которые были указаны в записке, но почему-то кофе не делается, и ничего не журчит.

Встаю со стула, подхожу к кофемашине, нажимаю стандартные команды и ничего. Не журчит…

— Ну молодец, ты сломала “журчалку”.

— Ничего я не ломала, сделала только то, что было указано в списке.

— Ну конечно, оно само. Ладно, просто поставь чайник и сделай мне обычный кофе, пожалуйста.

— Хорошо.

— Больше ничего не сломалось? Или может какие-нибудь важные новости есть?

— Больше ничего, — Ксюша ставит чайник и засыпает кофе в чашки. — Правда тут женщина какая-то приходила, я так поняла она домработница. Ну в общем, я ее отпустила, нехорошо как-то, что незнакомая тетка шарится по дому. Точнее я ее уволила. Нет, дом, конечно, большой, но уж летом я точно справлюсь, зачем зря деньги тратить. Вот только трусы и носки каждый стирает свои сам, хорошо?

— Замечательно. Тем более свои трусы я доверяю только себе. А ты со стиральной машиной точно справишься?

— Справлюсь, а если нет, руками постираю.

— Ну, ты смотри руки нужно смолоду беречь.

— Кому руки, а кому честь.

— Как знать, может ты и права. Вафли очень вкусные, кстати. Стало быть, завтраки мне ждать, только если ты накосячишь?

— Я еще не начинала косячить.

— Ну, это, дорогая моя, твое виденье.

— Ага, — как всегда не позавтракав, Ксюша уходит наверх, оставив меня в гордом одиночестве.

Глава 13

Сергей

В кой-то веки домой возвращаюсь вовремя, на часах начало седьмого. В доме полная тишина, и абсолютное отсутствие запахов еды. Закончился видать у кого-то запал исполнять супружеские готовки. Ну да ладно, не в качестве кухарки я ее нанимал. Иду наверх, снимаю с себя ненавистный костюм и принимаю душ. Надеваю домашнюю одежду и спускаюсь на кухню. Судя по абсолютнейшей тишине, дома я, скорее всего, один. Как только включаю свет на кухне, в глаза бросается немытая посуда. Ровным счетом как уходил, так и осталось. А вот это уже странно. Поднимаюсь наверх, останавливаюсь около комнаты Ксюши. И вроде лишний раз ее трогать не хочется, но любопытство по-прежнему берет верх. Стучусь в дверь, но никто не реагирует. Ко мне подкрадывается кошка и начинает активно крутиться вокруг ног. Затем подходит к двери и проходится по ней лапами.

— Что, не пускают? Ну заходи, раз хозяйка тебя за борт кинула, — открываю дверь, в комнате достаточно темно. Шторы задернуты и судя по накрывшемуся комку, на кровати спит Ксюша. Да уж, человек задрыхайка.

— А ты не рановато ли легла, деточка? — ну да, тут же только дрель нужна, чтобы ее разбудить. — Подъем, Ксюша!

Девчонка никак не реагирует. Скидываю с нее одеяло, ноль внимания. Хотя реакция у девчонки, судя по ознобу и свернувшемуся телу, на все тридцать девять градусов.