Благими намерениями (ЛП) - Дэвис Бренда - Страница 11

— Эта женщина вышвырнет нас на улицу! — возмутился мой брат, указывая пальцем на мать.

— По уставу семей добровольцев и по договоренности с вашей мамой о вас позаботятся.

Кровь застыла в моих жилах. Мне стало тяжело дышать, когда я осознала, что никакого выхода нет, а у меня просто нет выбора. Я бросила взгляд на заднюю дверь. Даже если бы мне сейчас удалось вырваться и сбежать, то мне некуда было бы идти и негде спрятаться. Мы жили на острове. Мне хотелось рыдать от безысходности. Тем более я не знала, что мне делать с моими братьями. Я не могла оставить их с матерью, но если бы я даже взяла их с собой и нам бы удалось сбежать всем вместе, то жить все время скрываясь, не стало бы для них лучшим вариантом.

Я повернулась к толпе в дверях и наткнулась на самодовольную улыбку моей матери. Полковник повернулся в дверях и позвал рукой охранников. Я ахнула, когда в дверь вошел Асанте. Его соболиные глаза были печальны, когда они встретились с моими.

— Я не знал, что так произойдет, когда они приказали нам опросить всех жителей мыса. Мне безумно жаль, Ривер.

— Все в порядке, Асанте. Я все понимаю. Я готова идти.

— Нет! — истошно крикнул Гейдж.

Его дрожащий голос вызвал у меня слезы, которые обжигали мне сердце. Взяв Бейли одной рукой, я схватила брата за руку, когда он сделал решительный бросок вперед. Он пытался освободиться от моей хватки, когда смотрел на людей в дверях. Если я сейчас отпущу его, то он бросится на них, и я не хотела думать о том, что может произойти.

Нельзя было допустить, чтобы его арестовали, потому что тогда у Бейли не останется никого, кто о нем позаботиться, и мне не хотелось, чтобы Гейджу причиняли боль. Бейли поднял свою голову с моей шеи и сонно посмотрел на людей вокруг нас, а потом засунул свою руку к себе в рот.

— Здесь нет никакого выхода, — прошептала я Гейджу, — у меня правда нет другого выбора.

Я снова повернулась к людям и сурово посмотрела на свою мать.

— Я согласна идти с вами, если вы пообещаете, что она будет получать только столько еды, чтобы смогла выжить. Я хочу, чтобы о моих братьях позаботился кто-то другой, и чтобы они получали все положенные компенсации, а не эта женщина.

— Это тебе не сделка! — закричала на меня мать.

Бейли вздрогнул, его тело задрожало, когда он прижался ко мне сильнее.

— Ривер, что происходит? — произнес он.

— Все в порядке, — успокаивала я его, поглаживая по спине.

— Мисс, у вас действительно нет выбора, — рыкнул полковник.

— Я в курсе, — сказала я, бросив на него решительный взгляд. — Но я либо спокойно пойду с вами, либо сейчас начну вырываться и брыкаться. Я буду кричать так, что это точно привлечет внимание толпы. Уже и так ходит масса слухов о стене, о возросшем количестве смертей и о том, что на самом деле там творится. Вы хотите, чтобы все жители мыса видели, как вы насильно вытаскиваете из дома члена общины, который многих здесь снабжает едой, заботиться о своих братьях и уже преодолел возраст, в котором можно стать добровольцем? Вы же должны понимать, что это только усилит волнения среди масс.

Полковник и женщина снова обменялись взглядами.

— После этого вы точно не сможете найти добровольцев в следующем году. Может быть, мы и отдаленное от стены сообщество, но слухи доходят и досюда, — настойчиво продолжала я.

— Мы позаботимся о твоих братьях, — сказал полковник.

— Уходите от нее, — сказала я, обнимая Гейджа.

Он дрожал в моих объятиях, глядя на меня своими карими глазами, которые были полны слез. «Не плачь, не плачь, не плачь». Я повторяла это про себя неистово. Я понимала, что если сейчас потеряю самообладание, то превращусь в рыдающее беспомощное существо, которое они все равно вынесут из дома, и это никак не поспособствует тому, чтобы избавить братьев от когтей нашей матери.

— Мы оградим их от нее, — пообещал полковник.

— Я возьму их к себе. Они могут жить со мной и Лизой. Если это возможно? — предложил Асанте, посмотрев на него.

Полковник и женщина посмотрели на меня.

— Для вас это приемлемо? — спросили они меня.

Добрые темные глаза Асанте затуманили слезы, когда он посмотрел на меня, и я еле сдержалась, чтобы не зарыдать, прикусив нижнюю губу. Я никогда не рассматривала такой возможности, что я могу потерять братьев, мое будущее без них было для меня наполнено пустотой и страданием. Но если я не могла остаться здесь с ними, то конечно, больше всего я доверяла Лизе и Асанте, потому что с ними Бейли и Гейдж точно будут в безопасности. С ними моим братьям будет намного лучше, чем с матерью. Я не могла произнести ни слова, поэтому просто согласна кивнула.

— Они будут в безопасности. Ваши друзья будут получать достаточно запасов продовольствия и всего остального, чтобы заботиться о ваших братьях.

Я только кивнула в ответ, и мои глаза все-таки наполнили слезы, мои плечи печально опустились.

— Мы так не договаривались! — громко заявила моя мать.

— Выведите ее на улицу, — приказал полковник.

Моя мать вырывалась из рук двух мужчин, которые схватили ее, но им без труда удалось вывести ее из дома. Повернувшись к Гейджу, я попыталась передать ему Бейли, но тот крепко вцепился мне в шею.

— Нет! — кричал он мне в ухо.

Слезы душили меня. Я повернула Бейли лицом к себе и вдохнула в себя его детский, карамельный аромат. Я никогда не забуду его, буду помнить тепло и пухлость его крошечного тела, а также его задорное хихиканье, которое он издавал так часто и беззаботно. Я молилась, чтобы ничто и никогда не могло забрать его смех, когда старалась не обнимать его, но и не отпускать, чтобы не захлебнуться болью внутри меня.

— Все будет хорошо, Би, — прошептала я, когда первая слеза покатилась по моей щеке, — все в порядке, сейчас ты должен идти с Гейджем.

— Я не хочу! — снова закричал он.

Он обнимает меня так, будто хотел задушить, заставляя меня закашляться.

— Гейдж, — выдавила я из себя, — помоги мне, пожалуйста.

Брат не сдвинулся с места, его глаза были полны слез и взгляд выглядел потерянным, когда он смотрел на нас с Бейли. Вскоре он шагнул вперед и схватил Бейли за руки, оторвав их от моей шей.

— Нет!

Бейли кричал, он дрыгал ногами, а его лицо покраснело, когда Гейдж забрал его у меня.

— Ривер! — его крошечные ручки ухватились за мои, по его лицу ручьями текли слезы.

Я не могла уже сдерживать слезы, когда шагнула к ним, чтобы обнять их обоих.

— Я люблю тебя, Рив, — прошептал Гейдж сквозь слезы.

Я считала, что мой брат давно уже не плачет и не говорит таких слов: слышать такое сейчас и видеть его таким, было для меня сродни моей полной гибели.

— Я тоже тебя люблю. И обещаю, что я вернусь, — поклялась я, убрав волосы с лица Гейджа, когда Бейли вертелся у него на руках.

— Никто не возвращается со стены, — обреченно произнес брат, заставив меня вздрогнуть, — если, конечно, они везут тебя туда.

— Я вернусь, — повторила я.

Я поцеловала Гейджа в щеку, а малыша Бейли в лоб.

— Я люблю тебя, вонючка, — прошептала я.

Он снова попытался ухватиться за меня, но мне удалось увернуться от его крошечных пальчиков. Я отошла от них подальше, пока еще могла найти в себе силы на это. Расправив плечи, я вытерла слезы с лица и отправилась к двери.

— Спасибо тебе, — произнесла я, остановившись возле Асанте.

— Мы с Лизой сохраним их в безопасности, чего бы нам это не стоило, — поклялся он, — и подальше от твоей матери.

Я прикусила нижнюю губу, чтобы остановить новую волну слез.

— Передай Лизе, что душой я попрощалась с ней и очень люблю ее.

— Обещаю.

— Идем, — произнес полковник и взял меня за локоть.

Отчаянные вопли Бейли преследовали меня, пока мы спускались вниз по лестнице, разрывая мне сердце, пока мы следовали через передний двор. Комок в горле не давал мне дышать, когда мы все ближе подходили к грузовику. Задняя часть грузовика была снова закрыта, но новые добровольцы высунули головы из дверей кузова, чтобы наблюдать за происходящим.