Ведьма и закон. Рождение легенды - Чепенко Евгения - Страница 10

– Да, – Руся кивнула. Теперь она пребывала в шоке от иного открытия. – Самой мне о таком читать никто не позволил бы, ступень не та, но баба Беря рассказывала. Есть у аптекарей технология расслоения реальности. Пугающая вещь и жутко сложная. Ею никто не пользуется…

Руся с надрывом вздохнула. Голова вдруг закружилась, и стало подташнивать. Она сделала пару шагов до стены и, едва не сбив затылком картину, оперлась о прохладную гладкую поверхность спиной.

– Там вроде как сначала систему собрать под конкретную задачу надо, потом обучить, потом протестировать. Это все занимает уйму времени и сил. У мага нет столько сил.

– Значит, расслоение реальности, – задумчиво проговорил Лик. – Занятно. И третье, Рыжик. Только не пугайся. У нас нет возможности отсюда уехать. Мы с Иму утром прогулялись по окрестностям. Телепорта, к сожалению, на месте нет.

Не пугаться? Маруся пискнула и начала медленно сползать по стене.

– Он собрал их две…

Лик прервался и с тревогой взглянул на ведьму.

– Одна занималась детьми, вторую подключил к щиту.

– Эй. – Ликург сел рядом со своим беспомощным перепуганным Рыжиком. – Не переживай так.

Маруся всхлипнула и оперлась лбом о его плечо.

– Это я сказала, что дом безопасен.

– Ну, он и вправду не опа… – Эйдолон сощурился и пригляделся к трем светлым дощечкам в полу рядом с попой Рыжика. – Не опасен. Он всего лишь защищается. Пойдем-ка к остальным.

Лик встал сам и поднял Марусю.

Гуниду сидел на спине мушруша, скрестив ноги, и с нескрываемым любопытством наблюдал за тремя группами созданий. Первая тройка – Тварь и двое его подчиненных – почти два года бродили по этим болотам. Вторым слоем шла пятерка незадачливых сотрудников МУП. В сети своей новой реальности они попали около часа назад и еще не знали об этом. Зато знали остальные трое «4А5». У Маруси, Ликурга и Шута вышла своя собственная реальность.

Дингир подпер щеку кулаком и с улыбкой залюбовался плавным, грациозным покачиванием бедер ведьмы. Очаровательное создание с любого ракурса. Она была явно растеряна и напугана. Видимо, поэтому не выпускала руки Эйдолона.

– Эй, – окликнул Гуниду, когда бог с ведьмой остановились в паре метров от мушруша.

Шут с трудом выглянул из облака и уставился немигающим взглядом на сына Гулы.

– Хочешь ко мне?

Безумец усмехнулся и вновь растворился в носителе. Дингир поморщился. Оправдались самые худшие его опасения. Не так давно Гуниду общался с Эйдолоном, и Шут тогда был всего лишь заложником. Теперь сосуд изменил свою структуру, став связующим звеном двух разных маниту. Вслед за Шутом на гиену взглянула Маруся.

– Змий его сожги, – прошептал недовольно Эйдолон, когда блуждания по болотам в поисках команды не дали результата. Все исчезли: Горица, Иму, Мосвен, Клеомен и Зверобой.

Маруся руку шефа не выпускала с тех пор, как они покинули дом. На всякий случай. Так было надежнее. Лучше прослыть трусихой, чем остаться один на один с этим жутким местом.

– Ну-ка, Рыжик, расскажи, что знаешь про дом и расслоение. Предположениями тоже поделись.

Лик сжал ладонь ведьмы крепче и направился к дому.

Руся кашлянула и попыталась собрать мысли воедино:

– Ну… Теоретически, мы все живем и блуждаем тут, только не воспринимаем друг друга. Наше зрение и слух несовершенны. Мы ведь не видим мир вокруг, мы видим свет, точнее, излучение видимого спектра. Все предметы в пространстве расставляет наш мозг. Достаточно изменить свет, чтобы спрятать даже очень большой объект. То же самое со слухом. Звуковые волны можно менять или отражать.

– Я их чувствую, – согласился Лик. – Они рядом.

– Извините, не очень умею воспринимать маниту, – виновато промямлила Руся.

– Неважно. Еще что скажешь?

Маруся на секунду задумалась.

– Я бы предположила, что можно на предметы натыкаться и наощупь проверять – живое или неживое. Вон те заросли, к примеру, – она кивнула на колючие кусты, мимо которых вела узкая тропа. – Я бы так и прятала.

Лик усмехнулся. От зарослей разило холодной хищной тварью. Разумным существом не веяло. Если кто и прятался в колючках, то змея, не иначе.

Руся поняла, что шеф к ее словам отнесся скептически, и тем не менее, проходя мимо, сначала внимательно взглянула на кусты, затем выпустила руку Лика и пошла прямо в заросли.

– Привет, – улыбнулся гиена. Ведьма вскрикнула и попыталась освободиться из объятий сумасшедшего бога. Мушруш, не готовый к новым наездникам, взвыл и встал на дыбы. Хозяин зверя и его новая спутница оказались на мокрой холодной земле. Точнее, Дингир лежал на земле, а Маруся – на нем.

– Стоило догадаться, что вчера почувствовал след твоего маниту, – сдержанно проговорил Лик. Он подхватил Рыжика и поставил ее позади себя.

– Мог бы дать подержать, – равнодушно ответил Гуниду.

– Что ты тут делаешь? – не обратил внимания на его слова Эйдолон.

Дингир устало вздохнул и поднялся.

– Ровным счетом ничего. Отдыхаю. Здесь тихо. Никто не суется. Старый охотничий домик вечно пустует.

Гиена постарался отряхнуть с одежды воду, налипший мусор и мох.

– Красота! Была, – недовольно закончил он. – Теперь охранный комплекс меня к опасным субъектам причислит.

Дингир оглянулся.

– Ну, точно. Только что всех видел. Теперь даже Желтопузика не вижу.

Услышав кличку мушруша, Руся высунулась из-за спины шефа и уставилась удивленно на гиену. Из нимфы кровожадную охотницу жестокую сделал, людей не жалел, а монстра с крокодильей пастью нежно Желтопузиком зовет? Псих!

– Из неопасных перешел в разряд особо опасных. – Дингир устало вздохнул и снова приветливо улыбнулся Марусе. – Давно не виделись. Как дела?

– Н… Это, – опешила ведьма. – Н. Ырмально. Нормально то есть.

Лик с удивлением и насмешкой изучал выражение лица Дингира.

– Секунду подожди. Я извиниться хочу, – ответил гиена на взгляд Эйдолона, затем вернулся к Русе. – Мадемуазель, простите меня?

– За что? – невнятно пробубнила Козлова в спину начальника.

– За излишнюю агрессию и назойливость. Я не сумасшедший. У меня просто со всеми пороговыми запретами беда. В основном с эмоциональными. В планы входило немножко этим рыжим носом воспользоваться, и все. Вреда точно бы не причинил.

Гуниду прищурился и перевел насмешливый взгляд на Эйдолона. Ликург об истинных намерениях Дингира относительно Маруси был осведомлен, но ей, кажется, сообщить не потрудился.

– Она знает, – Лик угрожающе нахмурился. Гиена был последним созданием, которому он бы взялся объяснять, что у Рыжика память своеобразная. – Часто здесь бывал?

– Часто, – не стал спорить Гуниду. – Но о доме мало что знаю. У нас был взаимный нейтралитет. Я не интересуюсь магией Арно. Она не обращает внимания на меня.

– Хочешь сказать, тебя никогда не увлекали эксперименты старика?

Дингир рассмеялся.

– Шутишь? Планы порабощения людей, созданий и обоих миров – не мое. Скука смертная!

– Пойдем, – Лик развернулся и увлек за собой Козлову.

– Я с вами. – Гуниду поравнялся с Марусей. Эйдолон, само собой, тут же оказался между гиеной и ведьмой. Не то чтобы Дингир серьезно рассчитывал идти рядом с ней, но попробовать стоило.

– Раз выбора нет, полюбопытствую. Плюс, нечто полезное для вас, возможно, все же знаю. – Гуниду оскалился в ответ на угрожающий взгляд Лика.

– Что? – рассеянно откликнулась Руся. Идти рядом с опасным богом шеф ей не позволил, но говорить-то не запретил.

– Например, что вас не разделить. Сосуд соединил два маниту воедино. Созданиям попроще такое не заметить, а вот мне и здешней охране очевидно: вас не расслоить. Еще знаю, что пытаться вытягивать остальных членов группы бесполезно. Трата времени…

– Думаю, систему давно не обучали, – прервала Руся Гуниду. – Отсюда такая неэффективность.

– Аптекарь? – удивился гиена.

– Ученик, – озадачилась Руся.

– И тут успел знания приобрести, – сощурился Лик.