Мы ничего им не должны! (СИ) - Иванов Петр Иванович - Страница 84

– Чего ноги зря бить? Чай не казенные, а свои. Сядем в лодку и вниз по течению реки спустимся… Когда содом тут уляжется вернемся обратно и заберем вещи из тайника.

И в самом деле – это мысль, если и была в Париже речная полиция, то ее присутствие совершенно не ощущалось в отличие от сухопутной. Где уж напарник тогда купил или украл подходящее "судно" Сашка так и не узнал, но в "день Х" лодка ждала их надежно укрытая зарослями прибрежного кустарника. Было правда еще одно препятствие, в "пещере", которая одновременно являлась выходом из катакомб на берег, обосновался на постоянное жительство один из местных бомжей. Нашли они это бедолагу, можно сказать по запаху, от мужика не просто сильно "несло", а жутко воняло. Это был один из сборщиков собачьего кала, есть оказывается в большом городе и такая хитрая профессия. Экскременты идут на выделку шкурок, очень может быть все тех же собак, а из полученной после обработки кожи ремесленники шьют обувь, перчатки, шапки самого низшего ценового разряда. Самойлович даже примерные расценки назвал на это "золото" – два су за ведро, но это только за отборный продукт из собачьего питомника. Зимой не для таких занятий не сезон – сырой снег сильно мешает, и бог знает на какие средства "собиратель" в данный момент жил и пил, но трезвым и вменяемым его застать было трудно. В пещере он сидел безвылазно как рак в норе, по крайней мере там было относительно тепло, не то что на улице, где уже давно то дождь, то снег и всегда пронизывающий до костей холодный ветер, – "теплая" французская зима одним словом. Однажды заглянув на берег реки Александр знакомого уже бомжика не обнаружил, тот исчез бесследно.

– Куда ты его дел, утопил что ли? – сразу же спросил он бывшего с ним Фигнера, по катакомбам они в одиночку не ходили.

– Ну и манеры у вас в двадцать первом веке! – возмутился тот, – Чуть, что так сразу и… Денег я ему подкинул, пока тот спал – 100 франков положил прямо под голову. На радостях "собачник" и рванул в трактир. Полагаю, пока сей субъект до последнего су все не пропьет, назад не воротится.

– И насколько ему хватит?

– Смотря, что и как и с кем гулять, по моим расчетам на неделю минимум.

И так конец мучениям, свершилось и Фигнер наконец решился, согласно добытым им сведениям получалось, что "красный зверь" сам шел охотникам в руки. Все обстоятельства как нельзя способствовали успеху задуманного покушения.

– В понедельник в штабе начнется большая военная игра, а значит ОН непременно будет там. У нас остается два дня на последние приготовления. – сообщил он Александру в пятницу вечером.

– Значит все?

– А ты как считаешь… мне этот Париж теперь год жизни должен за такие каторжные труды!

За одними разговорами дело не стало, предстояло проделать массу мероприятий в свое время отложенных на "потом". Например следовало заранее расстировать вещи, что-то поедет с ними в лодке, что-то останется здесь в мансарде и возможно послужит уликами для полиции. Далее последние тренировки, хоть Александр и был уверен, что попадет с семи, или пяти метров гранатой в окно кареты, все равно командир настоял и пришлось полдня швырять камни в специальную мишень. Напарник должен был предварительно разбить окно экипажа пулей. Первоначально Самойлович хотел стрелять из обычного револьвера, к которому уже успел привыкнуть, но сразу же возникли определенные сомнения… Характерный жест, а главное – оружие могли заметить солдаты и офицеры конвоя, такие вещи от профессионального военного не скроешь. Поскольку в момент первого выстрела Александр с Фигнером фактически должны находится как бы "внутри" кортежа любая такая "мелочь" могла погубить хороший замысел на корню. Пришлось сбегать за город к тайнику и посмотреть, что там они в свое время заготовили.

– Вот он родимый, как знал, что сия вещица когда-нибудь пригодится! – и Самойлович гордо продемонстрировал некий предмет с точки зрения Сашки очень мало похожий на пистолет.

Маленький карманный двуствольный пистолетик, американцы называют подобный уродец "дерринджер" в честь создателя, оружейника XIX века Генри Деринджера. Кажется, из подобной хреновины некий актер и застрелил в упор Линкольна. Единственное достоиство такой пукалки – компактность, легко умешается в рукаве и в ладони, все остальное проходит по разделу недостатки. Александр еще в России выложил из контейнера это "чудо-оружие", справедливо полагая, что им оно не потребуется, но выходит Фигнер незаметно подсунул уродца обратно.

– А попадешь? – возникли подозрения у Сашки.

– С девяти шагов, двумя зарядами? Запросто! – заверил тот и теперь уже Александру пришлось настоять, чтобы напарник потратил время на ознакомление и освоение к нового оружия.

Так почти всю субботу на эти пригнотовления и убили, "дерринджер" к слову, несмотря на неказистый вид, не подвел своего хозяина. Без особого труда, и с указанной дистанции Фигнер из него первым же выстрелом поразил цель. Стволы у пистолетика-игрушки короткие, но нарезные, замок специфический – ударной капсюльной системы, однако, спусковой крючок один, а не два как в двустволке и выстрелы производятся последовательно из верхнего и нижнего ствола. Сашка не удержался, собрал-разобрал и почистил напоследок заокеанскую штучку, остался доволен – работает механизм как часы. На человека с такой "пушкой" он бы ни за что в жизни не пошел, да и в бой тоже, а стекла бить подойдет. Самое, что ни на есть хулиганское оружие, своего рода огнестрельный заменитель рогатки.

Затем настал черед "адской машины", в роли которой выступила ручная граната РГД-5. Все заводские маркировки и клейма были тщательно затерты, спилены или зачеканены, теперь уже ничто, ни единая буква не выдавала "русское происхождение" изделия. Александр не удержался и решил попробовать себя в качестве гравера, так на спусковом рычаге появилась надпись, которая сильно бы озадачила людей Фуше, попади отстатки гранаты им в руки.

– Ты что нацарапал грамотей?! Надо было "За бога и Короля!", а у тебя получилось "За бога и круля!" – немало удивился Самойлович, когда увидел результаты творчества своего помощника.

– Зачеканить?

– Нет не надо… увеличь только буквы "Б" и "К", если сможешь. Мы ведь по легенде вандейцы, темные малограмотные крестьяне, посему и так сойдет. Может и за панов французы наконец возьмутся… Молодец, с "крулем" хорошая штука вышла.

– Круль, или король, то кто у них будет после Бони? Все хотел спросить, но вечно забывал.

– А черт его знает, найдут какого-нибудь засранца, к следующей субботе будет видно.

Тем же вечером они закупили необходимые продукты в дорогу, пришлось ради этого совершить путешествие в соседний квартал, исключительно ради конспирации. В воскресенье утром отобранные вещи из числа снаряжения были доставлены на берег Сены в "пещеру" и укрыты там во временном тайнике, их спрятали в обычной яме слегка прикрыв камнями и хламом сверху, извлечь – буквально дело нескольких секунд. Фигнер в последний проверил лодку, посудина на месте и не потекла, впрочем зимой на такое имущество никто обычно не покушается, летом бы и дня не простояла без присмотра, желающих покататься по реке в хорошую погоду всегда хватает. Затем они прогулялись подземными туннелям катакомб и галлереям канализации вплоть до того самого "места", где завтра История этого мира должна кардинальным образом изменится. Возможно к лучшему – кто знает, увидим?

– Вот здесь мы ЕГО, сукина сына и возьмем! – Фигнер указал на чугунную решетку под самым потолком каменного свода, откуда слабо просачивался скудный свет зимнего дня. В этот момент сверху по мостовой прогрохотал какой-то большой экипаж или может быть ломовая телега, Александр невольно вжал голову в плечи, хоть и привык к таким эффектам за время работы по раскопкам канализации.