Беллона Карлеаль, или сестра изгнанника (СИ) - "AlmaZa" - Страница 117

— Не уверена, что меня ещё может что-то удивить и привлечь сейчас. Это уже третий монастырь на неделе, который я посетила, и мне предстоит побывать ещё в стольких же. Впрочем, если тебе всё-таки есть, чем меня заинтересовать…

Каролина сделала несвойственный монашкам жест — подмигнула — и пригласила следовать за ней. Девушки прошли по террасе трапезной, разговаривая ни о чём, обмениваясь какими-то светскими новостями, потом спустились к монастырскому саду и направились вдоль него к центральному храму, обсуждая Аделину и её семейную жизнь, её дочь, которая приходилась Каролине племянницей. Девочку назвали Анной, и она была примерно ровесницей Дориана, к тому же Габриэль читала в письмах Аделины, что она, возможно, снова в положении.

Дойдя до храма, Каролина пропустила вперёд княгиню и сама, зайдя следом, сразу отступила в бок, указав Габриэль в сторону алтаря. Почти прямо перед ним, слегка левее, виднелась тень. Кто-то, не поворачиваясь, стоял на коленях и молился. Леди Холэрблэй передала сына из своих рук в руки монахини и медленно, сдерживая слёзы, пошла по главному проходу, приближаясь к этой фигуре. Наконец, она оказалась в двух-трёх шагах от неё и, увидев под шалью золотистые пряди, прошептала:

— Белл… — принцесса поднялась и, с радостью и горечью одновременно, бросилась обнимать подругу.

— Габи! — слёзы покатились у обеих из глаз и сквозь улыбки их душили рыдания. — Габи, я не думала тебя уже когда-либо увидеть!

— Я думала то же самое! Но теперь мы вместе! — княгиня разглядывала наследницу, словно ей это всё снилось. Та сильно изменилась, скорее не внешне, но внутренне.

— Да, теперь ты со мной. Я так ждала этого момента! — Беллона опять опустилась на колени. — Простишь ли ты меня за то, что я не помогла тебе тогда, когда ты нуждалась в моей помощи? За то, что я вела себя, как последняя мерзавка по отношению к тебе — моей лучшей подруге…

— Господи! — Габриэль сама упала на холодный каменный пол. — Я всё это уже забыла! Ты даже не представляешь, как я рада тому, что всё это со мной произошло! Я получила бесценный опыт и приобрела немало и в материальном плане.

— Как я счастлива это слышать! — принцесса смахнула слёзы со щёк. — Но я всё равно буду корить себя до конца жизни.

— Не стоит, поверь мне. К тому же, ты можешь искупить свою вину тем, что доведёшь наше дело до конца и вернёшь свой престол из рук олтернцев и парламента!

— Ради этого я сюда и прибыла! Поверь — это единственное, чего я хочу. Больше мне ничего не нужно, только доказать отцу, что ему есть на кого положиться, доказать всем, что Карлеали — не с Олтерна, а именно с Феира — достойные правители!

— Самые лучшие слова, которые я могла от тебя услышать! — княгиня нахмурилась. — Но, для начала, если ты не против, я бы хотела услышать то, что так меня занимает… Что повлияло на это твоё столь смелое решение изменить всю свою жизнь и бросить те блага, которыми ты уже была окружена?

— Ты о том, что произошло на Олтерне? — лицо Беллоны словно стало серым.

— Да. Энжел сказала, что ты поведаешь об этом только мне лично. Расскажешь?

— Да, — после непродолжительной паузы кивнула принцесса, — давай присядем на скамью…

Девушки поднялись и отправились в тёмный угол, где их никто не должен был побеспокоить.

— Я прибыла в поместье Аморвилов среди ночи, — начала свой рассказ Беллона, — всё было как будто в тумане, я не понимала, что я делаю, огорошенная известием, что он жив. Несмотря на то, что я добиралась туда почти сутки, со сменами лошадей и небольшой остановкой для того, чтобы пообедать, шок не прошёл за всё это время. Я вспомнила всё за эти двадцать четыре часа — каждое свидание, все наши встречи, наш побег. Я вспомнила то раскаяние, которое ощутила когда поняла, что виновата в его смерти. И вот — это всё было напрасным! Я пыталась перестроиться и осознать, что мои страдания были ни к чему. Но я не задумалась над тем, как Дерек может меня встретить, над тем, что произошло с ним за эти два года. Я грезила какой-то сказочной жизнью, даже не знаю какой именно, потому что не могу сказать, любила ли я ещё в этот момент графа Аморвила. Но, наверное, я поверила, что вот она — судьба, что всё это время мы ждали этой возможности и любили только друг друга, что не зря я смогла сберечь себя для него…

Габриэль удивлённо хотела вставить вопрос, но решила не перебивать подругу. Беллона продолжала:

— Стоило карете остановиться, как я буквально выпала из неё, разве что не выпрыгнув на ходу. Провалившись в снег почти по пояс, я с трудом разглядела дом в темноте и направилась к нему. Постройка была старинной и выглядела заброшенной. Если бы не залаявшие от моего приближения собаки, я бы подумала, что там никто не живёт, и кучер неверно истолковал указатели. Но голоса псов всё-таки больше успокоили меня, чем напугали.

И тут произошло первое событие, которое меня слегка отрезвило. Я услышала детский плач. Простояв минуту без движения, я поняла, что мне это не кажется. Тем более, свет на втором этаже зажёгся, и видно было, как кто-то ходит по комнате, убаюкивая ребёнка. Я глупо уставилась в пространство перед собой, и из этой задумчивости меня вывела распахнувшаяся входная дверь. Из неё высунулась грузная женщина средних лет, очень простая, по всей видимости, прислуга. В руках у неё была свеча, которую она вытянула вперёд, чтобы осветить меня.

— Вам чего, леди?

Я ни сразу нашлась, что ответить, но подсознание выдало то, ради чего я, собственно, сюда прибыла.

— Простите, могу я увидеть графа Аморвила?

— Нет его, — женщина запахнула на себе шерстяное покрывало и грубо добавила: — Но графиня дома, может, она сможет вам помочь?

— Веришь ли, Габи, но я думала, что мне в тот момент уже ничего не поможет и что жизнь моя вот-вот оборвётся. Я даже попыталась понять эту фразу как то, что речь идёт о родителях Дерека, но сразу же вспомнила, что его родители умерли, когда он был ещё маленьким. Видимо, я начала терять сознание, потому что эта экономка, или кем она там являлась, обронила свечку, пытаясь поймать меня и, поддерживая, завела в дом.

Пока я приходила в себя, женщина успела зажечь свет в гостиной и убежать на кухню. Может за нашатырём, может за чем-нибудь из выпивки, что могло бы меня взбодрить. В любом случае, из сомнамбулического состояния меня вывел молодой голос, который донёсся со второго этажа.

— Элен, что там случилась? Где ты?!

По лестнице спускалась Мари. Наша Мари.

Да, я думала, что сошла с ума или у меня начались галлюцинации, вызванные нервным перенапряжением. Я незаметно ущипнула себя, но видение не прошло и, постепенно я осознавала, что вижу то, что есть на самом деле. На руках Мари несла крошечный свёрток — запелёнатого младенца. Должно быть, я выглядела столь глупо и шокировано, что моя кузина почти засмеялась, увидев меня вместо того, чтобы удивиться или выказать хоть какие-то другие эмоции.

— Ты? — пренебрежительно произнесла Мари и сладко улыбнулась. — Стало быть, узнала?

В этот момент Элен выбежала с кухни с каким-то стаканчиком, но графиня Аморвил немедленно крикнула на неё, и та растворилась в тёмных комнатах особняка.

— И что же тебя сюда привело? — наверное, Мари долго ждала ответа, потому что я очень медленно приобретала дар речи, а она успела задать второй вопрос: — Что тебе нужно здесь?

— Я… это твой ребёнок? — это было самое глупое, что можно было произнести, но мысли не складывались у меня в голове ни во что совершенно.

— Мой. И Дерека, — девушка снова надменно просияла, — это наш младший сын. Старший уже крепко спит.

— Старший? — Я хотела спросить, сколько же ему лет, но язык не послушался и Мари, наслаждаясь своим преимуществом, сама стала говорить. Говорить много и очень злобно.

— Судя по твоему виду, я так понимаю, что, либо ты здесь совершенно случайно, либо узнала что-то, но не всё. А всё ты узнаешь сейчас, из первых рук! — эрцгерцогиня заметно пополнела, волосы были распущены и делали её какой-то неприятно симпатичной. — Я всегда ненавидела тебя, Беллона! Ты всегда раздражала меня тем, что у тебя было всё, а у меня почти ничего! Тобой гордились и хвастались, а меня прятали и избегали! Как же долго я мечтала занять твоё место… с самых малых лет, сколько себя помню! Сначала просто завидовала и желала иметь всё то же самое, а потом неистово возненавидела и захотела не просто иметь твою жизнь, но и уничтожить тебя! Чтобы ты не радовалась своим игрушкам, платьям, вниманию к себе, которое оказывалось дочери короля на балах и приёмах! Чтобы не видеть твоего счастья! Я не знала, как избавиться от тебя, но той весной, когда наивная виконтесса приехала из своей деревни и рыцари прибыли на Феир, всё как-то само собой сложилось у меня в голове… но у меня ещё не хватало решимости, пока я не увидела Дерека. Тогда, на охоте. Я знала, что ты влюбилась в него, но как сильно я его возжелала! Он затмил собой всё, он был самым прекрасным, что я видела и знала и вот, я будто воочию увидела, что и он тоже будет твоим! Это было выше моих сил! Я незаметно взяла нож со стола в павильоне и с азартом присоединилась к охоте. Все гнались за животным, а моей целью была ты! Никто ничего не заметил, не было свидетелей, ничего… К тому же, все подумали на олтернцев. Я даже подумать не могла, что всё окажется так просто, но, жаль, моя попытка не увенчалась успехом. Но как поднялся адреналин, как мне захотелось довести до конца то, что я начала!