Мы ничего им не должны! (СИ) - Иванов Петр Иванович - Страница 34

– И этот спит как сука?! – не сразу поверили они в свою удачу, но так и оказалось. После обильной выпивки назначенный Романом караульщик вовсе не считал своей обязанность бодрствовать всю ночь, и мирно посапывал под кустом, укрытый рваным одеялом, очевидно предаваясь мечтам о сладких и покорных городских девках. Короткий кавалерийский карабин валялся рядом, прямо среди покрытой обильной росой травы, случись потребность стрелять – отсыревший порох не вспыхнет на полке и оружие обязательно даст осечку.

– Эти орлы продержатся до первого же прочесывания местности, коли власти соизволят такую операцию устроить! – исходя из своего военного опыта сделал закономерное заключение Фигнер и Сашка с ним согласился. В любом случае любые проблемы бандитов теперь их не касаются. Вскоре они выбрались на узкую, но накатанную проселочную дорогу, по ней можно было передвигаться намного удобнее и главное быстрее. Не прошло и часа, как вдали показались тусклые огни маленького провинциального городка, скорее даже поселка, обычно старинные города независимо от размера и значимости в Европе окружены крепостной стеной, а здесь на оборонительные сооружения не имелось даже намека. Городскую заставу они обошли стороной на почтительном расстоянии, прячась за кустами. Роман не обманул, было видно, что жандармы готовятся к предстоящему выступлению. Во дворе кордегардии царила настоящая суматоха пробуждения воинской части, столь неожиданная для такого раннего часа. Солдаты умывались и спешно готовили себе завтрак, а из конюшни уже начали выводить и седлать крепких толстозадых лошадей нормандской породы. Сашка не мог не подметить, что некоторые привычки и ритуалы у местных служивых точь в точь как у российских. Вот к примеру, молодой солдатик поливает из ведра на руки сержанту, а тот с видимым удовольствием кряхтит разбрызгивая воду по густой растительности на лице. Дальше заслуженному "дедушке" подадут серое полотняное полотенце и обязательно набитую табаком раскуренную глиняную трубку, у французов сигареты пока еще не прижились.

– Предупредить бы их надо? – невольно вырвалось у Александра, его спутник нахмурился, его как видно грызли точно блохи те же самые неприятные мысли и сомнения. Легко сказать, но как это сделать на практике? Если просто выйти к заставе и заявить о предстоящей нападении разбойников, то подозрительных бродяг обязательно задержат на неопределенное время, да еще и подвергнут обстоятельной проверке и тогда их миссия вполне может потерпеть крах. Фигнер прикидывал, не швырнуть ли камень с запиской в окно караулки, но не решился, слишком уж много бодрствующего народу собралось там и во дворе тоже. Не факт, что послание прочитают, зато "метателя" обязательно постараются догнать и арестовать. Мирно спит внизу в живописной долине на берегу тихой реки маленький город, но отсчет времени уже запущен, через два часа здесь будет небольшой филиал ада. Воображение услужливо рисует картину дикого погрома, грязные от копоти костров, словно черти перемазанные сажей разбойники врываются с торжествующими криками в дома, режут и насилуют всех подряд от мала до велика. Пронзительный женский визг заглушает редкие одиночные выстрелы старых мушкетов пытающихся сопротивляться горожан, поздно… "сила солому ломит". Сашка ни разу не участвовал на войне в так называемых "трех днях на разграбление города", различные мелкие безобразия не в счет, но ветераны рассказывали разное и как правило очень нехорошее. Когда масса возбужденных и распаленных жарким боем мужиков внезапно дорывается до женщин религия, мораль и прочие предрассудки, навязанные цивилизацией, куда-то улетучиваются.

– И ведь пострелять по ним не получится для острастки, место открытое, удрать не сможем, возьмут… – вслух размышлял его напарник, – Проще кого-нибудь предупредить в самом городе, пусть уж сами себя спасают.

– Может "романовцы" не полезут сюда, если заметят, что мы от них сбежали?

– Нет братец пустое, слишком уж соблазн велик, когда им еще такой шанс выпадет? А дезертируют у него люди почитай каждый день, посему нас и взяли за место выбывших.

Так они и решили, благополучно пройдя заставу, спутники незаметно проникли в город. На центральную улицу они не сунулись, оно и понятно, по ней взад-вперед всю ночь ходит патруль. Стараясь не привлекать к себе внимания, Сашка и Фигнер, словно два призрака из фильма ужасов неслышно скользили по самым задворкам ночного городка, периодически останавливаясь, замирая и прислушиваясь. Они как дикие звери шарахались в сторону от всякой подозрительной тени.

– Смотри, а у ихнего градоначальника собачки во дворе нет! – заметил Самойлович заглянув через забор в очередной двор по пути, и тут же окончательно определился, – Вот к нему и зайдем!

Без особого напряга они перемахнули через низенькую декоративную ограду, вещевые мешки и контейнер оставили возле огромной цветочной клумбы, под защитой щипов куста роз – для предстоящего "разговора со взломом" лишний багаж будет обузой.

– Попробуй открыть здесь! – Фигнер указал на заднюю дверь, через парадное крыльцо они входить не рискнули. Если вдруг закрыто на засов, то придется лезть в дом через окно, что совсем не желательно.

Замок сухо заскрипел, поддаваясь отмычке, и вот они уже внутри здания, легкое позвякивание генераторного фонарика, луч света быстро пробегает по полу, стараясь держаться в стороне от дверных проемов и окон. Если соратники все правильно поняли на совещании в банде Романа, то отставной полковник спит на втором этаже, а на первом помещаются прислуга и домочадцы. Стараясь лишний раз не шуметь двое, две черные тени быстро скользят вверх по лестнице, но посередине пути, на первом пролете происходит неожиданная встреча: столкнулись "черное и белое"… Секунда и в железных объятиях Фигнера замерла худенькая девочка лет 10 в длинной ночной рубашке до пят. Бедняжка даже пискнуть спросонья не успела, сгребли как мышку в момент и увлекли за собой, только тапочки с тихим шелестом скатились вниз по лестнице.

– Держи и рот ей зажми, иначе весь дом перебудит криком! – он быстро передал свою ошеломленную жертву напарнику. Теперь в гости к местному градоначальнику придется идти втроем. Маленькая пленница в руках у Александра мелко дрожит не то от утреннего холода, не то от страха, не разобрать, но не сопротивляется. Как бы не напугать ребенка до заикания, проскакивает мысль, но теперь уже поздно…

Нужную комнату нашли на втором этаже не сразу, не с первой попытки. Ткнулись в одну дверь – определенно спальня, какие-то девицы или женщины мирно почивают, судя по сложенному на прикроватных тумбочках платью, куклам и обилию всяких безделушек-побрякушек на стенах и многочисленных полках. Быстро-быстро оттуда ушли, никто не проснулся, еще одна лакированная дверь тихо скрипит петлями и луч фонарика выхватывает из мрака уже совсем другие "игрушки": два пистолета и шпага на маленьком столике, значит на кровати рядом скорее всего хозяин этого небольшого арсенала, мэр города и по совместительству отставной полковник, он то им и нужен. Предусмотрительный Фигнер аккуратно отодвинул стол с оружием в дальний угол комнаты, мало ли что в голову пробудившемуся от крепкого сна человеку придет, а они рассчитывают только на разговор, а не на рукопашную.

– Подъем! Тревога! – сильный удар ногой по ножке кровати и луч фонаря безжалостно бьет пытающемуся проснутся человеку прямо в лицо, невольно заставляя зажмурится.

– Что за шутки мать вашу!!! – мэр пытается нашарить рукой пистолет или шпагу, но пальцы находят только пустоту.

– Просыпайтесь живей господин полковник, но не шумите. У нас к вам дело есть! Сашка отпусти девку, хватит ее мять.

Выкрикнув сдавленным тонким голоском что-то вроде "папа-папа", девчонка, точно белое привидение, кинулась к отцу, это в России у детей есть "батюшка" или "тятька", а здесь немного по другому, совсем как в той далекой жизни, к которой уже не вернуться… Теперь о любом активном сопротивлении бывшему офицеру императорской армии придется забыть, хоть и невелика тяжесть повисла у него на шее, но ни один любящий родитель не станет рисковать жизнью дочери в такой ситуации.