Сильнее меня (СИ) - Шторм Елена - Страница 2

В этот раз я киваю медленно.

Нет, конечно нет. Подлецом Лаэма я бы никогда не посчитала. Мы не то чтобы друзья — пожалуй, было бы странно называться подругой высшего аристократа, ещё и с репутацией повесы. Но Лаэма я знаю уже шесть лет благодаря учёбе в одной академии. У нас были разные факультеты, разные компании и даже интересы — но мы как-то встретились в библиотеке, где он страдал над заданием, которое должен был сдать наутро. Я согласилась ему помочь. Признаюсь, отчасти посчитала, что благодарность отпрыска высокого рода мне пригодится. А отчасти потому что очень уж несчастным он выглядел. И как-то после этого закрутилось.

У него и впрямь репутация легкомысленного красавца, любящего женщин и гулянки. Но я убедилась, что девушек он умеет не только соблазнять, но и быть им приятным товарищем. Между нами ничего не было кроме этого подобия дружбы — и кроме одной попытки с его стороны, о которой мы договорились забыть.

А теперь он сидит передо мной и предлагает стать его невестой.

— Мы никому не причиним вреда этим маленьким обманом, — Лаэм подаётся вперёд, проникновенно глядит мне в глаза. — Мне просто нужна помощь, и я не представляю, к кому ещё обратиться.

— А тебе так сильно необходимо это наследство сейчас? Ты же не бедствуешь, — уточняю я, и знакомая тревога, пробуждённая этими словами, колет грудь.

“В отличие от меня”.

— Я… как и сказал, сейчас бы деньги мне пригодились. Я хотел вложиться в одно дело. Уже настроился, стал договариваться с людьми. Да и лаборатория сейчас переживает не лучшие времена.

— Эта лаборатория? — я едва не вздрагиваю, потому что сердце холодеет.

— Увы. Нет, ты не волнуйся за неё слишком сильно, но…

Взгляд Лаэма становится немного виноватым.

Потому что наш разговор начался с того, что он признался: ему доложили о просьбе, с которой я пришла к его секретарю две недели назад. Достаточно смелой просьбе. Выдать мне жалование за полгода в счёт будущей службы. Это и правда было… да стыдно, чего скрывать. Я не привыкла к слишком роскошной жизни, но и нуждаться в деньгах — тоже. Как дочь пусть и небогатого, но дворянина. Пока что титулы у моей семьи не отобрали.

Зато кто бы знал, что моя попытка найти деньги обернётся таким вот предложением. Практически руки и сердца.

— Послушай, Эларин. Я бы предложил помощь и так, если бы мог, — Лаэм словно продолжает извиняться. — Но не могу. К тому же, раз ты призналась, что тебе нужна сумма больше.

Я уже мысленно отругала себя за то, что открылась ему слишком быстро. Дала слабину, когда он участливо стал выпытывать, в чём дело. Потому что просто устала.

Потому что последний месяц был невероятно тяжёлым.

Спросите меня, каково это: когда твой отец, всегда вроде бы разумно распоряжавшийся состоянием, в почтенном возрасте заключает несколько неудачных сделок подряд. А затем решает всё исправить, заключив ещё одну — сделку своей жизни. Слышит о новой соли, которая по слухам обладает почти чудодейственными свойствами и очень пригодится лекарям в крупных городах. Занимает денег, закупает большую партию, а буквально через неделю узнаёт, что ещё несколько лордов и купцов привезли эту же соль, причём раздобыв по цене куда ниже. Что рынки ею переполнены.

Теперь у нас дома много лидийской соли.

И кошмарные долги.

Мы никогда не жили бедно. Я всегда была благодарна отцу за то, что он о нас заботился. Но сейчас постоянно думаю: у меня две сестры! Средней, Хелле, нужно ещё три года оплачивать учёбу в академии. Младшей — поступить туда следующим летом. Обеим нужно встать на ноги. У мамы далеко не то здоровье, что в молодости, ей противопоказаны волнения, как и работа.

Приходится отчаянно крутиться. Держаться за работу самой, хотя и с этим не всё гладко! Упрашивать лорда Веслера, у которого отец занял большую часть денег, разбить долг на части, растянуть на пару лет. Обещать, договариваться и искать способы снизить расходы. Прислугу мы освободили месяц назад, родовой особняк грозит полететь с молотка.

И обо всём об этом никто не должен знать. Потому что если узнают, позора не избежать.

Но вот, Лаэму я проговорилась.

И этот великолепный аристократ предлагает совершенно неожиданное решение многих проблем. Меня разрывают противоречивые чувства.

— Послушай, Эла, — старый знакомый посылает мне взгляд серых глаз. — Мы ведь в похожем положении. Я долго думал, что мне делать, к кому я могу обратиться. А потом миссис Марнэ сказала, что тебе тоже нужны средства. И я понял: ты поможешь мне, я тебе. Это же просто судьба.

Что-то в его взбудораженном состоянии накрывает меня теплом. Потому что он даёт мне надежду, такую нужную и важную.

— Мне действительно потребуется немалая сумма, — борюсь с желанием закусить губу. Руки, вцепившиеся в подлокотники кресла, уже ледяные. Хотя, может, для рода Шеров эти деньги и смешные.

— И я смогу тебе её предоставить. Как плату за то, что ты сделаешь для меня.

Всё это слишком соблазнительно, слишком!

— Но для снятия печати ведь не достаточно, чтобы я просто назвалась твоей невестой? — возвращаюсь я мыслями в реальность. — Что на самом деле нужно?

Лаэм на миг отводит взгляд, и это меня беспокоит.

— Верно. На самом деле, ты, ну, должна понравиться моему брату.

Приподнимаю брови.

— Убедить его, — отвечает на моё удивление Лаэм. — Я ведь рассказывал тебе о Траяре? По условиям он должен одобрить мою невесту. Ну а кто ещё, если отца больше нет? Он всегда был старшим сыном, надёжным, ответственным. Вот и получил право контролировать мою жизнь.

— А вы не можете просто договориться?

Я знаю, как работают магические печати. По долгу службы даже очень хорошо. Обычно качественные лазеек не оставляют, но вдруг?

— Если Трай не одобрит мою возлюбленную, печать просто не примет условие. Даже если я расскажу ему в красках о своих переживаниях. Нет-нет, он ничего не должен знать. Должен благословить мой выбор искренне. Я не люблю врать Траяру, да и отцу тоже, но как ещё здесь быть?

Не врать? Жениться по-настоящему?

Но я молчу, лишь слабо раздумывая, что это условие мне не очень нравится.

— И ты считаешь, твой брат примет меня?

— Почему бы нет?

— Потому что я не из вашего круга, для начала? Мы не равная пара. А уж если он узнает о бедах моей семьи…

— Он не узнает, мы позаботимся об этом, — Лаэм неожиданно подаётся ещё ближе и накрывает мою руку своей.

Я невольно замираю. Пытаюсь представить, к чему ещё всё это приведёт: пойдут наверняка слухи, сплетни.

— Знаю, как джентльмен я должен заверить, что твоё положение вовсе не имеет значения, — он улыбается тепло и даже как-то смущённо. — Но, увы, я понимаю, о чём ты. Не волнуйся. Мы же живём в относительно свободное время, правда? Я имею право влюбиться в девушку ниже статусом. На мне, в конце концов, не висит бремя древней крови — и я всегда был этому только рад.

У него такой мягкий голос. Уверенный. Беспечный тон. Словно ничего, ничего ни плохого, ни опасного он мне и в самом деле не предлагает.

Может ли это и вправду сработать?

Всё это похоже на шанс. Удивительный шанс, который судьба, вовсе не благосклонная ко мне в последнее время, неожиданно достала из рукава и положила передо мной, сжалившись. Прямо как магическую пирамидку — ещё одну печать, которую Лаэм вертит в пальцах и которая может скрепить наш контракт.

Магия не позволит мне никому разглашать условий сделки — это мы тоже успели обговорить. Но это не страшно. Лаэма я знаю — достаточно, чтобы верить, что он говорит правду и не причинит мне вреда.

Я…

— Я должна подумать, — сообщаю глухо.

Просто обязана. Отец поддался эмоциям — и спустил всё состояние. Я не должна вести себя так же.

Лаэм смотрит на меня грустно.

— Ладно. Конечно, — убирает руку со вздохом.

Я встаю. Знаю, что мне надо встать, уйти и подумать обо всём в тишине. Благодарю Лаэма ещё раз и направляюсь к двери. Но где-то на полпути меня вновь пронзают иглами тревожные мысли.