Цена свободы (СИ) - Беренс Лилия - Страница 35

– А другие бывают? Например, в виде звериной головы?

– Ты где такое видел?! – Рэй едва арбалет не выронил. – Да и вообще, как можно такое не знать? Мне кажется, ты не в портовом городе родился, а в пещере каких-нибудь дикарей. Отличные от кинжалов фибулы носят только королевские тени!

– Что? – Липучка замер, пытаясь понять, в самом ли деле он что-то видел. Зачем бы королевской тени сюда заявляться? Разве что… Мог ли это быть он?

По спине пиратского сына побежали мурашки. Но вслух он ничего не сказал. Он очень хорошо запомнил предупреждение.

Зиргрин же улыбался под маской. Почему-то беззаботный Липучка всегда был для него отдушиной даже в моменты самого черного отчаяния. Этот парень умудрялся поднять ему настроение в любой ситуации! Неудивительно, что архана тянуло вновь увидеть своего несостоявшегося друга. Сейчас ему, как никогда, не хватало отдушины. Вернее, отдушина была, но парень и сам не был рад этому. То, во что он превращался, пытая других, вызывало в нем омерзение, стоило прийти в себя.

Взяв с конюшен у главного входа в «клетку» первую попавшуюся лошадь, он самостоятельно ее оседлал. Жеребец из королевских конюшен остался в столичном отделении гильдии, а возвращаться на чем-то было нужно. И возвращаться он собирался верхом только потому, что деревня, в которой жил Старик, была почти на полпути к городу. Сам Старик был в «клетке», обучал своих учеников. Парень не стал его беспокоить.

Не заезжая в деревню, Зиргрин оставил лошадь привязанной у опушки небольшого леса, а сам скрылся за иллюзией и направился к нужному дому пешком.

Дом оказался довольно приличным, лучшим после дома старосты в этом поселении. Никем незамеченный, архан скользнул в приоткрытое окно комнаты, в которой занимался изучением грамоты внук Старика.

Архан ощущал себя слегка виноватым, что так сильно подвел своего первого учителя, помогшего ему выжить в том суровом месте. Пусть в действиях учителя была своя корысть, но у кого ее нет? По крайней мере, сейчас Зиргрин мог кое-что изменить.

Хрустнула стеклянная колба. Легкий снотворный газ заполнил комнату, практически немедленно испарившись. Но этого хватило, чтобы и без того клевавший носом в книгу светловолосый вихрастый юноша окончательно заснул. До обязательного вступления в «клетку» оставалась всего пара месяцев. Зиргрин не был уверен, что его предстоящая поездка не обернется чем-то длительным, так что хотел выплатить этот долг Старику немедленно.

Убедившись, что никого поблизости нет и никто его не может увидеть, Зиргрин снял перчатку и стал выводить пальцем на лбу юноши схематическое изображение закрытого глаза. Символ «слепоты». Не только Совет мог даровать освобождение от клетки. Повторяя движение руки архана на лбу замерцал нарисованный знак, прежде чем раствориться под кожей. Это не была магия. Вернее, это была сила, исходившая не от архана, а от статусной татуировки. Это была магия контролирующего заклинания «клетки».

Возвращение в столицу получилось уже в вечерних сумерках. Почти весь день Зиргрин был предоставлен самому себе, не вынужденный исполнять приказаний своего хозяина. Бесценное время. Архану было понятно, почему никто, кроме теней, не знал о существовании прямого перехода в «клетку». А те, кто знал, молчали под приказом. На всякий случай архан направил и собственный импульс-приказ каждой тени, связанной с «клеткой». Для королевских теней редкая возможность оказаться предоставленными самим себе была поистине бесценной.

Забрав теней, ожидавших его у отделения гильдии, Зиргрин вновь сменил лошадь, так как в королевских конюшнях просто бы не поняли, если бы он сдал им не то животное, которое взял.

– Ну наконец-то, – произнес Ренан, увидев появление своей Тени в сопровождении двух таких же темных фигур в масках, которых внешне отличали разве что фибулы в виде кинжалов. – Из-за моей ошибки тебе пришлось проделать такой путь! Как же жаль, что ты не можешь разговаривать. Проклятье! Какой идиот додумался лишать королевских теней возможности общаться!

Архан буквально кожей ощутил, как иронично ухмыляются под масками его подчиненные. Он почему-то очень четко ощущал их настроение. Учитывая, что его ментальный дар был обращен, такой эффект создавали резонирующие статусные татуировки. Довольно удобно. Всегда можно почувствовать отношение к бою своей группы.

– Слуги разместят твоих подчиненных, – произнес Ренан, кивнув одному из лакеев, который немедленно склонился перед двумя представителями гильдии. – Я хочу сходить в ту библиотеку, но без тебя туда соваться не решился. Если честно, то я забыл, как обезвредить половину ловушек. Ты ведь сможешь их обезвредить?

Зиргрин показал жест согласия. В ту библиотеку попасть хотелось и ему самому. А о причине он старался не думать, чтобы не сработал соответствующий блок подчиняющего заклятья, стирающий память. Тайная библиотека хранит в себе многие запретные знания. И именно там он надеялся найти некоторые подсказки о том, как заполучить вожделенную свободу. 

Глава 16.

Зиргрин восседал на крыше кареты Ренана посреди закреплённого здесь же скарба. В его руках был довольно увесистый том по ритуалистике темной магии. Этот и еще кучу подобных архан набрал в тайной библиотеке. Разумеется, с условием возврата, которое поставил Ренан. Сам принц также нагрузил себя разнообразной литературой, в основном, относящейся к изъятой истории. Увидев, сколько всего отобрал его телохранитель, принц щедрой рукой подарил Зиргрину один из своих пространственных артефактов в виде браслета. Архан был очень благодарен принцу за это, поскольку и сам очень быстро осознал, что на себе столько книг он не утащит. Ему было жизненно важно оставаться максимально мобильным, а не превращаться во вьючного осла. И пусть даже вес книг для него ничего не значил, но их объем…

Вместе с Ренаном ехали двое слуг и повар, расположившиеся в другой карете попроще и еще сильнее загруженной разнообразным скарбом. Охранял их отряд из двух десятков королевских гвардейцев, окриками сгонявших с дороги любого случайно встреченного прохожего или повозку.

Перевалочный город Мегир они покинули всего пару часов назад, путь предстоял довольно долгим, так что для архана представилась превосходная возможность заняться чтением. Разделенное с подконтрольными духами сознание непрерывно изучало окружающее пространство, а подчиненные тени выполняли мелкие поручения. Зиргрин регулярно отправлял их вперед, чтобы не сидели без дела, а изучали предстоящий путь на возможные опасности. Без необходимости Зиргрин не хотел раскрывать свою способность знать обо всем происходящем в округе.

Погода выдалась просто превосходной. На небе не было ни единого облачка, солнце заливало лучами окружавшие их колосящиеся поля и сочную листву придорожных кустов и деревьев. Начало лета дурманило ароматами и успокаивало душу многоголосым щебетанием разнообразных птиц. Зиргрин, являясь рептилией, особенно сильно скучал по прикосновению к коже солнечных лучей. В бытность человеком он не испытывал удовольствия от подобного, а в этой жизни безумно полюбил солнце и запах нагретого им воздуха. Но проклятый костюм не оставлял открытым даже миллиметра кожи.

— Вы с братом в самом деле друг другу подходите, — весело рассмеялся Ликир, забираясь по специальной лестнице позади кареты на крышу и устраиваясь рядом с Зиргрином. — Оба уткнулись в книги. Что в этом интересного?

Архан взглянул на чопорно одетого младшего принца, который с показной небрежностью сам себе взъерошил волосы, уничтожая остатки стараний матери-королевы, лично причесывавшей сына в дорогу.

Буквально на следующий день после празднования дня рождения Ренана Ликир был направлен в качестве представителя короны на рыцарский турнир в честь женитьбы барона Саринского. Барон был героем битвы при Шелерах, о подвигах которого с упоением распевали песни в трактирах, так что проигнорировать такую фигуру корона просто не могла. Вернулся принц только прошлым вечером и немедленно побежал к королю просить дозволения отправиться в Тарн вместе с Ренаном. Что примечательно, король отпустил его практически сразу.