Мой домовой — сводник (СИ) - Горышина Ольга - Страница 52

Веселкин тем временем вытащил из холодильника шампанское, сорвал с горлышка золотинку и выстрелил пробкой в ладонь, довольно тихо. Затем наполнил бокалы до краев: пена пошипела и осела, не пролив на стол даже капли. Чувствовалась рука профессионала.

— Как назвали? — спросила я тут же, сжав холодную ножку бокала, чтобы Веселкин не перешел к более опасной теме. Например, спросил про кольцо.

— Агата. Пятьдесят один сантиметр. Три сто. Фотки показать? Аркашка прислал.

Мои уши и так предательски пылали из-за страха быть пойманной за потерей драгоценности, а тут еще Веселкин вплотную придвинул ко мне стул и протянул на ладони айфон. Я чувствовала себя будто в бане, но он заботливо окатил меня ведром студеной воды. Я сначала вздрогнула: вместо вымытого запеленутого младенца, на экране появилось нечто красное, орущее и с целой пуповиной… На следующем экране рядом оказались ножницы. Я подняла на Виктора глаза.

— Ты тоже присутствовал на родах? — спросила я с непонятной дрожью в голосе.

Тот отрицательно мотнул головой.

— И поэтому Оля сказала, что одна больше рожать не будет, — по его губам скользнула мечтательная улыбка. — Я немного завидую Аркашке. Перерезать пуповину своему ребенку должно быть очень круто…

Я снова вздрогнула. Он снова улыбнулся и поднял бокал.

— Чтоб все были здоровы и счастливы!

Стекло звякнуло. Мы сделали по глотку и отставили бокалы. Точно по команде. Но кто нами командовал? Разве мы сами по собственной воле могли сойтись на этой кухне в десять часов вечера за рассматриванием чужого младенца? Если только притащил нас сюда кот, который сейчас чинно сидел в коридоре, будто ждал от нас приглашения войти. Но мы не спешили его приглашать. Веселкин, он вообще не обернулся на появление Чихуни.

— Что будем делать завтра? — спросил он без всякого стеснения, нагло разглядывая меня прищуренными глазами поверх очков.

— Я завтра работаю с одиннадцати до двух, — ответила я спокойно и сделала еще глоток.

Шампанское холодное, сладкое… Как я люблю…

— Мы с Глебом погуляем на площадке, а потом? Хочешь в Пушкин смотаемся или в Павловск белочек покормить?

Вот прямо мечтала покормить белочек с его сыном! Они что, собрались гостить у меня до понедельника? Это как бы шло вразрез с моими планами. И Вадим… Он может заявиться в субботу вечером. В воскресенье он работает и ждать лишние два дня явно не намерен. Присутствие этих двоих в моем доме объяснить будет куда сложнее той дурацкой фотографии!

— Витя, как ты меня нашел? — спросила я уже не совсем трезвым голосом.

Пора бы уже выяснить все, как есть. Список вопросов будет длинным. Хотя мне хватило бы ответа на один единственный: когда вы свалите отсюда?

Веселкин улыбнулся совсем по-кошачьи. И меня передернуло.

— Элементарно, Ватсон. Сама же сказала, что преподаешь в библиотеке. Библиотека в округе одна. Я позвонил и выяснил часы. А что? — Виктор еще ближе придвинулся ко мне и толкнул коленом в бедро. — Думала, у сестры спросил?

Хорошо, что я уже опустила бокал на стол. Виктор довольный откинулся на спинку стула и оттолкнул его подальше от стола и соответственно — от меня.

— Соцсети — великая сила, и я рад, что меня в них нет. Разные фамилия вас, милые, не спасли. В такие дружеские совпадения я не верю. Кстати, по началу я все же думал, что вас трое сестер. Спасибо шикарной стенгазете в холле библиотеки. Все встало на свои места.

Я молчала. Про фотографии со спектакля и наших занятий я напрочь забыла. Да, плакат через трафарет оформляла Раиса Илларионовна лично. Плевать на себя. А вот Арина влипла… Надо срочно выгородить ее. Но язык как назло приклеился к зубам, а те готовы были заклацать от страха за ее будущее. Как же я не подумала, что фотография раскроет и наше родство… Арина, дура, тоже не сообразила… Все за босса переживала!

— Классная бабка Ежка получилась! — Странно, что Веселкин не облизал плотоядно губы. — Надо же было целый месяц продержать меня за дурака… Вот сижу и не могу никак решить, дать твоей сестренке доработать положенный срок или уволить с понедельника. Как думаешь?

Я уронила руки на колени, но глаз не отвела.

— Это я просила ее молчать. Арина ни в чем не виновата, — пролепетала я не своим голосом.

Виктор коснулся ухом правого плеча и застыл в этой дурацкой позе.

— Я ведь чувствовал, что видел тебя раньше. Но даже не предполагал, в каком виде… Я выглядел в твоих глазах полным идиотом, верно?

Он скинул с ноги тапок, вытянул ее и большим пальцем прошелся по моей икре. Раз, другой… Я не дернулась. Решалась судьба сестры. А, может, и ее семьи.

— Виктор, — я собралась с духом. — Арине сейчас очень нужна работа.

Он убрал ногу и закинул руки за голову. В этой позе только и оставалось, что начать раскачиваться на стуле.

— Скажи, я похож на благотворительную организацию?

Какого ответа он ждал? Сердце ходило в груди ходуном.

— Я дал ей шанс, — говорил он без всяких эмоций. Все они полыхали в его взгляде. — Увы, она меня не устраивает как работник. Так что в этом нет твоей вины. Завтра я ее не уволю, но больше месяца ей все равно не дам… Ну, во всяком случае выплачу за него зарплату, если подыщу замену раньше.

— Виктор, пожалуйста, дай ей второй шанс. Я выгнала ее с дачи и попросила собраться… Не ищи никого хотя бы этот месяц. Пожалуйста…

Я могла так же спокойно говорить со стеной. Он меня не слушал. Он думал свою думу… И к Арине она не имела никакого отношения. Говорят, когда спадают оковы лжи, становится легче. Наверное, правда оказалась кирпичом, который совсем не просто так свалился мне на голову. В ушах шумело. В горле клокотало. Но я должна была преодолеть этот ступор — виновата в этой комедии я, и никто кроме меня.

— Виктор, пожалуйста, войди в ее положение. Там все очень и очень сложно. Моя мама сама по себе ужасный деспот. Я сбежала от родителей при первой же возможности, а Арина с Андреем не только живут в их квартире, но еще и на их деньги. И это был первый месяц, когда я не дала сестре ни копейки. До этого я постоянно подкидывала ей деньги. В тайне от матери, конечно.

Виктор молча покрутил головой. Не отрицательно, а точно у него затекла шея. А, может, и правда затекла — в такой позе только в кресле с высокой спинкой сидеть.

— Что ты пытаешься этим сказать? To, что помощь сестре бьет тебя по карману? Поверь, что меня она так же бьет. Хороший работник — залог успешного бизнеса. Ты заметила, что я больше не предлагаю тебе заменить сестру? Потому что узнал тебя ближе и понял, что мы точно не сработаемся. Но если тебе так хочется помочь Арине, то найдутся другие варианты нашего с тобой сотрудничества…

Виктор сцепил пальцы в замок и подался вперед.

— За этим разговором я собственно и ехал к тебе. Планировал его еще до Глеба. Но сейчас он спит и нам не помешает.

Я вскинула голову. Какой взгляд! Я могу читать его и без трехмерных очков. Если для помощи сестре надо будет спать с тобой, то я найду возможность обзавестись парой-тройкой новых учеников. А ты иди лесом… Котяра!

Я опустила взгляд в поисках настоящего кота: Чихуни нигде не было.

— У меня к тебе деловое предложение.

Я вернула взгляд на его довольную рожу. Очень деловое, бизнесмен хренов!

— У меня есть помещение для занятий с детьми, у меня твоими стараниями теперь имеются первые клиенты, остается дело за малым… За тобой…

Виктор взял бутылку и вновь наполнил бокалы до самых краев. Аккуратно. Без пены. Решил напоить меня? Как бы поздно… У меня уже шумело в голове… И я совсем не понимала, о чем он говорит…

— Твоя сестра могла бы стать у тебя администратором. Опыт с детьми у нее имеется. Остальное приложится, было б желание… Финансовую и юридическую сторону я обеспечу. Со временем ты взрастишь себе помощников и сможешь просто руководить школой. За это стоит выпить, как думаешь?

Он поднял свой бокал. Я свой не подняла. Руки мои продолжали лежать на коленях. А на лице моем лежала тень. Глубокая.