Цена свободы (СИ) - Беренс Лилия - Страница 101

Муга задумался. Было ли это правдой? Про цепь он знал, но ни на миг не предполагал, что Иллит бы ее надела. В любом случае, если был хоть мизерный шанс ее вытащить – он обязан был попытаться!

– Где же она, если не погибла?

– В Аруме. Цепь подчинила ее, сделав самым настоящим паладином. И мне нужна твоя помощь, чтобы вернуть ее обратно.

– Что я могу сделать, чего не можешь ты?

– Найти ее! Ты можешь найти ее! Темные заклинания не действуют на территории Светлой Империи. Демонам туда тоже хода нет. Но ваша орочья магия – это совершенно другое дело! У твоих шаманов все может получиться!

Спустя еще некоторое время Чиумуган развернул коня, возвращаясь к своему войску.

– Орда идет на Светлую Империю! – усиленный магией голос полуорка прогудел над Степью, достигая ушей каждого воина.

Орки радостно взревели. Им было без разницы, на кого нападать. Арум был ближе, значит, они вступят в бой раньше! Это не могло не радовать степной народ!

– Мы так не договаривались! – злобно прокричал командир темных эльфов, подъехавший на своей ящерособаке.

– Мы вообще никак не договаривались, – отрезал Муга. – Изначально мы предлагали торговлю. Вашего участия в походе орки не просили.

– Ты! Жалкий ничтожный тупой варвар…

Эльф заткнулся, ощутив на шее острое лезвие. Арга не стала долго выслушивать оскорбления, приставив один из своих клинков к хрупкой шее ночного эльфа.

– Ты не вождь. Мой отец – вождь. Он сказал – ты сделал или умер!

– Убей меня – и войны не избежать!

– Убей его, – приказал Муга.

В походе слово военного вождя – это самый твердый закон. Любой, присоединившийся к походу, обязан неукоснительно повиноваться даже не слову, а жесту и взгляду вождя. За непослушание – смерть. Темные эльфы знали об этом и старались лишний раз своих союзников не провоцировать. Но сейчас, когда те были так близко к своей мести, они перестали сдерживаться.

Едва Муга произнес свой приказ, как голова командира эльфов слетела с плеч. Следом за своим хозяином был убит взбесившийся ящеропес. Практически в то же время орки устроили бойню в своих рядах, методично вырезая длинноухих до того, как те начнут плести свои ужасающие проклятия. Все это время степняки были готовы к таким действиям. Едва эльфы проявили непокорность – как были немедленно уничтожены. Орки никогда не сомневаются в своих решениях. Если в походе кто-то начинает сеять смуту – он должен быть уничтожен! Только так можно было контролировать сотни тысяч воинов.

– Ты уверен? – подъехал к Чиумугану один из племенных вождей. – Ушастые начнут мстить, а позади нас наши женщины, дети и стада.

– Полудемон отправит в Степь своих магов. Они установят защиту. С этого момента мы вступаем в союз с Темной Империей! И, даже если это чревато в дальнейшем войной с темными эльфами – наши котлы наполнятся эльфийским мясом – только и всего!

Со всех сторон раздался веселый смех. Союз с эльфами оркам не нравился с самого начала. Слишком высокомерно вели себя ушастые, разговаривая с воинами через губу и с большой неохотой, словно нисходя с высоты своего благородства. Сейчас большинство орков было только радо такому исходу. Конечно, поддержка проклятий могущественных малефиков была очень важна стратегически, но в реальности все эти тактики и стратегии были чужды степнякам. Как была чужда им магия ночного народа. В ней не было чести.

– Всем отдыхать до рассвета! Созвать шаманов на большой совет! – Произнес полуорк, оборачиваясь в сторону неподвижной фигуры в отдалении и делая приглашающий жест.

Шагар, который спокойно наблюдал за происходящим, скупо улыбнулся, сделав шаг в сторону разворачивающегося орочьего стойбища. Кто бы мог подумать? С орками оказалось настолько просто иметь дело!  

Глава 42.

Император Шагар лично вычертил завершающую руну печати призыва, после чего кивнул своим помощникам-магам. В просторной пустой комнате без окон с исписанным рунами и магическими печатями полом восемь магов перерезали горло восьми рабам, бросив их умирать. Кровь потекла по ранее незаметным желобам в полу, образуя идеальный круг. В центре этого круга вспыхнуло темное пламя, взметнувшись под самый потолок, а потом также резко опав, оставив вместо себя химероидную фигуру демона. Демон не был огромным, рост его был даже ниже Императора Шагара, но вот мощью от него давило такой, что хотелось как можно скорее убраться от этого существа подальше.

Демон имел человеческое тело, облаченное в темно-синюю мантию. Вот только на плечах была не человеческая голова, а лысая голова стервятника со странным образом деформированным клювом. Зрелище, способное заставить содрогнуться любого. Но не Темного Императора.

— Герцог Даграл, — уважительно склонился Темный Император перед появившейся сущностью.

Это в материальном мире Шагар был существом, стоящим на вершине могущества. Тем не менее, это вовсе не меняло того факта, что он оставался смертным. И после смерти или в случае окончательной демонизации правитель Гарадата окажется в демоническом мире. В любом из этих случаев он будет занимать довольно низкую ступень в демонической иерархии. Для демонизировавших смертных дорога к силе только начиналась. Чтобы заполучить хоть какую-то власть в среде демонов происходили непрерывные кровопролитные сражения. И наживать себе врагов среди высших демонов еще до попадания в демонический мир было бы с его стороны наивысшим проявлением глупости.

— Я смотрю, ты уже почти достиг предела в качестве смертного, — каркающим голосом произнес демон, внимательно изучая внешний облик Шагара. — Призвал меня для того, чтобы я помог тебе войти в мою свиту?

— Нет, господин. Я еще не собираюсь отрекаться от своего смертного естества.

– Нет? — казалось, герцог был слегка удивлен, в конце концов, от его смертного естества практически уже ничего не осталось. — Тогда ради чего ты посмел меня побеспокоить?

Шагар проглотил внезапно вспыхнувшую в нем ярость. Из-за демонизации ему было крайне сложно себя сдерживать. В конце концов, этот демон сейчас был в материальном мире. Материальный мир сильно ограничивал любые духовные сущности, не порожденные им. Герцог Тьмы в материальном мире, безусловно, очень силен. Но в то же время он не мог проявить и сотой доли своей истинной силы. Темный Император был вполне способен, при нужде, сдержать разбушевавшегося духа собственными силами. Другое дело, что для него такой расклад был бы крайне нежелательным в перспективе посмертия и в перспективе последствий для города.

– Мне нужна помощь господина в одном ритуале.

– Вот как? Помощь целого высшего демона среднего круга в каком-то ритуале? Тебе известно, какова будет моя цена? Сможешь ли ты ее себе позволить?

– Вопрос не во мне, — спокойно ответил Шагар. – Вопрос в том, что ты сможешь мне предложить за то, что в ритуале будет использоваться именно твой алтарь?

Демон довольно безобразно распахнул клюв, несколько раз щелкнув несимметричными челюстями. У клюва демона оказались не птичьи зубки, которые он и продемонстрировал не то в оскале, не то в улыбке.

— Что именно за ритуал ты хочешь провести?

— Ритуал осквернения сущности, — спокойно ответил Шагар.

-- Интере-е-есно. И что за сущность? Ты знаешь, сколько условий должно совпадать для того, чтобы это можно было назвать Ритуалом осквернения сущности?

– Представь себе очень могущественную женщину-паладина. Настолько могущественную, что светлый артефакт оплетает все ее тело от пальцев рук до пяток.

– Девственница?

– Насколько мне известно, да.

– Хм… – демон в очередной раз задумался, просчитывая разнообразные варианты. – Ты не сможешь ее заставить пройти этот ритуал. Если светлый артефакт так на ней разросся, значит она не слабее тебя.

– Она сама предложила мне провести этот ритуал.

– О! – герцог Даграл не переставал удивляться. На его памяти еще не случалось, чтобы могущественные светлые, да еще и женщины, добровольно соглашались на нечто подобное. – Если так, то давай обсудим цену. Чего ты хочешь за то, чтобы в ритуале участвовал именно мой алтарь?