Разящий клинок - Кэмерон Майлз - Страница 58

Прокладывать маршрут Красный Рыцарь предоставил Гельфреду. Охотник лучше всех ориентировался на местности, и если он заблудится, то стоит дать ему время нащупать путь. Поэтому Красный Рыцарь сидел в седле, сдерживая свою досаду, как осаживал ратного скакуна — здоровенного жеребца, с которым только начинал налаживать дружеские отношения.

Гельфред поехал вперед, растворяясь в сланцево-сером сумраке. Две минуты, пока его не было, тянулись невыносимо долго.

— Порядок, — доложил он, вернувшись. — Прошу прощения, милорд. При таком свете все выглядит не как обычно.

Лицо у него было откровенно измученное.

Красный Рыцарь хлопнул его по бронированному плечу.

— Веди нас.

Гельфред кликнул Эмиса Хоба и его пажа.

— Ступайте и приведите всех — мы заехали слишком далеко на запад. — Капитану же он сказал: — Нам нужно подождать, пока стрелки не выставят заслон заново.

Капитан взглянул на полоску предрассветного неба, похожую на волчий хвост. Но то был лишь зодиакальный свет, а не истинный восход солнца. Время у них заканчивалось.

— Нам некогда дожидаться ваших людей, — сказал он. — Придется быть самим себе дозорными.

— Я поведу, милорд, — кивнул Гельфред. — Вы знаете, чем мы рискуем.

Красный Рыцарь громко рассмеялся:

— Мы можем нарваться на засаду?! В путь! Кто приходит первым, тому и честь!

Гельфред состроил мину.

С охотником поравнялся Ранальд Лаклан.

— Мать его так — с чего он такой жизнерадостный поутру? Впрочем, могло быть и хуже — спасибо, хоть не богохульствует.

— Согласен, — со вздохом буркнул Гельфред и развернул коня.

Увы, их невзгоды не кончились.

Коль скоро не прошли вперед разведчики, согнать с дороги поднявшихся засветло фермеров было некому. И вот за милю до цели отряд достиг большой развилки, которая оказалась забитой овцами от стены до стены. Сотнями овец.

Два пастуха, сидевших на пони, свистом и посохами направляли дюжину собак. Гельфред слишком плохо знал архаику, чтобы вступить в перебранку. Перекресток был закупорен полностью, не хуже, чем отрядом копейщиков, окажись они на том же участке. И самое плохое: ратные кони пришли в ярость из-за овец, которые кучковались в опасной близости от их беззащитных ног.

— Да перебейте их, и делу конец! — крикнул Плохиш Том.

Капитан сунул руку в поясной кошель и устремился вперед.

— Тоби! — крикнул он через плечо. — Деньги!

Пастухи, освещенные луной, мгновенно перешли от трусливой воинственности к охотному сотрудничеству. Защелкали кнуты, залаяли псы, и вот огромная, аморфная отара попятилась и начала отступать на боковую дорогу. Пастухи поклонились, вознесли благодарственные молитвы, и войско наконец смогло двинуться дальше. Небо отчетливо посветлело.

За время простоя подтянулись разведчики Гельфреда. Они вернулись в начало колонны и рассредоточились по всем трем ответвлениям.

— Почти пришли, — сказал Гельфред — серый, как сам рассвет.

— Представляете, что бы случилось, если бы нам пришлось на ходу сражаться? — спросил Майкл.

Никто не ответил.

Теперь, обезопасив фланги, они поехали рысью и достигли главной дороги, когда солнце взошло над раскинувшимся впереди городом. Оно позолотило сотню медных куполов, которые зажглись, как пожары; три тысячи монахов затянули гимны, ознаменовавшие начало нового дня, а четверть миллиона горожан проснулись, в очередной раз не ведая, что он готовит. Дорога была окружной, из тесаного камня, ее построили тысячу лет назад. Достаточно широкая, чтобы проехали шесть повозок, составленных в ряд, она тянулась вдоль стен девять миль от Вардариотских ворот на восточном берегу Морейского моря до Королевских ворот на северо-западной стороне кольца.

Войско прибыло в намеченный пункт, где дорога ныряла в низину. Вокруг на дальность полета стрелы не было ни кустика — лишь вдалеке виднелись одинокий огромный дуб и маленькая вилла.

Красному Рыцарю не понадобилось размещать войска — каждый отряд направился к своему месту, как они отработали за минувшую неделю дважды, и воины спешились.

Взявшись за руки, Красный Рыцарь, швея Мэг и Гельфред навели на войско чары, а после напустили на долину легкий наземный туман. При помощи Гармодия капитан поместил заклинание в темно-зеленый перидот — красивый камень, прихваченный у коробейника. Приличный драгоценный камень позволял сфокусировать сложное заклятие; кристалл вдобавок придавал ему устойчивость и этим продлевал действие.

Спустя полчаса Гельфред вернулся и поднял забрало.

— Милорд, позади никого. Они здесь не проходили.

Еще через двадцать минут над ними закружил черно-белый орел величиной с боевого коня.

Сэр Алкей подъехал к Красному Рыцарю.

— Милорд, эта птичка явилась по нашу душу. Ей ничего не видно сквозь вашу иллюзию, но наше местонахождение она выдаст любому морейцу.

Капитан вздохнул.

Объединившись с Гармодием, он извлек заклинание из камня. Затем осторожно переиначил его так, чтобы верхушка иллюзии приоткрылась.

Птица заметила их и снизилась.

Он замкнул заклинание и вернул его в камень.

— Это отбирает больше сил, чем полдня работы, — угрюмо посетовал он. — Со следующей напастью мы разберемся по старинке.

Пока все лошади шарахались от гигантской птицы, Алкей прочел донесение.

— Вардариоты идут, — сообщил он. — Они выступили прошлой ночью после полуночи. Вооружены и собраны в конный отряд у ворот Ареса.

— Что ж, мы свое дело сделали, — кивнул капитан. — Может быть, чересчур неприметно?

Его люди зашевелились. Взошло солнце, появились мухи. Лошади занервничали. Женщины, ехавшие в обозе, затеяли болтовню, и со стороны солдат до командования донесся негромкий гул.

Дэн Фейвор подъехал, когда городские монахи приступили к заутрене.

— Две тысячи человек, — доложил он радостно. — Меньше чем в миле отсюда.

Капитану не удалось скрыть вздох облегчения. Он печально улыбнулся.

— Конечно, нам все еще предстоит победить в бою, — напомнил он.

Морейские страдиоты прибыли ровным строем с мощным авангардом почти в шестьсот человек и сотней истриканских конных лучников. Они припозднились и двигались быстро. Основное войско держалось в нескольких сотнях ярдов позади: без малого две тысячи лошадей, никакой пехоты и никакого обоза. Не было и знамен, зато в середине войска могучие мужи держали на копьях две огромные иконы.

Капитан спешился и положил на камень свой перидот. Тоби вручил ему боевой молот и встал рядом, держа его шлем и копье.

— Если мы здесь надолго, мне понадобится соломенная шляпа, — сказал тот. Солнце припекало.

Морейцы ехали по дороге рысцой. Небольшие группы истриканцев то и дело отлучались на что-то взглянуть, но колонна спешила и двигалась по безопасной местности.

Когда вражеский авангард приблизился на расстояние полета стрелы, капитан поднял молот и опустил его точнехонько на перидот, который разлетелся на тысячу зеленых кусочков. Камень погиб, замысловатая иллюзия распалась, и те, кто был прикрыт заклинанием, приобрели хороший обзор.

Вокруг засвистали, и лучники натянули тетиву.

Отряд конных лучников, который отъехал от колонны для осмотра фермы, был встречен роем стрел от разведчиков Гельфреда. Уцелевшие выхватили из чехлов свои луки и привстали в стременах; выстрелив, они устремились к основному войску и на скаку продолжали рассылать стрелы назад, через конские крупы.

Бой не продлился и двух минут, когда Красный Рыцарь тоже привстал и взревел:

— По коням!

Большинство лучников уже приготовились встретить врага и сидели в седлах, как все тяжеловооруженные всадники, а пажи, передав первым и вторым лошадей, поспешили на поиск своих. Сказалась неопытность; старшие пажи очутились впереди отряда, новички — позади, а слева от центра. среди копейщиков сэра Алкея, воцарился хаос. Красному Рыцарю не было видно из-за чего. Не мог он и ждать.

— En avant! — крикнул он. — Вперед!

И все его войско тронулось с места тремя конными рядами: тяжеловооруженные всадники — впереди, а пажи — в тылу.