Сладкая ложь (СИ) - Блэк Анастасия - Страница 18

— Как я и обещал, мы поговорим о недавнем событии, — спокойно молвил алоглазый с привычным спокойствием и игривой улыбкой.

      Эрестер беззвучно открыла рот, пытаясь сделать вдох, хоть и понимала, что всё бесполезно. Сейчас… Только сейчас Вай заметила огромное недоверие в глазах мужчины, которое плавно перетекало в злость. Бессмертный просто не мог понять, что на уме у девушки, и это ему не нравилось.

— Кто научил тебя драться, скотинка? Отвечай, а то хуже будет.

      Юсфорд слегка разжал пальцы, позволяя Вай отдышаться. С тех пор, как две служанки были убиты, он отчаянно пытался понять: врёт горничная или нет. Выжившая полностью подтвердила слова серовласой и в то же время версию самого Основателя. Столько несостыковок! Сомнения не давали Кроули покоя, он изо всех сил старался не думать о смертной, но чутьё заставляло подозревать её в чем-то… непонятном даже ему.

— Я уже отвечала на этот вопрос, — хрипло выдала девушка, пряча глаза. Ей было просто невыносимо смотреть на хозяина.

— Знаешь, это довольно странный аргумент… Ты без колебаний убила двух человек и это…

— Это вызвало у вас подозрение, — перебила его Вайлет и всё же посмотрела Прародителю в глаза. — Но в чём? Я не спорю, что раньше убивала людей… Да! Я отвратительная, жалкая, жестокая! Только вот убить ради еды в этом погрязшем в дерьме мире, разве это считается преступлением?!

      У Эрестер впервые за долгое время сдали нервы. Она непроизвольно повысила голос. Внутри всё будто заскрипело от внезапно нахлынувшей обиды. Глядя в алые глаза, сероволосая теряла контроль над собой, пыталась вылить всё наболевшее наружу. Говоря эти слова, Вай не врала, ведь ей действительно приходилось убивать ради еды, только вот вины за содеянное она не испытывала. А всё от того, что другим не было жаль девушку, и они без толики сомнения прирезали бы её за кусок зачерствевшей булки или банки консервов.

— …Ха, вы, люди, всё же ничтожны в своих желаниях, — самодовольно произнёс мужчина, осознавая, что не ожидал такого ответа от горничной.

— Как и вы, вампиры… Жить целую вечность, не имея чувств, лишь ради удовлетворения собственной жажды. — Эти слова вызвали улыбку у бессмертного.

— Хэй, скотинка, а ты сегодня такая разговорчивая! Предупреждаю в последний раз: ещё одна глупая выходка, и я сломаю твою хрупкую шею.

      Аристократ слышал, как глубоко дышит Эрестер, и чувствовал на себе её прожигающий взгляд. Сейчас ему просто хотелось вцепиться в столь манящую плоть и ощутить вкус её крови. Для вампира Вай — идеальная жертва, которая забавляет и разжигает азарт.

— Господин Кроули? — голос Чесс заставил аристократа подняться с пола.

— Чесс, скажи Хорн, мы выдвигаемся прямо сейчас.

— Да-а!

      Смертная увидела широкую спину мучителя и с облегчением выдохнула. Она ощущала, как трясутся её руки, в горле встал ком, и потупила глаза в пол.

«Отчего моё сердце так болезненно колет?»

Ночь.

— Вайлет, ты, конечно, молодец, что разобралась с теми жалкими свиньями… Но какого чёрта показала слабость перед вампиром? — демон с негодованием оглядывал девушку, которая так упорно старалась не смотреть на него.

— …Non est fumus absque igne. *

— Хочешь сказать, что он тебя вывел? Я поражён, ведь даже мне этого не удавалось! Ха-ха-ха, каково это: испытывать боль и растерянность спустя долгие годы?! — бессмертный явно издевался над Эрестер, надеясь повеселиться. — Ах, от таких эмоций твоя душа становится ещё вкуснее! Ты даже представить не можешь, как я себя сдерживаю, чтобы не сожрать её всю без остатка. Когда ты вспоминаешь о своей маме, мой голод усиливается… Помнишь тот день? День знакомства с тем мужчиной? О-о-о, уверен, такое забыть невозможно, ведь именно тогда тебя предали, и ты свалилась в овраг, переломав все свои косточки.

      Девушка зло посмотрела на брюнета, затем встала с пола и подошла к нему вплотную.

— Молох, praeterita omittamus.**

— Вайлет, ты так сдерживаешься…

— Зачем мне показывать свои эмоции? Мне проще жить без этого. Если люди меня ненавидят, то это их проблемы, не мои.

— Как эгоистично, Вай! Скрывая свои чувства, ты только бежишь от реальности. Столько лет потратила на учёбу, отдых и наблюдение… А как же похоть? Милая моя, мне так не хватает страсти! Если поддашься искушению, то вкус твоей души станет идеальным…

      Молох схватил юную особу за плечи и встряхнул её.

— Кто ещё из нас эгоист? Ладно, закрыли тему. Меня мучает боль в груди и дрожь во всём теле, — тихо молвила серовласая, вызвав улыбку у бессмертного. Он медленно облизнулся и загадочно улыбнулся.

— Разбирайся сама… Но тему мы уж точно не закрыли, моя дорогая.

***

      В Японии, в одном поселке недалеко от столицы жил старый мудрый самурай. Однажды, когда он вел занятия со своими учениками, к нему подошел молодой боец, известный своей грубостью и жестокостью. Его любимым приемом была провокация: он выводил противника из себя и, ослепленный яростью, тот принимал его вызов, совершал ошибку за ошибкой и в результате проигрывал бой.

Молодой боец начал оскорблять старика: он бросал в него камни, плевался и ругался последними словами. Но старик оставался невозмутимым и продолжал занятия. В конце дня раздраженный и уставший молодой боец убрался восвояси.

Ученики, удивленные тем, что старик вынес столько оскорблений, спросили его:

— Почему вы не вызвали его на бой? Неужели испугались поражения?

      Старый самурай ответил:

— Если кто-то подойдет к вам с подарком и вы не примете его, кому будет принадлежать подарок?

— Своему прежнему хозяину, — ответил один из учеников.

— Тоже самое касается зависти, ненависти и ругательств. До тех пор, пока ты не примешь их, они принадлежат тому, кто их принес.

Примечание к части

* - Нет дыма без огня.