Благими намерениями (ЛП) - Дэвис Бренда - Страница 76

Иногда я действительно ненавидела свой внутренний голос.

Я расправила плечи и встала перед Корсоном. Я презирала жалость в его глазах и то, как он снова посмотрел на Кобаля, словно спрашивая разрешения. Впрочем, так оно и было. Корсон поднял руки перед собой и принял боевую стойку.

— Не надо меня жалеть, — процедила я сквозь зубы.

Он окинул меня взглядом лимонного цвета и наклонил голову, из-за чего одна из звездочек в его ушах замерцала, вращалась вокруг своей оси.

— Я не испытываю к тебе жалость, — ответил он, двигаясь вокруг меня.

— И все же это похоже на жалость, — огрызнулась я, отталкивая пальцами его ладони.

Корсон нырнул влево, чтобы избежать удара, который я нанесла.

— Может, немного, но не по тем причинам, о которых ты думаешь.

— Тогда по каким же? — требовательно спросила я.

— В тебе достаточно качеств демона, из-за чего ты пометила его в ответ. Я никогда не встречал свою избранницу, но помню, как сильно мои родители любили друг друга. Когда мой отец был убит Люцифером, это разрушило мою мать. После этого она бросилась в огонь.

Слезы навернулись на мои глаза при мысли о такой потере и боли. Я перестала двигаться. Опять эти чертовы слезы. Я поспешно вытерла их.

— Прости, — прошептала я и снова ринулась вперед, когда Кобаль шагнул к нам.

— Это произошло много веков назад, но я знаю, насколько сильны узы избранных. Если ты испытываешь хоть малую толику того горя, которое причиняет разлука, то мне действительно жаль тебя.

Я отвернулась и сосредоточилась на солнце, клонящемся к горизонту. Розовые, оранжевые и красные облака плыли по небу.

— И ты считаешь меня идиоткой или эгоисткой, раз я воспротивилась узам, которые разрушили твою мать.

— Кобаль рассказал нам с Бейл о твоем сне с Люцифером. Ты боишься за жизнь того, кого любишь… Ведь ты любишь его?

Я быстро кивнула, когда голос Корсона умолк после вопроса. Может, я и не призналась Кобалю в этом, но невозможно было отрицать свои чувства.

— Да.

— Бояться за его жизнь и за то, кем ты можешь стать, испытывать невообразимое горе, чтобы защитить того, кого любишь — это не эгоизм и не идиотизм.

Я вновь сфокусировалась на Корсоне. Меня так и подмывало броситься вперед и обнять демона. Тем не менее, у меня было предчувствие, что после объятий он мог лишиться пару конечностей. Они вырастут снова, но я сомневалась, что Корсон заговорит со мной после произошедшего.

— Спасибо, — прошептала я.

Корсон вновь наклонил голову, изучая меня взглядом.

— Ты противостояла ему, значит, способна на большее, чем борьба с кем-то из нас, включая Люцифера.

После этих слов Корсон стал для меня самым близким другом, если не считать Кобаля, с тех пор, как я приехала сюда. На самом деле я отчаянно нуждалась в том, чтобы меня кто-то выслушал.

— Но вот еще что, — тихо пробормотал он.

— Что?

— Он не сможет отпустить тебя. Для нас это невозможно. Тебе придется принять решение, но только не в таком напуганном и разгневанном состоянии, — я бросила на него раздраженный взгляд, но он лишь улыбнулся. — Твои чувства к нему пугают. Они гораздо глубже, чем все, что может чувствовать человек, и ты это знаешь. Люцифер расстроил тебя, как и то, что сотворил Кобаль с той женщиной, но ты должна понять, что для него это была инстинктивная реакция, попытка защитить, а не злонамеренность.

Я вспомнила слова Кобаля о том, что метка Зива означала благословение и проклятие, что нет ничего опаснее гончей, чьей паре угрожает опасность. Он много раз предупреждал, что способен быть жестоким, но я все равно не ожидала стать свидетелем этого проявления.

— Так и есть, — призналась я.

— Ты отреагировала так из-за паники и шока.

— Да, — пробормотала я.

— Тебе придется решить, сумеешь ли ты жить без него, или просто стоит взять некоторое время, чтобы понять, кто ты и кем являешься сейчас. Потому что, если ты можешь существовать без Кобаля, стоит уехать от него подальше после того, как все это закончится. Твое присутствие причинит ему еще большую боль.

Я склонила голову, впившись в Корсона взглядом. Добродушный демон с серьгами в ушах оказался куда более проницательным, чем я предполагала. Если бы Кобаль знал, что он так открыто обсуждал со мной подобные темы, то мог бы убить его.

— Я поняла, — на самом деле я не могла представить себе жизнь без Кобаля. Возможно, сейчас мы не разговаривали и не прикасались друг к другу, но я продолжала видеться с ним каждый день. Мысль о том, что этого больше не будет, едва не поставила меня на колени. — А он выживет без меня? — прошептала я сдавленным голосом.

— А ты выживешь без него?

«Нет».

Он ухмыльнулся и отскочил в сторону, чтобы избежать моего удара ногой.

— Я могу понять, почему ты держишься на расстоянии, если считаешь, что это поможет защитить его. Тем не менее ты должна разобраться в своих чувствах. Твои инстинкты сильны, может, в данный момент немного притуплены, но они есть, поэтому прислушайся к ним. И чем скорее это произойдет, тем лучше. Кобаль и раньше не был весельчаком, а теперь я предпочел бы встретиться с мадагансем, нежели иметь дело со своим другом.

Я не сумела сдержать смех в ответ на его шутку. Я случайно взглянула на Кобаля и заметила, что он пристально смотрит на нас с другого конца поляны.

— В ближайшее время я разберусь с этим, — пообещала я.

— Спасибо.

Я не сводила глаз с Корсона, пока мы двигались по поляне. В последнее время все происходило так быстро и стремительно, что ошеломляло меня. Тем не менее моя главная цель заключалась в том, чтобы остановить надвигающуюся угрозу людям, демонам и, возможно, даже ангелам.

Важно было то, что через два дня мы должны были покинуть лагерь и столкнуться с существами, которые я даже не могла представить. Которые заставили бы мои худшие кошмары казаться приятными грезами наяву. Я не имела права позволить дыре в сердце тащить меня вниз и отвлекать. Не могла позволить ничему встать на пути того, что должно было произойти.

Я все переживу. Сделаю все возможное, чтобы сохранить жизнь Бейли и Гейджу, и однажды вернусь к ним.

Всю жизнь моя мать говорила, что я зло и порождение сатаны. Возможно, она каким-то образом чувствовала мое происхождение, либо ее сгнивший разум случайно зацепился за эти порочные слова и часто их повторял. Мой предок, тот, кого я отказывалась называть отцом, верил, что я тоже стану злой, но я докажу, что они оба были неправы. Я была обязана сделать это.

Кобаль не верил в чистое зло, но после встречи с Люцифером я поняла, что он ошибался. Я много лет терпела заявления матери о том, что была чудовищем, а теперь и сам дьявол утверждал, что это было правдой. Я не верила самому Люциферу, но верила в то, что нечто толкнуло его на злую сторону, значит, это может произойти и со мной.

Из-за того, что Кобаль отрицал вероятность моего сходства с Люцифером, я беспокоилась, что могу стать его падением. Я не хотела, чтобы меня использовали для уничтожения мужчины, которого я любила. Мне нужно было придумать какой-нибудь способ, чтобы этого не случилось. Даже если это означало, что придется держать дистанцию между нами, и я никогда больше не смогу быть с ним.

Я продолжала размышлять на эту тему, пока исполняла боевой танец с Корсоном. Я была слаба и потеряна, когда меня насильно привели в лагерь. Не понимала, чем отличалась от других и на что способна. Теперь я была тренированным бойцом с лучшим осознанием и растущим контролем над силами, которые когда-то управляли мной.

Может, мне не нравилось откровение о моем наследии, но теперь я знала, почему обладала такими способностями. Вместо того чтобы бояться их и того, что могло случиться, если кто-то другой все выяснит, я стала наслаждаться тем фактом, что они были частью меня. Я перестала бояться разоблачения.

За последние пару месяцев мой мир перевернулся с ног на голову, но через два дня начнется новое путешествие. Я была готова встретить все, что нас ожидало там.