Не умирай раньше меня (СИ) - Домосканова Ольга Геннадьевна - Страница 45

— Ты еще кровать с собой возьми.

Куратору стало стыдно. Всё же он взрослый мужчина, почему он должен бояться какой-то поездки на природу? Он тяжело вздохнул. Всё же, надо признать, ему не хватало армейской школы.

Я собрала всю команду вместе на обсуждение насущного вопроса. Вопреки ожиданиям, ребята приняли мою идею нормально, даже прониклись, но вопросы всё равно остались.

— А размер ты его знаешь?

— Да и вдруг не угодим? Давай деньгами лучше.

— Деньги он не возьмет, — возразила я. — А кроссовки ему взять придется. Скинемся по тысяче, сумма получается нормальная, я пойду в спортивный магазин и заранее договорюсь об обмене.

— Только ты это… Сама дарить будешь, — забеспокоился Чен. — А то как-то знаешь ли — мужики мужику подарки делают…

— Нет проблем. Давайте деньги.

Так у меня оказалось пять тысяч, к которым я прибавила еще и свою.

— Лиана, ты ж там скажи, что это от четких парней, — предупредил все тот же Скарецки. — Что от всех.

— Не волнуйся, Чен, даже скажу, что ты передавал ему поцелуи.

— Ты палку-то не перегибай, Лиана! — набычился он. — Не хватало еще!

Я расхохотались. Парни поддержали. И только Скарецки надулся, бурча себе под нос.

В среду вечером Алестер завершал последние приготовления к поездке, поэтому остался в колледже. Он заполнял необходимые документы, комплектовал аптечку, паковал спальники и упаковывал продукты. Отвлек его телефон.

"Я уже полчаса в парке. Где вы?"

Он не ожидал, что сегодня Ранхил захочет заниматься, поэтому не предупредил, что его не будет.

"Сегодня без меня"

Ответ пришел незамедлительно и очень удивил тренера.

"Мне очень нужно вас увидеть"

Интересно, подумал Агеллар, что же такого произошло, что он очень понадобился девчонке? Не то, чтобы он был против, скорее наоборот, просто не ко времени это.

"Я в колледже, приходи к черному ходу"

"Пять минут"

Агеллар хмыкнул, доставая ключи от другой двери и от спортзала. Окинул взглядом царящий в тренерской беспорядок и пошел открывать.

Она явно бежала, таща в руках объемистый пакет, в котором угадывались очертания коробки.

— Извините, тренер, я не займу слишком много вашего времени, — запыхавшись, проговорила она. — Я только хотела вам кое-что отдать.

Она протянула пакет и собралась уходить.

— Ты принесла мне бомбу? — он приложил пакет к уху. — Странно… Не тикает.

— Я не знала размер, но, если что — можно обменять, — словно не услышала она. — До завтра, тренер.

— Ты только поэтому и приходила?

Она обернулась.

— Не только. Я увидела вас, это главное.

— И бежишь? — ему не хотелось, чтобы она уходила. И хотелось знать, что в коробке.

— Не хочу, чтобы вы отказались, — призналась она.

— Пока, Ранхил. К девяти в колледж, помнишь?

— Да, тренер, — бросила она, уходя.

Он вернулся в тренерскую и аккуратно достал коробку. На крышке оказался логотип известной фирмы, выпускающей спортивную обувь.

— Вот…засранцы! — выругался тренер, срывая крышку и обнаруживая внутри белые кроссовки, точь-в-точь как сгинули в пасти Лейба. Перевернув один из них подошвой вниз, Алестер усмехнулся — даже с размером угадали.

На дне он увидел сделанную маркером надпись:

"Тренеру Агеллару от команды удачливых неудачников"

Утро… Свежее, румяное, обещающее жаркий день. Солнце слепит глаза, а на душе тягуче-радостно, словно от предвкушения чего-то хорошего, необычного, грандиозного. Гидра трещала без остановки. Ее не смущало даже то, что я ей не отвечаю, похоже, для нее это было неважно. По дороге к нам присоединился Ривара, забравший мою сумку, и Чен, несущий за спиной гитару.

— Скарецки, ты играть умеешь? — удивилась Гидра.

Чен приосанился.

— Три аккорда знаю.

Мы с подругой переглянулись и тихонько похихикали. Три аккорда знала даже она, так что гитара ехала с нами как полноценный пассажир. Может, найдется кто-нибудь, кто знает больше.

Народ возле колледжа уже почти собрался. Издали я насчитала вместе с нами тринадцать человек. Лагерра, пасмурный, как осеннее небо, таскал вместе с парнями в автобус тюки и мешки. Из знакомых была только Алиса — ее наверняка пригласил Ривара. Чен позвал длинноногую куколку, остальные приглашенные мне были не знакомы.

— Всем привет! — поздоровались мы, с интересом рассматривая друг друга. Все люди как люди надели спортивные костюмы, кто-то особо доверчивый к погоде — шорты, куколка вырядилась в короткую джинсовую юбку. Девочки смотрели на нее с сочувствием, парни — с нескрываемым восторгом, Скарецки же едва не облизывался.

Наконец, я увидела Агеллара. Тренер руководил погрузкой продуктов и ненадолго обернулся. Он не изменил своему черному костюму, дополнив его кепкой и солнцезащитными очками. Мое сердце забилось в эстетическом припадке — так он был хорош. Я кивнула ему, на что он широко улыбнулся. На душе сразу стало теплее и словно зашевелились бабочки. Я хотела подойти к нему, но меня остановил печально знакомый возглас за спиной:

— Алестер, сегодня просто замечательное утро!

Я обернулась. Прямо за моей спиной стояла Покровен, затянутая в розовый спортивный костюмчик, вся такая нежная и воздушная, словно ванильное облако. Она была как всегда идеальна — прическа, маникюр, макияж, одежда. Даже новая спортивная сумка на плече, купленная явно именно для этой поездки, и та не выбивалась из общей картины. Я резко поправила свою, видавшую виды сумку, и улыбка сползла с моего лица. Улыбался тренер явно не мне. Теперь мне стало понятно, кого он позвал.

— Загружаемся! Нам еще полтора часа ехать.

У дверей автобуса началось столпотворение — каждый хотел занять лучшее место. Первыми в автобус вломились ребята, оставляя нас растерянно хлопать глазами.

Агеллар заметил это безобразие. Встал у двери и громко скомандовал:

— Всем покинуть автобус!

Ребята недоуменно переглянулись и нехотя вышли.

— Всех вас надо учить хорошим манерам, — попенял тренер. — Сначала садятся девочки, потом все остальные. Упор лежа принять! По тридцать отжиманий, для закрепления эффекта.

Парни синхронно вздохнули и исполнили указание. Агеллар сделал приглашающий жест.

— Прошу вас, рии, занимайте места согласно купленным билетам.

Нам не хватало только длинных юбок в пол, которые мы смогли бы подхватить и торжественно подняться в автобус. Уже изнутри мы наблюдали, как ребята, стреляя мрачными взглядами в тренера, выстроились в ряд, ожидая разрешения с его стороны. Даже Лагерра затесался в тот строй.

— Заходите уже, — кивнул Агеллар, пропуская всех вперед.

Сам он зашел последним и занял место рядом с водителем.

Всю дорогу студенты пели песни. Безобразно фальшивили, этого не отнять, но получалось у них очень даже неплохо. Агеллар пару раз подпевал, потому что стадному инстинкту невозможно не поддаться, даже хмурая Ранхил участвовала. За долгую дорогу они перепели весь молодежный репертуар, едва не перейдя на клубняк. Скарецки попытался изобразить и его, но девочки жестоко высмеяли его жалкие попытки.

В лагере было очень оживленно — день заезда, все-таки. Машины и автобусы все оставляли на стоянке, а до места привала еще нужно было пройтись пешком. Алестер с удовольствием посмотрел на вытянувшиеся лица некоторых студентов и коллег, когда сообщил об этом. Вещи разобрали, палатки Агеллар выдал по одной на пару человек, после чего автобус был отпущен с договоренностью вернуться за ними вечером в воскресенье. Дальше предстоял путь через перелесок, за которым им и предстояло расположиться.

Еще перед выездом Агеллар прикинул, кто с кем расположится. Для Покровен он взял отдельную палатку, чтобы не стеснять Железную Рейну никем из студентов. И вот теперь она стояла и смотрела на тренера жалостливо, мол, как же мне, бедняжке, ее тащить?

— Куратор, — обратился он к Лагерре. — Нам с вами придется соседствовать, все это время, так что нашу палатку я понесу сам, а вы помогите рейне Покровен.