2:36 по Аляске - Гор Анастасия - Страница 13

– Привет, – сказала я, любуясь этой парочкой, прильнувшей друг к другу носами. – Мы уж подумали, это Крис. Тото шарахается каждый раз, как слышит хруст гальки.

– Поэтому вы так далеко забрались? – тяжело дыша, спросила Флейта и пригнулась вниз, восстанавливая дыхание после подъема в гору. Тото ободряюще погладил ее по спине. – В лагере выстрелы не слышны, но… Разве стоит уходить так далеко, когда бродят банши?

– Здесь безопасно, – улыбнулся Тото, притянув Флейту к себе за плечи. – Уж поверь, гнев Криса куда страшнее всяких мифических тварей. Он мне голову открутит как лампочку, если узнает, что зря растрачиваю его патроны.

– Не зря! Я попадаю в мишени, – возмутилась я. – Во все. Десять из десяти! Ты можешь гордиться своим бойфрендом, Флей, он – замечательный учитель, – польстила я и отвела глаза, позволяя Тото решить, будто я не заметила, как он расцвел от услышанного. – А еще я дико голодная. Что насчет того, чтобы отпраздновать мои успехи тарелкой тушенки?

Уж этому Тото, недавно прославившийся поеданием своей порции за полторы минуты, точно не возражал. Поймав подброшенный в воздух рюкзак с боеприпасами, он обнял свободной рукой Флейту, и вместе мы двинулись по стоптанной тропе обратно в лагерь.

Пока Флейта что-то увлеченно щебетала ему на ухо, я вслушивалась в звуки природы. Еще никогда в мире не было так тихо, как стало с тех пор, когда человечество погрузилось в сон. Удивительно, какие мы, люди, все же шумные существа! С каждым днем воздух становился холоднее, шелест листвы – мягче, а пение птиц реже. Когда не знаешь, что преподнесет тебе эта вселенная завтра, начинаешь ценить каждый миг. Я невольно обратила внимание на смех Тото и улыбнулась. Скоро я вновь погружусь в безмолвие. Скоро…

– Как именно ты думаешь заставить Криса взять тебя в команду? – спросил неожиданно Тото.

Звук леса заглох на фоне мыслей, роем загудевших у меня в голове.

– Я еще не думала об этом. Надеялась, ты поможешь.

Тото вскинул брови, и я невинно захлопала глазами. На самом деле, я не планировала снова втягивать в это Тото: он уже подарил мне билет в жизнь, научив стрелять. Дело осталось за малым, и это «малое» я должна была взять на себя.

Флейта запрыгнула на срубленное дерево, вглядываясь куда-то в даль, и привычная светлость ее лица вдруг померкла. Меж бровей пролегла морщинка, которую я прежде не замечала, до того Флейта редко хмурилась. Обведенные блеском губы сжались в тонкую линию. Тото остановился, внимая ее замешательству.

– Что-то не так?

– Я не понимаю…

И в тот самый миг, как она это произнесла, непонимание настигло нас всех: тишина. Такая глухая, мертвая тишина, что можно было услышать, как громко, оказывается, сердце качает по телу кровь. Пения птиц, которым я наслаждалась, не стало. Абсолютный вакуум, состоящий из нашей растерянности и неприятного посасывания под ложечкой.

А затем раздался вопль.

Тото рухнул в сырую яму, как подкошенный, и забился в агонии, тщетно зажимая ладонями уши. Меня оглушило тоже, но куда меньше, чем в тот раз, когда я впервые услышала этот вопль. Банши. Барабанные перепонки затрещали, и, возможно, вновь пошла кровь. Но едва Флейта очутилась рядом и схватила меня за запястье, боль отступила.

– Помоги ему! – крикнула она, и я, растерянная, опустила взор на ее пальцы, сжимающие мою руку. Поняв, что пользы от меня не будет, Флейта сама подтащила к себе Тото свободной рукой и принялась рыскать по его карманам.

– Заткни ему уши, – велела она, сунув мне в ладонь резиновые беруши.

Я кивнула и взяла Тото за капюшон, пытаясь развернуть к себе и дотянуться до его зажатых ушей. Шипя от бессилия, я раздраженно воскликнула:

– Мне неудобно делать это одной рукой! Ты не могла бы отпустить меня?!

– Если отпущу, банши тебя оглушит.

Я непонимающе взглянула на Флейту. Закатив глаза, она изловчилась и ухватилась за плечо Тото. Лицо его тут же разгладилось, и, задрав голову, он умиротворенно выдохнул:

– Спасибо.

– Тото, достань еще одни беруши и отдай Джейми, – велела ему Флейта строго, и Тото, ни секунды не колеблясь, запустил пальцы во внутренний карман толстовки и выудил еще одну пару затычек. – Вставляйте! Живо!

Сглотнув, я торопливо забила уши, косясь на Флейту. Она крепко вцепилась одной рукой в меня, а другой – в локоть Тото. Когда беруши были на своих местах, она внимательно осмотрела нас и только тогда предельно медленно отпустила.

– Нормально?

– Да, – ответила я заторможенно. Тото кивнул тоже и, поднявшись, как ни в чем не бывало, подхватил с земли выпавшую в суматохе винтовку.

– Звук из лагеря. Туда. Быстрее!

– Погоди, – я схватила Флейту за край куртки, притормаживая. – А как же ты? Тебе беруши не нужны? Ты что, не слышишь банши?

– Все хорошо, Джейми. Идем.

Она ответила на мой ошарашенный взгляд своим – спокойным, мягким и сосредоточенным. Взяв меня за руку, Флейта побежала, и мы быстро нагнали Тото. Времени думать, что произошло минуту назад, не было. Втроем мы достигли аттракциона-церкви и вдруг увидели, что ее ворота выбиты. Украшения и бутафорию застилала кровь растерзанного в окопе сторожа.

– Нет, – выдохнул Тото, пятясь в сторону. – Нет, нет, нет… Черт!

Он побежал дальше, вглубь парка, к костру и шатрам. Несясь следом и едва успевая дышать, я все еще отдаленно слышала визг, но благо больше не корчилась от боли.

Выстрелы со свистом прорезали воздух. Выжившие разбежались по парку, кто куда. С надеждой я принялась выискивать знакомые лица. Лишь Грейс был поблизости, прячась за перевернутую карусель и прижимая к груди пистолет. Из его ушей тоже торчали беруши. Он громко ругался, покрывая всех нас многоэтажной бранью.

– Разряжен! – крикнул он нам с Тото. – Барби сперла всю мою обойму. Тото, патронов нет!

– Где Крис? – спросил он, и Грейс снова ответил матом, среди которого из самого приличного было лишь:

– Не знаю!

Закатив глаза, Тото быстро опустился прямо в грязь на одно колено и расположил винтовку.

– Это будет просто, – ухмыльнулся он, прицеливаясь.

Флейта попятилась, оттаскивая меня назад за шиворот, пока Тото поджидал нужный момент. Банши буйствовала в одной из палаток и, похоже, не собиралась выходить. Прошла целая вечность, прежде чем мы наконец дождались ее появления. Некоторые из жителей МЗВ, по рассказам Франки, никогда не сталкивались с банши лично. Я же не понаслышке знала, сколь они отвратительные и пугающие. С пепельными зрачками, язвами по всему телу и лезвиями вместе зубов.

Эта банши выглядела ничуть не лучше. Она тоже оказалась женщиной: с грязно-черными вьющимися волосами и угловатым подбородком. Это лицо показалось бы мне знакомым, если бы не пустые белые глаза и раскрытый в вопле рот. Он, однако, вдруг сомкнулся, когда Тото напротив тихо опустил винтовку.

– Мама?

Банши, в которой я тут же узнала Софию, мать Тото, что уже однажды видела в церкви, остановилась. Все замерли тоже, но только не мы с Флейтой.

– Тото, – позвала его Флей, когда тот, парализованный, в упор смотрел на банши и сжимал дрожащими пальцами винтовку, которой больше не собирался воспользоваться. – Тото! Это не твоя мама. Ее больше нет. Стреляй, Тото!

Но Тото не слышал. В отличие от наивной Флейты, принявшейся дергать его за плечо, я поняла это сразу. Я знала, что испытывает Тото. Я представляла это сотни раз перед сном и не раз видела в кошмарах. В моих потаенных страхах жила целая семья из банши: их звали Эшли, Джесс и Ларет. Увидеть их такими для меня было так же страшно, как не увидеть вовсе. Но, глядя на мать Тото сейчас, я наконец-то признала: по сравнению с этим застать своих близких в безмятежном сне не такая уж и трагедия.

По лицу Тото покатились крупные слезы, смывая прошлую решительность, мужественность и суровость. Винтовка упала на землю.

– Тото! – воскликнул Грейс, судорожно вычисляя, успеет ли он добежать до нас, чтобы подобрать винтовку.

София шагнула вперед и зашлась в новом визге.