Благими намерениями (ЛП) - Дэвис Бренда - Страница 42

— Нет, — резко ответил Кобаль.

Она бросила на него угрюмый взгляд, который некоторые сочли бы милым, я же определила его как жеманный и раздражающий. Кобаль попытался обойти блондинку, но она резко подняла руку и положила ту на его плечо.

— Не прикасайся ко мне.

Низкий, хриплый тон его голоса заставил волосы на моем затылке зашевелиться, ведь даже я почувствовала в нем скрытую угрозу. Рука женщины упала, а обиженная улыбка исчезла с ее лица. Она расправила плечи. Ее взгляд был гораздо более враждебным, чем пренебрежительным, когда она снова посмотрела на меня. Кобаль издал звук, который заставил бы волка съежиться и убежать, притянув меня на шаг ближе к себе. Женщина осталась стоять на месте.

Чем больше я задумывалась о происходящем, тем сильнее осознавала, что не понимала мир, в который меня насильно втолкнули. Я чувствовала себя квадратным колышком, пытающимся пролезть в круглое отверстие, ведь все здесь знали, что я самозванка. Я не принадлежала ни к одному из миров. И уж тем более здесь мне было не место.

— Я дам вам обоим поговорить, — пробормотала я.

Я должна была уйти от всего этого.

Глава 24

Ривер

Я попыталась отойти, но рука Кобаля крепче сжала мой локоть, притягивая меня еще теснее к его телу.

— Здесь не о чем говорить, — рявкнул он.

Не желая устраивать скандал, я остановилась, чувствуя, как все глаза в кафетерии впились в мою спину. Близко сидящие к нам люди были сосредоточены на еде, но я знала, что они ловили каждое слово. Я собиралась убить Кобаля за то, что он заставил меня стоять здесь.

— Пойдем, — Кобаль толкнул меня локтем, заставляя шагнуть вперед.

Я ощущала, как пристальный взгляд женщины впивался мне в спину с каждым нашим шагом.

— Я не собака, — проворчала я, когда мы наконец вышли на свежий воздух. Я жадно вдыхала, но не могла избавиться от затянувшегося напряжения в теле. — И не выполняю команды, — объяснила я, когда он вопросительно посмотрел на меня.

— Хотела остаться и поболтать с ней?

— Нет, я не хочу разговаривать с твоей подружкой.

— У меня нет подружек.

— С твоей подстилкой или как там еще.

— У меня нет подстилок. Наш мир не так замкнут, как человеческий, он более гибкий.

— Что это значит?

Кобаль остановился и, отпустив мой локоть, повернулся ко мне лицом.

— Это значит, что мы не накладываем на себя ограничений, как это делает ваш вид, ведь нам нужно попробовать каждого понравившегося. Когда демоны встречают избранного, то спариваются на всю жизнь, к примеру, Верин и Моракс, но остальные потакают своим желаниям, так как многие могут вообще никогда не найти своего избранника.

— Не думаю, что она знала это, когда связалась с тобой. Может, тебе следовало разъясняться яснее.

— У меня нет привычки разглагольствовать о своих поступках. И я не собираюсь изменять себе из-за какого-то глупого человека, который знал, на что шел.

— И что же она такого знала? — требовательно спросила я.

«Ты тоже это знаешь! — закричал в моей голове внутренний голос. — Только послушай, о чем он говорит, и держись от него подальше. Женщины и секс для Кобаля ничего не значат. Запомни это и держи свое либидо под контролем, тупица».

— Я никому не обещал отношений, особенно человеку.

Я с трудом сдержалась, чтобы не отшатнуться из-за его слов. За его спиной стояло солнце, создавая ауру тепла. Но все, что я чувствовала, — холод и безразличие, исходящие от него.

Я потерла ладони друг о друга и шагнула в сторону. Кобаль проявлял ко мне заботу намного чаще, чем моя мать за все эти годы, но, может, это было притворством, чтобы получить желаемое, путешествие обратно в ад?

— Как зовут эту женщину? — спросила я.

— Не помню.

Я удивленно моргнула, услышав заявление, выдав единственно возможную реакцию.

— Очевидно, ты ранил ее чувства, но не испытываешь никаких раскаяний.

Кобаль наклонил голову, нахмурившись и посмотрев на меня. Я понимала его примерно так же, как он, казалось, понимал меня, значит, мы говорили на разных языках.

— А мне-то какое дело?

Я всплеснула руками и отвернулась.

— В камнях больше понимания, чем в тебе! — я оглянулась и начала подниматься по склону холма к палаткам.

Я не осознавала, что Кобаль шел следом, пока он не протянул руку, чтобы отодвинуть полог палатки.

— Во мне есть понимание, — пробормотал он, как только мы вошли. — Вот почему мы адаптировались к вашим обычаям больше, чем мне хотелось бы.

Повернувшись к Кобалю, я уперла руки в бока и встретилась с ним взглядом.

— И все же ты не понимаешь, что ранил ее чувства.

— Женщины и мужчины, которые хотят удовлетворить свое любопытство в отношении демонов, или просто ищут хорошего траха, должны осознавать, что лучше не привязываться к кому-либо из нас. Мы не скрывали, что вернемся домой. Эта женщина просто дура, раз решила, что между нами могло быть что-то большее.

Когда до меня дошел смысл грубых слов, я опустила руки. Кобаль был прав. Может, эта женщина и была несчастна, но он был прав. Возможно, люди не были в курсе, что демоны искали ключ к закрытию ада, но они знали, что главная цель присутствующих — защитить стену, закрыть врата, победить Люцифера и отправить демонов домой

Так почему же я чувствовала себя такой расстроенной и преданной?

Из-за Кобаля. Мне были ненавистны мысли о нем с другими женщинами и о его возвращении в огненные глубины, откуда он изначально пришел. Я определенно не хотела быть той, кто отправит его туда. Кобаль избивал меня больше раз, чем я могла вспомнить, приводил в бешенство и был главной причиной, по которой я оказалась здесь, но все же я жаждала ощутить на себе эти сильные руки. Выяснить, каково чувствовать его тело, прижимающееся к моему, почувствовать, как эти губы и ладони скользят по моей коже.

Я мысленно дала себе пинка под зад за то, что позволила подобной фантазии проникнуть в мой разум. Этого никогда не произойдет, я не стану для него еще одной подстилкой.

— Ты прав, — пробормотала я.

Прежде чем я успела сбежать в свою часть палатки, Кобаль протянул руку и схватил меня за запястье. Электрический разряд пронзил мою плоть. У меня перехватило дыхание, пока я изо всех сил сопротивлялась желанию приблизиться и положить ладони на его грудь.

— Ты так и не поела, — заметил он.

— Я плохо себя чувствую. Мне лучше прилечь.

Не совсем ложь. У меня действительно болела голова, но я понимала, что веду себя как трусиха, когда высвободила запястье из его хватки.

— Хочешь, я что-нибудь принесу? — спросил Кобаль.

— Нет.

Не оглядываясь, я ринулась в свою часть палатки, сбросила туфли, вытащила лифчик из-под рубашки и забралась в кровать с мягким матрасом и соблазнительными подушками. Я слышала глухие удары кулаков, лязг мечей и ножей, когда на тренировочном поле возобновлялись занятия, но так и не встала с кровати.

С каждым днем мне было все труднее открывать глаза, а держать их закрытыми приносило боль. Я не осмеливалась пошевелиться, так как при каждом движении мне казалось, что меня вот-вот стошнит. Поэтому я просто неподвижно лежала на кровати, терпя мигрень.

Прошло уже много лет с тех пор, как я страдала от головных болей. Я верила, что с детством прошли и мигрени, но стресс и страдания последних шести недель наконец-то взяли верх. В конце концов я провалилась в беспокойный сон. Когда я снова проснулась, то поняла из-за тускло горящего фонаря на столике рядом с кроватью, что наступила ночь. Рядом с фонарем стояла тарелка с едой.

Мой желудок заурчал от голода. Мигрень все еще пульсировала в моей голове, когда я спустила ноги с кровати, но я знала, что худшее уже позади. Умывшись, выпив воды и съев немного еды, я избавлюсь от оставшейся боли. Я с жадностью съела курицу на тарелке, прежде чем взяться за картошку. К тому времени, как я закончила, мой желудок был до отказа полон.